Stargate Commander: История "Рассвета" (СИ)

На меня посмотрел Мигунов. 
– С разведкой справишься? 
Я вытаращил глаза на офицера. 
– А можно я уже, наконец, железки крутить буду?! – возмутился в край. – Я слесарь, а не разведчик! Может, мне ещё и в соло флагман взять на абордаж и командование ордера обезглавить?!
– Я бы на это посмотрела, – хмыкнула Анька и мечтательно облизнулась. 
– А кто лучший разведчик, если не техник? – удивился полковник. – Тихо под маскировкой проник на корабль. Влез в системы. Где надо – замкнул, где не надо – вообще спалил к херам собачьим. Это штурмовики с кровью и говном размажут всех по палубам и переборкам. А для тихого проникновения как раз техники нужны. 
– В солягу не пойду! – отрезал я. – Действовать на заведомо заброшенном корабле один против десяти – ещё на грани здравого смысла, но реально. Но один против всего экипажа флагмана?! Спасибо. Я контуженый, но не настолько. 
– Жаль, – искренне сокрушился Палыч. – А я надеялся, что на столько…
Дегтярёв подал голос. 
– Сколько тебе необходимо людей для прикрытия, чтоб ты смог диверсировать условный хат`так?
И, ведь, даже не спросил, возможно ли это вообще! Просто поставил перед фактом, что это должно быть сделано! Только захотел узнать, какими силами. 
Но смех – смехом, а проникновение на борт флагмана сейчас и будет наша основная цель. Даже важнее всех прочих вместе взятых, что успели скопиться до этого момента. Если начну перечислять все подряд – не хватит пальцев на руках и ногах. Но если вспомнить главное – корабли гоа`улдов флагманского типа почти всегда оснащаются саркофагами для исцеления. А у нас одна Томка медик, и та работает на износ. Раненые нуждаются в медпомощи. Арсеналы таких кораблей рассчитаны на переводку вооружения для снабжения небольшой наступательной операции в пределах планетной системы. А у нас всё оружие – ручное стрелковое. Патроны не бесконечные, знаете ли. Энергетическое оружие нам бы пригодилось. Не говоря уже о том, что «люсики» планировали в это место полномасштабную интервенцию. Значит, позаботились о припасах и провизии. А у нас минимальный минимум с собой. И то, что сняли с «Колыбели зла». Нам нужны их запасы. Замыкает перечень главных причин наличие на флагмане тоннельного двигателя. То, что ордер добрался сюда, означает, что движком научились управлять. Нам нужны такие специалисты. Вряд ли они с распростёртыми объятиями побегут исполнять наши предписания даже под дулом автомата, но посреди океана лучше иметь хотя бы дырявую лодку на плаву, чем барахтаться с тонущим бревном. Я бы попытался захватить флагман. 
Другое дело, что даже я понимаю: захват лидера эскадры – это тебе не в шашки ссать. По-тихому диверсировать корабль, конечно, смогу. Не впервой. Но кабы нас не принялись разбирать на камушки соседние с флагманом хат`таки. Не уверен, что сумею сделать всё настолько чисто и бесследно, что числящиеся в составе ордера борта не смогут ничего понять и предпринять. 
  
Глава 34. Мозговой штурм - 2.
 
Но, если так подумать, что такое хат`так? Сравнительно небольшая пирамидка, основные объёмы которой занимают габаритные устройства, чьи технологии гоа`улды не смогли воспроизвести в оригинальных типоразмерах или не сумели усовершенствовать, уменьшив. Полезного объёма на борту не так уж и много. Ходки и коридоры прямые, технологических ниш мало, всё зашито облицовкой, спрятаться особо негде. На таком корабле большая диверсионная группа только ускорит своё обнаружение. Прямые столкновения тоже не слишком удобны для обеих сторон: соорудить укрытия не из чего. Если и затевать стрельбу в хат`таке, то это должен быть дерзкий огневой налёт и быстрое перемещение после зачистки очередного отсека или коридора. Другое дело, что системы безопасности контролируются с боевого мостика корабля, куда не добраться за мгновение ока. Захват Центрального поста – чрезвычайно трудоёмкая операция, если экипаж в готовности и всеоружии. А чем тут может помочь техник? Влезть в бортовые системы через терминалы и консоли? Вскрыть технологические люки и нарушить штатную работу отдельных узлов и агрегатов? Пока я буду заниматься тем же жизнеобеспечением, к примеру, буду уязвим для нападения. А напасть может как один джаффа, так и полнокровный полк. Без угрозы друг для друга в коридоре палубы развернутся четыре стрелка. Больше уже будут мешать сами себе. То есть, один пулемёт с достаточным боекомплектом перекроет одно направление, покуда в него не влетит граната.
 
