Stargate Commander: История "Рассвета" (СИ)
– Один – полковник, другой – ефрейтор, – пожал плечами майор. – Оба церберы. Один принял командование после гибели генерала, как старший по званию. Другой с первых секунд гребучего пиз… гм… мясореза взялся разруливать последствия инцидента. Пусть и с потерями, но они сумели разрешить кризис. Неплохие кадры.
Кристина улыбнулась.
– От тебя нечасто услышишь похвалу в адрес сослуживцев. Видимо, и впрямь спецназ на выезде.
«Не каркай, блин», – подумал военнослужащий. – «А то ещё накличешь…».
– Не спецназ, – выдохнул офицер. – Но с любыми другими кадрами «у руля» шансов для экспедиции было бы намного меньше. Ты корабль, кстати, осматривала?
Девушка покачала в ответ головой.
– Нас дальше санузла не отводили. Сказали, мол, они тут почти ничего не понимают, а единственный специалист по технологиям Древних сейчас на Земле с докладом. Лучше никуда не ходить и ничего не трогать.
Александр Сергеевич аж крякнул от изумления.
«Не понимают?! Люди, которых готовили к отправке на корабль Древних, не понимают в технологиях Древних?! Подать сюда мне это тело, я ему втащу!».
Учинять массовые казни по столь незначительному поводу точно не стоит. Но зарубочку в памяти лучше оставить и потом разобраться с этим вопросом.
Потом.
Как-нибудь.
Гвардии майор вздохнул.
– Ладно. Я к генералам на доклад. Хоть к кому-нибудь из них, кто сейчас на месте будет. Держись на связи. Если дадут «добро», Рыкова «пойдёт» к ним на место, разруливать ситуацию.
Племянница кивнула.
***
Командовал парадом на территории объекта генерал-полковник Белов Дмитрий Константинович. Убелённый сединами старец весьма почтенного возраста являл собой неразрешимую загадку, почему в свои года он остаётся при исполнении и не уходит на пенсию в связи с выслугой лет. Обычно, такие возрастные группы военный комиссариат списывает с учёта. Но что поделать, если инопланетное направление для Земли новое, а генерал-полковник – один из немногих среди генеральского корпуса, кто соответствует и уровню знаний об этом деле, и своим званием, и уровнем допуска по секретной части? Приходится на ходу править отдельные нормативные акты, чтобы натянуть сову на глобус и оправдать некоторые отклонения от привычного уклада.
Оный генерал-полковник Белов обладал феноменальным не только для своего возраста, но и вообще для человека навыком скорочтения. Потому любой более или менее крупный доклад ему предоставлялся в письменном виде даже, если докладчик стоял перед ним. Как сейчас перед столом генерала-полковника стоял гвардии майор Дегтярёв. Высокочинный же изучал материалы по теме ограниченного воинского контингента, испытывающего судьбу на прочность. Довольно быстро изучал, надо заметить. На ознакомление с текстом времени ушло несравнимо меньше, чем ежели бы доклад вёлся устно.
Генерал-полковник отложил бумаги на стол и снял очки. Возрастные изменения никто не отменял, невзирая ни на какие заслуги и выслуги лет. Вблизи Белов видел уже не так шикарно, как полвека тому назад.
– Значит, наш юный гений уверена, что сможет определить местоположение экспедиции? – задумчиво произнёс вслух Белов. – Что ж. Её отправляйте. Во времени не ограничивайте. Пусть работает столько, сколько потребуется. Что до тоннельного двигателя «Атлантиды»… Передадим запрос нашим вероятным союзникам. Перелёт за миллиард световых лет – затратное мероприятие и чрезвычайно рискованное. Велик шанс, что ради двух сотен человек такие риски принимать откажутся. Но за спрос не бьют в нос.
– Разрешите самому участвовать в деле? – запросил гвардии майор.
– Оно у вас на личном контроле, – кивнул генерал-полковник. – Курируйте его вплоть до возвращения личного состава. Если того требует ситуация – «отправляйтесь» «туда» лично. И подключите Отдел по связям с общественностью. Пусть подготовят почву на всякий противопожарный случай. Действовать с умом. Весь сор из избы не выносить, но особо отличившихся упомянуть и отметить сообразно заслугам.
