Дьявол соленых песков (СИ)

А потом весь день отслеживал маршрут передвижения красного «Ауди», прикидывая, какие достопримечательности привлекли внимание двух красавиц. Карта перемещения была очень обширной, и как только успевали посещать все эти места? Не иначе как пренебрегали правилами дорожного движения, превышая скорость — этим грешат большинство русских. В принципе, ему было все равно, какие там пороки у этих иностранцев, если бы в этот раз дело не касалось ЕЕ. От одной только мысли, что с Ланой могло что-то случиться, его начинало лихорадить. Одна — подружка не в счет, слишком непоседливая, ей веры не было — да в чужой стране… Черт дернул этих девчонок поехать одних — записались бы на обычную экскурсию, так хотя бы под контролем профессионалов были. За окном уже давно стемнело, время близилось к полночи, и Дэм, как раненый тигр, мерил шагами углы своего огромного кабинета. Где их носило? Он уже по десятому разу за последнюю минуту сверялся с геолокацией, проверяя маршрут автомобиля. Нет, надо было придумать тысячу причин, чтобы не дать им уехать на авто: авария, поломка, плановый техосмотр, не хватило машин на всех желающих… Да что угодно. Хотя нет, с них ведь станется, особенно с этой ее подружки — найдут пункт проката где-то на стороне и все равно поедут, а там вообще гарантий никаких не было, что с ними все будет хорошо. Расслабиться смог, только когда в программе появилась отметка о возвращении на стойку ресепшен ключей от автомобиля. Вот теперь можно было спокойно заняться делами. Только настроения работать не было никакого. Встав у окна, из которого открывался прекрасный вид на территорию отеля, Дэм устало потер переносицу и прикрыл глаза. Черт возьми, крепко же его накрыло, даже думать ни о чем другом не мог. Сказал бы кто еще несколько дней назад, что с ним так может быть, рассмеялся бы в лицо и послал бы куда подальше. А сейчас старался изо всех сил не думать об этой зеленоглазой красавице, но не мог. Она словно наваждение выплывала из подсознания. И тут же, словно материализовавшись, появилась внизу. Направляясь вместе с подругой в сторону бара на пляже. Уставшая — он видел это даже издали, угадал по медленному шагу и поникшим плечам. Все тревожные мысли как-то сразу же угасли, а вместо них появилось желание прижать ее к себе и сделать все, чтобы снять усталость с ее прекрасного тела. Ну или хотя бы чуть-чуть порадовать в конце насыщенного дня.
Рука тут же потянулась к внутреннему телефону.
— В пятьсот тридцать шестой организуй холодное шампанское и фруктовый десерт от шеф-повара. Да, сейчас.
Промаявшись еще несколько часов, Дэм все так же не мог найти себе места. Смешно даже, право. Как мальчишка. Его так и подмывало бросить все и пойти к ней, чтобы взглянуть хоть на минуту, едва-едва коснуться нежной кожи, вдохнуть ее запах. Искушение было слишком велико, чтобы ему противиться, и, оставив дела до завтра, Дэм снова тихо наведался в ее номер. Только посмотреть на нее, уговаривал он себя. Нежную, такую ранимую и такую сильную одновременно. Обнаженную, словно ждущую только его. И уже во второй раз не смог себя остановить, когда она отреагировала на его легкое прикосновение к оголенному бедру, прошептав во сне его имя. Его имя, черт его раздери! Ее сладкий запах преследовал ее всюду, такой родной и желанный. Это была его женщина, что-то на грани инстинктов уже давно все решило за него. Нет, он не позволил себе и в эту ночь перейти грань дозволенного — отчего-то знал, что Лана ни за что не простит ему этого, да и сам не хотел воспользоваться ее слабостью. Все, что он мог сейчас себе позволить, — это держать в своих объятиях и осторожно ласкать, прислушиваясь к тихим вздохам и всхлипам, полностью игнорируя желание собственного тела.
