Хочу тебя навсегда (СИ)

— Уже? Так рано?
— Я ведь не планировала оставаться здесь на ночь, — смеюсь в ответ.
— А я-то надеялся! — подхватывает именинник. — Ладно, шучу. Пойдем провожу, Сонь.
Попрощавшись с гостями и пожелав им хорошего отдыха, я медленной походкой иду с Сергеем к воротам. Благодарю его за приглашение, хвалю друзей. Они правда классные. Весёлые, отзывчивые. Такая дружба длиной в двадцать лет достойна глубокого уважения.
— Созвонимся, Серёж, — произношу, открывая дверь автомобиля.
— Да, я наберу. Помню, что обещал узнать по поводу педиатра.
— А, это вовсе не срочно! — заверяю его. — Но буду безумно признательна.
Тот, что курирует нас по месту прописки — показался мне недостаточно надёжным и опытным. Сергей знает всех в этом городе, поэтому пообещал найти кого-то более толкового.
Реабилитолог машет на прощание рукой и провожает взглядом мой автомобиль до тех пор, пока он не скрывается из виду.
Облегченно вздыхаю и давлю на газ. Обожаю ездить за рулём в одиночку. Можно позволить себе чуточку больше, чем когда на заднем сидении находится полуторагодовалый ребёнок. Кажется, я начинаю понимать Ярослава и его любовь к быстрой езде.
Дальше я немного теряюсь и не могу найти выезд из посёлка. Навигатор не работает, интернет не ловит. На улице темно, а я паникую и двадцать минут езжу по пустым переулкам, пока не встречаю пожилую местную жительницу. Она указывает мне правильную дорогу, и я наконец попадаю на загородную трассу, где уже не возникает никаких проблем.
Дома я оказываюсь в десять. Это куда позже, чем мне того хотелось бы. Кладу ключи на тумбу, вешаю сумку на крючок и снимаю обувь. Почти беззвучно крадусь в сторону нашей с Булочкой комнаты, пока откуда ни возьмись передо мной не появляется бабушка.
— У меня чуть сердце не остановилось! — шепотом «кричу» на неё.
— Ты время видела? — спрашивает бабуля, уперев руки в бока.
— Ты даже в школе так не отчитывала меня! С Верушкой возникли какие-то сложности?
— Я не в курсе. Она весь вечер провела со своим отцом.
Бабушка кивает в сторону спальни и отступает, дав мне дорогу. Ох, Яр все ещё здесь? Ну надо же!
Оставшиеся два метра даются мне с огромным трудом, потому что ноги будто наливаются свинцовой тяжестью.
Я открываю дверь и заглядываю внутрь. Ярослав стоит у кроватки, где мирно спит наша с ним дочь и задумчиво на неё смотрит. Услышав шаги за спиной, он оборачивается.
— Привет, — тихо здороваюсь. — Как вы?
Яр отходит от кроватки и останавливается напротив меня. Прячет руки в карманы брюк.
— Вера недавно уснула, — поясняет Жаров. — Буквально две минуты назад.
— Ты пересказывал ей уголовный кодекс?
— Кажется, это она мне пересказывала, потому что я сам чуть не вырубился.
Ярослав улыбается краешками губ, а моё сердце оживает и начинает биться громче и чаще.
— Обычно Вера засыпает куда дольше, — отвечаю Жарову. — Ты хорошо её вымотал.
— Да ладно.
— Правда! Буду каждый вечер звать тебя в гости.
Яр мигом серьезнеет, а я прикусываю язык. Последняя фраза была лишней.
— Хотел предупредить — завтра и последующие три дня меня не будет в городе.
— Да, без проблем. Буду по старинке читать Вере сказки.
Я говорю быстро и без остановки, а у самой внутри всё переворачивается. За этот месяц дочь так сильно привыкла к ежедневному присутствию Ярослава, что даже не знаю, как мне придется объяснять ей, почему папы нет. Я его не зову — он сам приезжает. Звонит, ставит перед фактом. Я не сопротивляюсь и не препятствую. Не принимаю никаких решений. Он сам. Это желание Яра — проводить своё личное время с Верой.
— Я по работе еду, Сонь, — поясняет Ярослав, впиваясь глазами в моё лицо.
— Ты не обязан отчитываться.
Яр опускает взгляд и смотрит ниже. На губы, шею и грудь. Моя кожа горит, а сердце усиленно бьётся о рёбра. Внешне я кремень, а внутри та самая влюбленная девочка по прозвищу Пряник.
— Помнишь, что я тебе говорил? — интересуется Жаров. — Тогда. В машине. Когда мы ехали от Раи.
— Помню.
— Это хорошо. Потому что всё в силе, Сонь.
 
