Дьявол соленых песков (СИ)
— Павел Сергеевич в курсе, так ведь? — Вопрос, заданный Рассказову, был скорей риторическим, так как слишком уж обеспокоенным выглядел вошедший.
— Конечно, — кивнул Холодов. Он не выглядел сердитым, скорей, по-отечески обеспокоенным. — Ты почему мне ничего не рассказала?
— Да я и сама до сегодняшнего дня не знала ничего.
— Слежку за собой не замечала? — начальник безопасности снова вернулся к началу разговора.
— Нет.
— Лана, это не предположение — это констатация факта. За тобой уже месяц идет слежка. Ненавязчивая. Черный «Фокус» и серебристый «Солярис».
— Бред какой-то, — тряхнув головой, словно отгоняя тревожные мысли, проговорила Лана. — Какая слежка?
— Ты мне скажи лучше, тебе никакие угрозы не поступали? — Холодов задумчиво постукивал пальцем по столу. — Даже самые незначительные, похожие на шутку.
— Не припомню такого. Павел Сергеевич, вы думаете, это происки конкурентов?
— Я и не знаю, что думать. Такое у нас впервые. Да и требований о твоей замене к нам не поступало. Подумай, девочка, откуда могли появиться такие проблемы?
Пока мужчины о чем-то беседовали, Лана попыталась все тщательно обдумать и вспомнить что-нибудь существенное. Перебирая в памяти все свои дела, она с особой предвзятостью пыталась понять, кто из ее окружения, в том числе и делового, мог бы пойти на такие меры и по какой причине. Только на ум приходило одно лишь имя.
— У меня только одно предположение. Герман Долматов.
— Кто такой? — Ровным тоном поинтересовался Рассказов, только обманываться не стоило — уж от него-то точно ничего не скроется, ни одна деталь не останется не замеченной.
— Мой бывший, если так можно сказать, — Лана поморщилась, вспоминая их отношения. Вот уж чего она и предположить никак не могла, так это того, что Герман будет пытаться вмешиваться в ее работу. — Мы уже давно расстались, но его, по всей видимости, это совершенно не останавливает. У него какое-то маниакальное желание контролировать меня. Не удивлюсь, если это все его проделки.
— Раньше подобное уже случалось?
— Раньше я ничего не замечала. Но в этот раз, когда я улетела в отпуск с подругой, ему удалось каким-то образом нас разыскать за границей. О границах его возможностей я ничего не знаю. Вероятно, ему вполне по силам организовать и слежку за мной.
— Почему раньше не рассказывала об этом? — в голосе Холодова чувствовалось недовольство.
— Не считала нужным распространяться о личном. Не думала, что это может затронуть деятельность фирмы.
— М-да уж, видимо, не из простых, этот Доматов, — качнул головой начальник службы безопасности, — не боится так откровенно явно действовать. Ладно, разберемся, он это или кто другой. Для начала о твоей безопасности нужно подумать.
К вечеру в кабинет вошел рослый парень в темном костюме с приветливым, но очень сосредоточенным взглядом.
— Лана Георгиевна, добрый вечер. Я Игорь, ваш водитель.
— Водитель? — Точнее, Лана хотела спросить, только ли водитель. Входило ли в его обязанности только отвечать за ее перевозку или же эта должность была совмещена еще и с обязанностями телохранителя.
— Я буду вас сопровождать в рабочих поездках. Если понадоблюсь, я за дверью кабинета в приемной.
Лана только ошарашено кивнула. Выходит, не только водитель, но еще и личная охрана. Пусть и не на полные сутки. Но это явно лишнее, Рассказов уже перестарался. Сама мысль о том, что кто-то будет постоянно рядом ограничивать ее в свободе, ужасно выводила из себя.
— Сергей Геннадьевич, вы это серьезно? — негодующе ворвалась она в кабинет начальника управления охраны. — Мне не нужна никакая охрана.
— Уже познакомилась с Игорем? — Казалось, этот седовласый мужчина и не обратил внимание на ее возмущение. — С сегодняшнего дня он будет забирать тебя из дома, сопровождать в поездках, а в конце рабочего дня отвозить обратно домой. Эта мера вынужденная, Лана Георгиевна, так что придется потерпеть. Пока мы не удостоверимся, что опасность миновала.