Увидеть ее в столь раннее время, да еще одну в ресторане, было удивительно. И Дэм просто не мог не воспользоваться таким случаем. Да, малышка не ожидала встретить его здесь, хотя, признаться, он и сам не часто завтракал в ресторане — все больше перекус на ходу или кофе с сандвичами в кабинете за работой. Но после ночи, когда он держал в своих руках эту зеленоглазку, вдыхая ее аромат, наслаждаясь гладкостью и нежностью ее кожи, отмечая, как она отзывалась на каждое его прикосновение даже во сне, в нем что-то изменилось. Он по-другому взглянул на свою жизнь, но свои приоритеты, привычки. Захотелось все поменять, к чертовой матери, отменить эти вечно занятые дни и остаться с этой красавицей, наслаждаясь ею и познавая новые грани своих чувств к ней. Ему хотелось проводить с ней каждую возможную секунду. И это утро не стало исключением. Он пригласил ее разделить с ним завтрак, и она, к его радости, согласилась. Наверно впервые за их недолгое знакомство она столь спокойно вела с ним беседу, а Дэм просто любовался ее естественностью. В ней отсутствовала навязчивая женская жеманность, присущая большинству женщин, с которыми ему доводилось общаться. Лана же словно робела перед ним, а ему это ужасно нравилось. Никакой напыщенности или наигранности. Когда-то отец сказал ему фразу, которую он понял только с ней: свою женщину хочется оберегать. Да, именно эту женщину Дэму и хотелось оберегать.
 
Когда Лана рассказывала о своей поездке, ее глаза горели восторгом, а на лице всеми красками пылали эмоции, и он не мог оторваться от нее. Дэм беззастенчиво любовался ею, пожирая глазами. Наверно, половину прослушал, но все оттенки эмоций прочел на лице. Интересная она. Необыкновенная. С ней не хотелось расставаться даже на мгновение. А уж видеть счастливый блеск в ее глазах даже от такого маленького пустяка, как фирменный десерт шеф-повара, было высшей наградой для него. И только появление ее подруги заставило его вспомнить о делах и, вежливо извинившись, удалиться.
И куда делась та тихая испуганная Лана, которую он видел в первый день знакомства? Сейчас перед ним была совершенно другая женщина, бросающая ему вызов одним только дерзким взглядом. Сколько же в ней грациозности! От аппетитных форм, которые его руки помнили наизусть, и вовсе не возможно было отвести глаз. Но вот уж чего Дэм совсем не ожидал от Ланы, так это гневных взглядов в сторону приклеившихся к нему с какой-то глупостью девушек. Ох, как метала она молнии в их сторону — те сами решили уйти подобру-поздорову. И, черт возьми, как прекрасна была в этот момент в своем гневе!
«Боже, детка, да ты, никак, ревнуешь?!»
Это открытие заставило посмотреть на нее уже другими глазами. Лана, сама того не ведая, показала себя настоящую. Его девочка ревновала! Хотелось рассмеяться в голос, схватить ее в охапку и утащить туда, где им никто не помешает. Подумать только, какие тихие черти водились в ее глазах-омутах. Грозные, принципиальные, дерзкие. Да, его чертям они точно бросили вызов! Да еще какой! И если его чутье не подводило — а оно никогда еще его не подводило — их черти вместе еще устроят жаркий танец в одной постели, накаляя воздух вокруг страстью и чувственностью. Эта девочка-огонь уже заставила его позабыть обо всех других женщинах и желать только ее одну.
И все же удивительно, как могли в нем уживаться вместе и безумная дикая страсть к этой женщине, и гипертрофированное стремление оберегать. Он желал ее до одури, но при этом готов был укротить свои инстинкты, чтобы не напугать. Хотелось не просто подчинить ее тело, но завоевать душу. И маленькими шажками ему это удавалось, так как в ее взгляде он уже успел поймать искреннюю заинтересованность.
Чем можно удивить такую женщину? Только искренностью и новыми впечатлениями. А к дельфинам еще никто не оставался равнодушен. Особенно, когда они плавали вокруг, на расстоянии вытянутой руки. И Дэм не ошибся. Лана радовалась, как маленькая девочка. Столько эмоций и столько позитива! И это было так заразительно, что он и сам невольно втянулся в это веселье. Давно его так не трогала простая морская прогулка. Все эти красивые виды давно уже стали простым фоном к его работе, а вот сейчас рядом с Ланой все казалось каким-то другим. За каких-то пару дней эта красавица изменила его самого и его жизнь, привнеся в серые будни разноцветные блики. Он и сама стала для него светлым лучом. Мечтательная, искренняя. Ее близость чертовски заводила. Ему нравилось ощущать ее аромат, нравилось обнимать и просто слушать звонкий голос. Ему нравилось дразнить ее, ходить по краю ее инстинктов и желаний, а затем смотреть, как она мило смущалась от своей же энергетики. Он и сам поддался ее чувственности, не в силах больше сдерживать желание хотя бы просто украсть один поцелуй с ее сладких губ… Только за одним поцелуем он уже не мог остановиться, особенно когда Лана так трепетно и искренне отвечала ему. И лишь вызов по рации заставил его отступить. Не так все должно случиться, не так. Он не хотел ее делить ни с этим морем, ни с солнцем, ни с дельфинами, ни с толпой возможных зевак. Только его.