Иголка (СИ)

- Иди сюда, - ворчливо начал он, пытаясь притянуть к себе.
- Подожди.
Немного смущаясь, начала тоже раздеваться. Джинсы и блузку отправила в нашу кучу-малу из одежды.
- Ох, Василиса, погибель ты моя, - то ли радостно, то ли возмущённо прокомментировал мои действия Брейман.
Я же поскорее заползла в кровать – прохладно-то в квартирке. Но об этом подумать мне не дали горячие мужские пальцы на моём теле.
- Только ты ко мне не приставай, - сурово попросил Максим, буквально впечатывая меня в своё большое тело.
- Угу. Я постараюсь, но ты потом должен мне рассказать о работе над ошибками.
- Обязательно. Всё-всё расскажу! – укладывая подбородок на мою голову, обещал он. – А теперь спи.
Честно, первые минуты думала, что вряд ли смогу сегодня вот так с мужчиной уснуть. Меня просто переполняло чувство неизведанного, а потом … стало так спокойно и хорошо.
Я дома.
Это последняя связная мысль, что я запомнила и удивилась.
Глава 18
Максим
Я работал на износ.
И дело было не только в том, что я хотел вернуться в обещанный одной колючей ознобе срок, но мысли…. Они каждую свободную минуту нещадно насиловали мой мозг.
Иголка ко мне не переезжала, не звонила, не писала, и это напрягало похлеще проблем с жадными родственниками и неурядицами на работе. Если с первыми мы с Трояном разобрались быстро и по уму, с нарушением сроков поставки я тоже быстро разрулил, что ещё и в плюс вышел, то тут …
Я нихрена не мог. Единственное, как посоветовал Игнат, можно стать пещерным человеком, взвалить на плечо, и громко крикнув «моё», утащить в свою берлогу.
Так что по возвращении домой в пустую квартиру я тут же снова окунулся в рабочий процесс. Мой зам меня мысленно проклинал, так как я его задержал на три часа, а завтра новый год.
А потом, решив перестать быть козлиной, распустил всех по домам, включая водителя.
Когда от Игната прошло короткое смс «Пришла», то я даже сразу не понял куда именно. У Василисы сегодня в колледже новогодняя дискотека, о которой я старался вообще не думать, так как прекрасно помню, чем именно там занимается молодежь. Да только я сам дал девчонке право выбора, теперь остаётся лишь сопли по договорам поставки размазывать.
Не желая тыкать в комариную попку большими пальцами, набирая ответ, позвонил своему начальнику безопасности.
- Домой вернулась? – уточнил я, вяло листая контракт.
Виски ломило, в носу першило и вообще очень хотелось прилечь.
- Нет. Она у вас в квартире. Я выехал в офис, буду минут через десять-пятнадцать.
Троян сбросил вызов, а я замер как тот удав перед кроликом, не веря в своё счастье.
Иголка пришла.
Не обращая внимание на усталость и желание просто завалиться спать, я со скоростью ветра выполнил все необходимые действия, прежде чем покинуть свой кабинет.
Когда спустился, меня уже ждали.
- Давно пришла? – спросил мужчину, как только плюхнулся в пассажирское кресло.
- Нет.
И дальше ехали в тишине.
- Тормозни у аптеки, куплю себе лекарства.
Голова болела всё сильнее, и это мешало ясно думать. Так что через пять минут уже глотал сразу две таблетки.
Дома было тихо, что я подумал об исчезновении моей гостьи, но мне подтвердили, что девушка не уходила.
Нашёл я свою Иголку под её «родственницами» в моём кресле, так сказать, подарочек под ёлочкой. Немного раньше, но мне уже всё равно. Главное, я её получил.
Василиска спала, обхватив себя руками. У меня в квартире чаще холодно, а сейчас и подавно. Две недели никого фактически не было.
Накрыл девушку своим пиджаком и тут же через пульт управления на стене добавил градусов системе отопления.
Как только вернулся и сел на корточки перед креслом, Василиса проснулась.
Сонная зелень резанула по мне не хуже скальпеля, вскрывая все раны одним взглядом. Что бы я себе ни выдумал за эти две недели, это всё бред сумасшедшего.
