Легенда о Су Эн

– Эх, всему тебя нужно учить, младший, – Шоу Юэ вдруг обхватил меня за плечи и развернул к себе спиной. Я недовольно покосилась на его пальцы, длинные и цепкие. – Помогать старшим – это честь, – прошептал он мне на ухо, отчего я вздрогнула и поежилась, – а такое важное задание я могу доверить только тебе. Так что – вперед! – тут он вдруг резко толкнул меня, и я вылетела из комнаты. Хорошо хоть, дверь была открыта, а не то бы пробила ее этим тазом, и была бы у меня дверь с красивой дырой посередине.
Вздохнув, я вышла из домика и отправилась на поиски ручья. Мерзкий Шоу Юэ! А ведь день начинался так хорошо! Я встала, сбегала на завтрак до того, как он вышел из нашего домика, и мне удалось поесть в спокойной компании других заспанных первокурсников. Потом я потренировалась делать круги, и они получились у меня просто замечательные. А потом пришел Шоу Юэ и все испортил…
Ручей отыскался в сосновом лесу за столовой. Там почти никого не было, и, устроившись на деревянных мостках, я скептически уставилась на таз с носками. Может, просто утопить их и сказать, что это вышло случайно? Нет, тогда Шоу Юэ может придумать что-то еще. Надо стирать…
Проблема в том, что я никогда ничего не стирала. Я даже не представляла, как это делается. Наверное, нужно сначала намочить их в воде?
С отвращением покосившись на таз носков, я нашла палку и, подцепив первый, вытащила его. Палка удачно проскользнула внутрь отверстия, и носок веял на ней как белый флаг. Он был, если честно, чистый и едва ли ношеный, но трогать его руками мне почему-то все равно не хотелось. Как-то это все… унизительно.
Тут откуда-то донесся смех, и на полянку вдруг вывалилась стайка девушек. Я тут же сделала нейтральное лицо. Так, а не эти ли девушки вчера хихикали, когда мы с шисюном прошли мимо? Не они ли кидали на него влюбленные взгляды?
Завидев меня, они тут же замолкли, а затем зашушукались. Потом шушуканье смолкло, и вперед выступила одна – самая смелая, наверное, с двумя пучками на макушке. Это значит, что она еще не доросла до брачного возраста. Я тоже носила такие, но потому, что не собиралась замуж. Брачного возраста я достигла еще два года назад.
– Э-э-э… – неуверенно протянула она, и я поощрительно ей улыбнулась. – Ты же… Су Ли? Младший ученик шисюна Шоу Юэ?
– Да, – важно кивнула я. Пусть меня это совсем не радует, но малознакомым людям это знать необязательно. Сначала нужно узнать, что им нужно.
– Ой, он так о тебе заботится, вчера он даже позвал тебя… за свой стол! – последние слова она произнесла громким шепотом, округлив глаза. От стайки девушек, прислушивающихся к нашим словам, донесся возбужденный гул.
– Ну… да… – с сомнением подтвердила я. Не знаю, заботится он обо мне или нет, но ела я вчера действительно с ним и его друзьями. Точнее, его… свитой. Они так его слушались, что назвать их друзьями было бы неточно. Друзья – это равные.
– Скажи, а вы… живете в одном доме? – затаив дыхание, спросила девушка.
– Да, – слегка сбитая с толку ее вопросами, подтвердила я.
– О-о-о!!! – донесся до меня слаженный восторженный вопль со стороны стайки девушек.
– Ах, тебе так повезло, – полуобморочно закатив глаза, девушка с двумя пучками села на корточки рядом со мной, изящно подобрав платье. – Ты можешь видеть его каждый день, и утром, и вечером, и даже… даже ночью! – на этих словах она покраснела, как помидор.
Я только передернула плечами. Ночью пусть шисюн сидит в своей комнате, у меня ему делать нечего. И за что эти девушки так им восхищаются? Да, он высокий и даже симпатичный, но этот мерзкий характер перекрывает все его достоинства. Подумать только, он заставил меня, девушку из хорошей семьи… стирать носки! Прямо руками!
Тут я не удержалась и покосилась на таз, и девушка рядом со мной проследила за моим взглядом.
– Неужели это… неужели это… – она чуть не задохнулась от волнения и благоговения, – вещи шисюна?
После моего утвердительного кивка она, охнув, схватилась за щеки, а у меня в голове что-то щелкнуло.