– Есть.
***
Кошкина Кристина как раз домывала в кабинете дяди кружки из-под кофе, которые специфическим кофейным налётом покрылись, как стены пещер от известковых отложений, когда на поясе в подсумке ожила радиостанция.
– «Рокада», отзовись, – р/с хрюкнула голосом гвардии майора Дегтярёва.
Девушка перекрыла кран рукомойника, отставила мокрую кружку на ближайшую горизонтальную поверхность и вытерла руки полотенцем прежде, чем снять с пояса радиостанцию.
– На связи, – откликнулась племянница, начисто забив на параграф дисциплины связи.
Даже не назвала имени вызываемого абонента, кто вышел на канал.
– Гарцуй к нашему мегамозгу. Помоги правильно подключиться и присмотри за тем, кто придёт «с той стороны». Я подойду в ближайшее время.
– Есть.
Быстро убрать рацию в подсумок на поясе, протереть лишние брызги воды у рукомойника, надеть китель, снятый для посудомоечных работ, и убыть по указанному адресу исполнять нарезанную задачу.
21 февраля
Борт крейсера Древних класса «Аврора»
«Рассвет»
– Шибануться, куклы гнутся! – восхитилась «Томка», оказавшись в Центральном посту «Авроры».
Мне главное ненароком не забыть, что передо мной – мелкий, но дико вумный гений, а не моя давнишняя подруга детства. Желательно фильтровать базар, думать, что говорю и вообще выглядеть пай-мальчиком. Даже, если таковым не являюсь.
– Центральный пост крейсера, – я в роли экскурсовода информировал гостью о состоянии дел.
Мигунов, делегировав мне эти полномочия, предпочитал тусоваться позади и не отсвечивать. Видимо, о чём-то подозревает, или чего-то опасается.
– Отсюда происходит управление кораблём, если всё происходит штатно. На случай внештатной ситуации есть запасной мостик, но сейчас нам и этого хватает.
– Обсерватория тоже тут? – поинтересовалась Юлька.
– Ни хрена никак нет. Аппаратная бортовой обсерватории изолирована от рабочих объёмов. Но сюда может стекаться информация с внешних датчиков, сканеров и телескопов. Собственно, насчёт обсерватории…
Я подошёл к креслу командира корабля, сел в него и подключился к нейроинтерфейсу. Через несколько секунд перед нами возник голографический экран, где отобразилось наше относительное местоположение в этой системе.
– Ты спрашивала за локализацию наших координат. Самое простое мне удалось, но на этом мои полномочия, как бы, всё. Кончились.
Рыкова-младшая подошла к экрану и около минуты созерцала его, видимо, старательно запоминая картину на нём.
– Ты только относительное местоположение установил? – спросила она, не оборачиваясь.
Мысленная команда на изменение масштаба – и изображение начало медленно отдаляться. Планетная система, звёздная, звёздное скопление, рукав этой спиральной галактики, местное скопление галактик, сверхскопление.
– Данные неточны, – сообщил я, когда очертания схемы стали отдалённо походить на то, что известны нашим астрономам. – Что это Великая Стена Слоуна – понятно и без перевода. Но смотри, что я нашёл.
Ввод команды на поиск Терры – и проложенный генеральный курс к Солнечной системе привёл нас аккурат в наш уютный уголок галактического дурдома.
– О…ху…деть…, – только и смогла выдавить из себя юный гений.
Соглашусь, есть, от чего порвать свои шаблоны.
– Это Солнечная система, – констатировал я очевидное, пока мелкая пребывала в состоянии когнитивного диссонанса. – Третья по счёту от Гелиоса планета – Терра – и есть Земля. Но, как ты понимаешь, на этом сходство заканчивается. У Земли две Луны. У Марса лишний спутник нарисовался. Вместо пояса астероидов за Марсом лежит полноценная планета, неизвестная сегодняшним астрономам. У Юпитера с Сатурном по одному неучтённому спутнику. Это устаревшая карта. Ей как минимум больше десяти тысяч лет.