Она только моя девочка. Моя Иголка.
Её нерешительное «привет» и «любовь» к моему пиджаку дали мне основание руководить парадом, а её нотации легли бальзамом на сердце и печень, которые последние дни только я сам и терзал.
 
Утром. Я всё объясню ей утром. О том, что она попала ко мне на веки вечные, что хочу двоих детей, но попозже, а ещё то, что умру, если она меня придурка бросит.
И пусть это не по-мужски, но больше я не хотел прежней жизни.
Отныне мне предстоит стать подушкой для иголок моей любимой женщины. И срать я хотел на каждого, кто посмеет оспорить моё право на счастье.
Только благодаря этим мыслям и лекарству в моей крови я практически мгновенно отрубился, прижимая к себе полуголое хрупкое тельце.
А потом проснулся как от толчка, и первая мысль «Это был сон?!»
В кровати я был один, и лишь едва уловимый арбузный парфюм не дал мне свихнуться в ту же минуту. Главное, найти и вернуть обратно.
Быстро запрыгнув в домашние спортивные брюки, я рванул из спальни, ведомый внутренним чутьём на кухню.
Мой зимний репейничек в моей же рубашке восседала по-турецки на кухонной столешнице около холодильника, что-то тыкая в телефоне.
- Доброе утро, Василиса, - останавливаясь в дверном проёме, я сложил руки на груди, любуясь, как девчонка нервно провела пальцами по коротким волосам в попытке их пригладить.
- Привет, - немного смущённо отозвалась она, откладывая мобильник в сторону.
- Давно встала?
Василиса бросила короткий взгляд на стену с часами.
- Почти полтора часа назад.
Я начал движение в её сторону, замечая, как усиленно девчонка отводит глаза в сторону. Это не могло пройти мимо моего растущего любопытства. Что же там в этой темноволосой головушке творится.
- Не спалось?
- Я привыкла рано вставать.
Встал рядом с ней, но не прикасаясь. Василиса тут же выпрямилась и опустила ноги вниз, плотно смыкая колени как образцовая школьница.
- А почему меня не разбудила?
- А не слишком ли много вопросов, Максим Сергеевич? – иронично отозвалась девушка.
Подхватил пальцами её подбородок, поднимая и разворачивая голову к себе.
- Иголка, хватит изучать пол. Он у меня, конечно, красивый, но не настолько. Тебя что-то волнует.
Теперь деваться было некуда, поэтому Василисе пришлось смотреть мне в глаза. А в её было столько всего, что я даже не знал, за что ухватиться в первую очередь.
- Меня волнует твой голый … торс. Ты не мог бы одеться?
- Нет. Потерпишь. Меня вот всё твоё тело ужасно волнует, но я же не прошу тебя спрятаться в шкаф.
Она улыбнулась. Вот с ней так всегда – как солнца луч сквозь хмурые осенние тучи. Да, я поэт!
- Так вернёмся к нашим баранам – извини, что дрых как сурок.
Она отрицательно помотала головой.
- Да ничего. Ты болеешь, тебе полезно спать. Я просто решила пойти прогуляться по квартире и чего-нибудь перекусить.
- Голодная?
- Если честно, то очень. Я вчера почти ничего не ела весь день, а ты меня совсем не кормишь.
Теперь смеялся я.
- А как же холодильник? – всё ещё посмеиваясь, предложил самый лучший вариант для решения её проблемы.
- Я там вчера была – морковку и лук грызть не хочу, а из нормальных фруктов там был только банан, но его я ещё вчера прикончила.
Протянул руку к холодильнику и, не глядя, открыл одну из дверец.
- Может, ещё разок проверишь?
Василиса наклонилась вперёд, держась за моё плечо, чтобы заглянуть внутрь металлического зверя.
- Ого!!! Откуда? – удивлённо протянула девчонка, разглядывая полки, полные провизии.
- В семь утра приходит моя Фрекен Бок и делает холостяцкую жизнь лёгкой и свободной.
- Фрекен Бок?!
- Да. Ефросинья Борисовна – моя домохозяйка.
- О! Она молодец. Я ничего не слышала, - всё ещё пребывая в удивлении, Василиса выпрямилась, но руку с моего плеча не убрала.