– Да, это вещи шисюна, самого шисюна Шоу Юэ, – медленно проговорила я и вдруг улыбнулась от уха до уха. – Он принес их мне сам, не более чем полчаса назад. Он сказал, что доверяет постирать их только мне! Когда я постираю их, шисюн будет так меня благодарить, может, он даже пожмет мне руку! – преодолев отвращение, я вытащила один носок из таза и окинула его затуманившимся взглядом. – По-моему, они еще хранят тепло его тела…
 
Для ярых поклонниц шисюна это было уже слишком. Не в силах выносить близость вещей своего кумира, они с визгом кинулись к тазу, но тут я упала на него всем телом, став похожей на перевернутую вверх ногами черепаху.
– Нет, я не могу позволить вам постирать его носки, даже не просите! – выкрикнула я, делая вид, что буду защищать таз ценой своей жизни. – Шисюн доверил мне такое важное дело, и я не могу его подвести!
– Слушай, э-э-э… – от толпы отделилась другая девушка, красивая ослепительно-броской красотой дикой розы, – как тебя зовут?
– Су Ли, – неохотно отозвалась я, пожирая глазами ее платье. Почему мне не повезло попасть к своему наставнику? Я могла бы ходить в таком же…
– А меня – Лин Лин, можешь звать меня Лин Цзе [11], – ласково продолжила она. Я бросила задумчивый взгляд на ее голову: один пучок, значит, она хотя бы совершеннолетняя. Ладно, пусть будет Лин Цзе. – Может, ты доверишь нам эти вещи? А сам погуляешь, отдохнешь… посидишь вон там, в тенечке, и съешь пока вот это яблоко… – из ее кармана, как по волшебству, появилось большое красное яблоко.
– Ну не знаю… Вдруг вы их утопите? – с деланым сомнением протянула я.
– Не утопим… Не утопим! – заверили меня со всех сторон, и на меня буквально посыпались пряники, конфеты и всяческие обещания. Через несколько минут я сидела под деревом, уплетала конфеты и наблюдала за тем, как визжащие девицы вырывали друг у друга носки. Часть они потопили в первые же мгновения, и теперь носков на всех не хватало.
– Дай мне! Мне! – вопила девица с ярко-красной помадой, вырывая носок у девицы с вычурной прической. Треск рвущейся ткани – и обе, не удержавшись, шлепнулись на землю, зажав в руках по обрывку светлой ткани. Вздохнув, я поняла, что от Шоу Юэ мне точно влетит.
Легок на помине, шисюн шагнул из леса, и глаза его тут же стали квадратными. Я мигом подскочила с земли, рассовывая конфеты в рукава. Шоу Юэ медленно окинул взглядом взволнованных аристократок, полощущих его вещи в реке, перевернутый таз и обрывки белой ткани на земле. Я похолодела. Тут, к счастью, девушки заметили его и визжащей гурьбой понеслись к нему.
– Шисюн, я постирала твои вещи! – с придыханием сказала Лин Цзе, протягивая ему измочаленный носок. Кое-где из него торчали нитки: вероятно, от излишнего усердия она еще и изорвала его.
– И я! А я как чисто постирала! – раздались разрозненные вопли, и толпа ощетинилась белыми носками, которые они с благоговением, словно подношение божеству, протягивали Шоу Юэ.
Грубить девушкам он себе позволить не мог, и поэтому, сверкнув улыбкой, учтиво отозвался:
– Как мило с вашей стороны… Благодарю… спасибо… в жизни не видел вещи, постиранной лучше… А теперь, боюсь, я должен забрать своего шиди и удалиться. Нас ждет обучение.
Кашлянув, я схватила таз и бросилась к Шою Юэ, у которого были полные руки мокрых и плохо выстиранных носков.
– Благодарю, – еще раз сказал Шоу Юэ голосом, полным сдерживаемых чувств, сваливая мокрый ком мне в таз, и, развернувшись, пошел прочь от реки. – Су Ли!
Это уже мне. Зря я надеялась отстать и какое-то время избегать шисюна. Вздохнув, я догнала его и сделала виноватый вид. Да, с одной стороны, нехорошо получилось… а с другой – зачем он мне вообще поручил стирку?
– Это что? – Посчитав, что мы отошли достаточно далеко, шисюн развернулся ко мне. Мы замерли на узкой тропе, под беспрестанно шумящими соснами. – Показное неповиновение? Тебя разве не учили слушаться старших?