Я нервно сглатываю и отвожу взгляд в сторону. Рассматриваю при тусклом свете нашу с Ярославом дочь.
«Я не хочу иметь с тобой ничего общего. Ничего, кроме Веры», — выплевываю резкие как лезвие фразы.
«Не разбрасывайся громкими словами, Сонь. И не торопись говорить «нет». Я подожду, пока ты будешь готова стать моей».
Я тогда решила, что он спятил. Просто спятил. Два года прошло как мы развелись. За это время я успела родить чудесную малышку и принять как факт, что нам с её отцом больше не по пути.
Я первой выхожу в коридор, Ярослав следует за мной. Он находит свою обувь, собирается. И несколько медлит. Я замечаю, что у него отвернулся воротник на футболке-поло, поэтому подхожу почти вплотную и встаю на носочки. Поправляю его, стараюсь не смотреть в карие глаза-омуты. Только чувствую горячее дыхание на своём лице. Кожа покрывается мурашками, дыхание сбивается.
— От тебя несёт чужими духами, — немного недовольно говорит Яр.
— От тебя тоже когда-то, — намекаю на давние события.
Я боролась за каждую его улыбку, взгляд, слово. За малейшее касание.
Я сгорала от ревности и возрождалась заново, стоило ему только меня поманить.
Я была готова на всё. Дарить, любить и прощать. Любую его ошибку. Он, как и предупреждал — не оценил.
— Я до сих пор удивляюсь, как ты меня тогда терпела, — тихо произносит Ярослав.
— Дурой была.
Он едва уловимо касается губами моего виска. Пахнет так, что мгновенно перебивает запах Сергея.
Прикрываю глаза, отключаю голову.
Мы стоим, прижавшись друг к другу бесконечное количество секунд. Мои ладони скользят по крепкой шее и опускаются к груди. Туда, где часто колотится его сердце.
  
Глава 43
 
* * *
— Па-па! Па-па!
Я открываю глаза и в поле моего зрения сразу же попадает Булочка. Она уже проснулась и теперь сидит рядом. Нетерпеливо дёргает меня за волосы и настойчиво зовёт Ярослава. Приехали.
— Привет, моя сладкая, — ласково обращаюсь к дочери. — Ты решила с самого утра добить меня упоминаниями о своём отце? Похвально.
Верушка заразительно смеется, словно понимает, о чём речь. Я встаю с постели, подхватываю дочь на руки. Начинается новый день, в котором много планов и совершенно нет времени на лишние мысли о Ярославе. Вот только он сам напоминает о себе, когда мы с Верой застаем у подъезда курьера после дневной прогулки. Он держит в руках огромную фруктовую корзину. Невероятно тяжёлую и почти неподъемную. Попав домой, я сразу же набираю номер Жарова и благодарю его за заботу.
— Как ваши дела? — интересуется Яр.
— Вера успела раз двадцать помириться и поссориться с соседской девчонкой, обсыпать песком мальчишку на два года старше и получить лопаткой по голове. Всё как обычно.
— Мило, — усмехается Ярослав.
— Да, если не считать того, что в двадцать один год моя голова скоро станет седой. Кстати, забыла сказать — мать Лины передавала тебе большой-большой привет. Удивилась, что давно не видела папу Веры на прогулке.
— Мать Лины? Это та, что с короткой мальчишеской стрижкой?
— Нет. У неё длинные волосы и огромные сиськи. Очень запоминающаяся личность. Так что можешь не делать вид, будто не помнишь. Насколько я поняла, вы даже успели представиться друг другу. Может дать ей твой номер, как думаешь?
Ярослав коротко смеется, а мне не до веселья. Все мамы, которые гуляют в нашем дворе, едва не сворачивают шеи при взгляде на отца Булочки. И каждый раз, когда я выхожу на прогулку вместо него, даже не пытаются скрыть разочарования. Я никогда не найду себе новых подруг в этом районе!
— Ты не ответила, как у тебя дела? — интересуется Яр.
— Всё в порядке. С минуты на минуту буду встречать гостей.
— Реабилитолога?
— Ты имеешь что-то против?