Печать для Рыжей ведьмы (СИ)

— Эти устремления развалят страну, — задумчиво произнес Халоис.
— Да одно то, что мы позволяем человечку претендовать на трон Дрима, делает все наши старания пустыми! — воскликнула Элириль.
— Тише дорогая данерр Кельтрене, — прервал Элириль Саа-Неш. — Не надо так кричать, мы все понимаем и негодуем по этому поводу, но сделать пока не в силах что — либо. Пока печать в руках этой девчонки, она наследница.
— Тогда надо отобрать у нее печать!
— Чтобы народ взбунтовался? Нет, это не выход, — покачал головой Линериль.
— Но терпеть эту человечишку, которая убила моего брата, я не хочу!
— А если Ридиля убила не она? — позволила себе предположить Неадора Ривейни. За что тут же была смерена самым презрительным взглядом, на какой только способна Элириль.
— Это была она!
— Элириль, пожалуйста, успокойся, мы здесь для того, чтобы трезво оценить свои возможности и шансы, а не для того чтобы устраивать истерики, — Линериль, стоявший рядом с эльфийкой схватил ее за руку, сильно сжал.
— Эти люди должны сгнить в наших тюрьмах, а не править нами, — в глазах советницы блеснули гнев и ярость.
— Данерр Кельтрене, вы же понимаете, что подобного поступка нам не простят жители Дрима. Все они надеются на появление нового короля или королевы. А если мы отберем у них эту надежду, что станет с Дримом? Нас накроет волной восстаний, эти ополченцы вылезут из своих нор под Дэльмой и начнут плести еще более опасные интриги. А нас слишком мало, даже держа в руках власть, мы все еще остаемся слишком малочисленными.
— Значит надо убрать тех, кто поддерживает ополченцев и начать с Сирэль Фэриили, — сказала Элириль, уж слишком эта стерва мешала мне последние несколько лет.
— Ревность моя дорогая данерр? — усмехнулся Линериль. Халоис засмеялся. Всем было известно, что между ламеррэ и Элириль всегда стояла Сирэль. Она никогда не давала холодной эльфийке приблизиться настолько, чтобы влюбить в себя ламеррэ. Хотя многие сомневались, возможно, ли любить такую как она.
— Ненависть.
***
Сразу после ухода советника Имерила исчезла и вся стража. Гости дома остались одни.
— Думаю, нам стоит сейчас выпить за здоровье молодых! — весело произнес Эндарвес дер Ваалорэ. И сразу же замолчал, наткнувшись на пятерку злобных взглядов. Эдри тяжело вздохнув и ни сказав, ни слова направилась в свою комнату. Артур и Илиа направились следом за ней. Зак наконец — то отлипла от Илиа и спокойно уселась в одно из кресел. Витмор темнее тучи ждал Лэрана. Ему просто необходимо было поговорить с ищейкой.
— Дядя Энди может, прогуляемся по саду, я слышала в доме дер Силар растут замечательные цветы, таких во всей Дэльме нет, — Нирииль взяла Эндарвеса под руку и повела в сад. Она понимала Витмору нужно поговорить с Лэраном.
— Конечно Нир, мне самому интересно, что же это за цветы такие.
Зак осталась одна в комнате с Витмором. Некоторое время они сидела, молча, ожидая прихода Лэрана, но потом не выдержала разгневанного взгляда Витмора и без слов сбежала в свою комнату.
Лэран появился в гостиной сразу после побега Зак. Он остановился рядом с Витмором.
— Ты хочешь поговорить со мной?
— Да.
— Тогда пройдем в кабинет, — Лэран развернулся к Витмору спиной и пошел в кабинет своего отца. Он знал, предстоит тяжелый разговор. Хотя бы, потому что Витмор, скорее всего не собирался мириться с тем, что Эдри теперь жена Лэрана.
Лэран вошел в кабинет, Витмор за ним. Старший Фэллари не сводил глаз с ищейки.
— Не хочешь вина? — спросил Лэран у сына герцога, достав графин с вином и бокалы из небольшого шкафчика в углу кабинета.
— Засунь свое вино куда — нибудь подальше, мне сейчас не до него…
— Я понимаю, — Лэран налил из графина полный бокал вина для себя. Залпом, выпив, его он поставил бокал на место. — Хорошее вино… старое.
— Может мы, уже начнем разговор? — Витмор сел в одно из кресел.