— Спасибо, конечно, но это уже лишнее.
— Безопасность лишней никогда не бывает. Не нагнетай, как только отпадут основания к беспокойству, твоя жизнь вернется в прежнее русло. А пока придется немного потерпеть.
К концу второй недели пребывания под бдительным контролем службы безопасности Лану уже не так сильно радовала идея собственной защищенности. Это было похоже на добровольное заключение. Ни шагу в сторону без ведома личного телохранителя. Никакой личной жизни, хотя таковая у нее отсутствовала напрочь. Радовало только одно: после тяжелого рабочего дня не нужно было одной возвращаться в пустой подъезд, где все еще сохранялась возможность встретиться с притаившимся незваным гостей из кошмарного прошлого — Игорь провожал до самой двери и, только удостоверившись, что вверенный ему объект охраны запер дверь на замок изнутри, покидал свой пост до утра, встречая так же у порога квартиры. Герман где-то притаился, и это наводило на мысли, что он, действительно, устроил за ней слежку. Но ведь долго прятаться от него за спинами сотрудников тоже не возможно, рано или поздно ей придется встретиться с ним лицом к лицу. А это значило, что стоило задуматься о собственной безопасности уже сейчас.
Дома Лана уже в который раз поменяла пароли на всех своих социальных страницах, коих и было-то всего две и оставались они скорей по привычке, как средство общения с подругами. Странное дело, но, покопавшись в настройках и найдя страницу с историей активности профиля, она обнаружила не известные ей адреса, да и время посещения никак не совпадало с периодом ее активности на странице. В последний раз подобное она заметила сразу же после возвращения из отдыха, и по настоянию Татки тут же переменила все пароли на более сложные. Выходило, Герман не гнушался взломами ее личных страничек и почты, чтобы отыскать нужную ему информацию о ее местоположении.
***— Солнц, ты там не затухла дома в одиночестве? — Услышать голос Татки было сродни глотку свежего воздуха. Прямолинейная до невозможности, но, Боже, как же она соскучилась по этой несносной девчонке! — В ка-ра-о-ке я буду петь о любви жестокой!
— Что? — Лана засмеялась, услышав знакомый мотив известной песни. Уж не тронулась ли умом ее подружка?
— Поехали, говорю, в караоке! — Смешинки в интонации буквально физически ощущались. Так легко становилось от этой заряжающей энергетики в ее голосе. Татка была сплошным оптимизмом в их троице. Вечным «энерджайзером». — Сегодня пятница, а завтра выходной. Я в новом платьице пойду гулять с тобой…
— Что за праздник, Тат?
— Никаких праздников. Устала. Хочу выкинуть все из головы. И тебе полезно проветриться от всех своих печалей и забот. Ты со мной? Или будешь прятаться, в своей скорлупе-берлоге? Или тебя твоя охрана не пускает?
— Глупости какие. Я ж не под домашним арестом.
— Ну вот и отлично. Я к Виолке, а потом по пути за тобой. И никаких машин — сегодня мы ОТ-ДЫ-ХА-ЕМ. Макс обещал всех по домам развезти.
Легкая атмосфера караоке-клуба заставила позабыть на один вечер все свои проблемы, окунуться в веселье и музыку.
— Ой, девочки, если я сейчас не выпью, точно взорвусь от напряжения. Сил моих больше нет. — Татка единственная заказала самый крепкий коктейль и выпила его едва ли не залпом под ошеломленными взглядами подруг. — Уволюсь, ей-богу уволюсь. Чего ради терпеть все это?
— Очередная ссора с начальством? — предположила Виола, больше знавшая последние новости из Таткиной жизни, так как Лана в последнее время выпала из их общей жизни и общения.
— Хуже. Он решил меня подставить, не иначе. Будешь, говорит, начальником отдела. Ага, и это того отдела, где меня ни в грош не ставят, где каждый норовит тыкнуть носом в любой косяк, да при этом еще напомнить, дескать, мы тут батрачим фигову тучу лет, а тебя, малявка, без году неделю тут проработавшую, уже повышают до начальства. Щас пойдут сплетни, каким таким местом я эту должность получила.