– В зависимости от цели и задачи, где копаюсь, – прикинул я. – Минимум один. Максимум четыре.
Дегтярёв задумчиво поводил челюстью, будто бы кого-то жевал на зубах, повернулся к Рыкову.
– Как настроена система безопасности на флагмане? Как-то отслеживается инфильтрация чужаков на борт?
– Только патрули, – сообщил старший лейтенант. – Среди люсианцев есть и носители симбионтов, и бывшие носители, и простые гуманоиды. Инъекций изотопа наквадаха на всех не напасёшься. Пришлось пойти на эти меры, но по-другому мы не можем. Слишком часто меняются составы групп и экипажи кораблей.
Уже одной проблемой меньше.
Майор вернулся ко мне.
– Как проще всего стерилизовать корабль гоа`улдов?
Мозг зацепился за формулировку. Не уничтожить. Не захватить. Не диверсировать. Стерилизовать. Видимо, офицер предположил возможность ликвидации живой силы на борту с целью последующего занятия корабля. А для этого необходимо обеспечить максимальную сохранность и минимум сопутствующего ущерба.
Стерилизовать можно хреновой тонной способов. Химическим, бактериологическим, физическим, радиационным, и так далее. Вопрос, какой из них более простой и менее трудозатратный. Малой группой невыгодно встревать в мясорез. В этом случае придётся тащить с собой боекомплекта по цинку на брата, и то не факт, что такого запаса хватит. Проще вмешаться в нутрянку корабля, нарушить работу энергоснабжения и/или жизнеобеспечения, и дождаться, пока пирамидка превратится в склеп.
Я повернулся к операм.
– Планов флагмана нету?
Катин отрицательно покачал в ответ.
– Только в бортовом компьютере корабля. Достать их без палева не получится.
Оставалось только вздохнуть.
– Самое простое – положить жизнеобеспечение, – это уже относилось к ответу на вопрос майора. – Для гарантии придётся вывести из строя системы борьбы за живучесть. Без искусственной гравитации на борту жить и воевать можно. Без кислорода и отопления – нет.
– Вас троих хватит на это? – спросил офицер.
Мы трое переглянулись.
Допустим, опера сойдут за своих. Они своими и являются. Могут разыграть маленькую сценку об уничтожении отряда местными аборигенами или системами безопасности обнаруженного корабля-города. Якобы, они двое вернулись за подкреплением и тяжёлым вооружением. Другое дело, что их могут спросить, на хера вернулись, когда можно было «позвонить» с планеты и запросить помощь. Имитировать отказ связи? Это поймут сразу же, как только кто-то сведущий залезет в систему. Нарушить её работу, не привлекая внимания, не смогу: вмешательство будет слишком очевидным. Уже гарантированная точка отказа в плане. С одной стороны, вряд ли каждый садящийся в ангаре флагмана борт досматривает местный особист и ищет интервента. С другой стороны, самый невероятный расклад событий на фронте зачастую оказывался глубоко проработанным планом генерального сражения.
– Предпочли бы не рисковать, – протянул Рыков, глядя на меня в ответку. – Диверсия неслаженной группы? Члены которой впервые друг друга встретили? Чревато провалом.
– Предлагаю так! – встрял Катин. – Собираем тела «наших». Грузим в тел`так. Выходим на связь. Сообщаем о встреченном сопротивлении, докладываем о потерях. Запрашиваем подкрепление и сами просимся вернуться на борт. По прибытию предъявляем трупы. Пока ими занимаются и думают, что произошло, можно спокойно просочиться из ангара и под шумок натворить делов на инженерной палубе. Тем более, наквадах-реактор на последнем издыхании. Это даже не сразу будет расценено как диверсия.