— Конечно.
— Зачем ты это сделал? Зачем связал ее с собой? Она еще слишком молода и глупа, она наверняка не знает, на что себя обрекает. А ты просто воспользовался этим. Что тебе нужно? Корона? Печать? Деньги? Зачем ты…
 
— Мне нужна она! — Лэран сказал это так громко, что Витмор вдруг вздрогнул. — Я не знаю, что это за чувство такое жжет меня в груди, заставляет думать только о ней. Каждую секунду, каждое мгновение, каждые ее вдох. Я всегда думаю только о ней. Такого не бывает… но, тем не менее, я не могу избавиться от своих мыслей. С того самого момента как увидел ее в таверне, я думал только о ней. Я… я люблю ее. Я не могу без нее.
— А она знает? — Витмор смотрел в усталые глаза Лэрана и удивился, как он раньше не замечал этого?! Ведь почему — то они столкнулись. Почему — то ведь этот эльф выбрал Эдри. Может это и правда любовь? Бывает ведь, что она сама решает за других, кому любить и кому дарить свою любовь.
— Нет…
— Надо было ей сказать.
— И что бы она сделала? Она не любит меня. Она еще совсем ребенок, — Лэран сам не понимал себя.
— Она уже не ребенок. Она девушка, она уже выросла, но она еще не понимает этого. Ей нужно дать время.
— У меня много времени впереди.
— Любить ведь не заставишь.
— А я и не хочу ее заставлять. Но на душе стоит такая боль. Были моменты, когда мне хотелось спрятать ее ото всех. Запереть где — нибудь. Защитить ото всех, ведь это так трудно делить ее с кем — либо. Но я держусь, потому что боюсь, вдруг она будет меня ненавидеть.
— Эдри росла в окружении любви и заботы, — Витмор откинулся в кресле, вспоминая те годы, когда Эдри была еще совсем ребенком. — Ей всегда разрешали делать то, что взбредет в ее сумасшедшую голову, даже если поступки были и не самыми умными, она всегда извлекала из них урок. Она думает не только о себе, но и о других. Я знаю, что ты сможешь ее защитить, а после твоих слов, я уверен, что ты любишь ее, но я не могу дать гарантию, что она будет любить тебя. Особенно, после того как ты сковал ее узами брака. Она ведь не могла знать, что их нельзя расторгнуть.
— Просто другого выхода не было. Кто — то очень сильный хотел убить ее. Он лишил ее тени, он хотел свести ее с ума. А эльфам нельзя использовать магию против людей. Где было еще найти мага, который может использовать столь сильную магию!? Тогда мааре Анеш предложил… я согласился и..
— За последнее время у нас стало слишком много врагов, — хмуро усмехнулся Витмор. Он понимал, все это было ради спасения его сестры, но уж слишком все было быстрым. И как он скажет отцу, что его сестра вышла замуж за эльфа.
— Я боюсь, что кто — нибудь из них сможет сделать Эдри по — настоящему больно.
— Я тоже этого боюсь, она моя сестра.
— И что же делать? — Лэран схватился за голову.
— Надо ждать, скоро Эдри придется использовать печать. И кто его знает, как она сработает. Возможно, именно тогда наши враги и проявят себя.
***
— Как это эльфийские браки нельзя расторгнуть? — Эдри изо всей силы пнула ни в чем не повинную кровать. За последние пару минут она от бешенства разворотила большую часть комнаты. С одной стороны она понимала, что другого выхода не было, но какой — то чертенок, сидящий в ней угрюмо восклицал, что "если хорошенько порыться, все можно найти".
— Есть у них такое правило, да и жрецы против расторжения браков, сама ведь знаешь… теперь, что браки у них на крови.
Артур стоял подальше от младшей сестры, опасаясь попасть под горячую руку. Илиа и вовсе спрятался за брата.
— Но почему нельзя?
— Говорят ведь, что браки заключают на небесах, вот эльфы и верят в это свято. Может поэтому они чаще, чем мы женятся по любви, — сказал Илиа.
— Я что — то не заметила, чтобы они женились по любви. Я вообще ни разу не видела кого — нибудь здесь, кто мог бы любить и любил.
— Может, ты просто смотришь не туда? — Витмор появился на пороге комнаты Эдри совершено незаметно. Он спокойно вошел в комнату и присел на край кровати.