Госпожа не-мертвых (СИ)

Безусловно, Хастин ей доверял, более того — предводительнице он верил больше, чем кому бы то ни было. Просто он не всегда понимал её логику, и это жутко бесило.
Какую бы очередную авантюру она не задумала, ему, Хастину, место в ней найдётся. Так уж выходит, что он участвовал во всех серьёзных проектах общины, и этот наверняка не станет исключением. Значит, надо заранее подобрать накопившиеся долги, чтобы потом не отвлекаться на второстепенные задачи. Чем он сейчас, собственно, с учениками и занимается.
  
Глава 9
 
По отношению к своим первым наставникам из «пауков» Селеста испытывала сильное чувство благодарности. Дурой она не была и прекрасно понимала, что для инструкторов оставалась не более чем просто работой — да, весьма специфической, всё-таки обучать восставших им прежде не доводилось, но всего лишь работой. Однако точно так же она понимала, что учить можно по-разному. Давать минимум необходимого и не более того — или вкладывать душу в обучение, заставляя ученика шаг за шагом преодолевать себя, вынуждая с каждым уроком становиться сильнее, изощрённее, наблюдательнее.
Её учителя принадлежали ко второй категории. Свою работу они выполняли качественно.
Когда барон Кардэ, руководивший в те времена безопасниками Талеи, добровольно-принудительно завербовал их с Медеей и Хастином в свою организацию, одним из условий вхождения стало обучение всему, необходимому на новом месте службы. Изначально предполагалось, что речь идёт о чисто воинских навыках, но позднее в список вошли психология, этикет, древние языки, риторика, литература и много, очень много иного. Изголодавшийся по информации ум Селесты поглощал знания с бешеной скоростью, поражая инструкторов темпами учебы, она за месяцы осваивала то, на что у других уходили годы. Возможно, тогда она совершила ошибку, напугав людей продемонстрированными способностями и тем самым заставляя их туже натягивать невидимый поводок. А может быть, ей просто завидовали? В любом случае, отношения с коллегами у неё не сложились, миниатюрную упырицу старались задеть при каждом удобном случае, пытались подставить перед начальством. Кардэ быстро разобрался в ситуации, но вмешиваться не стал — ему было интересно, справится ли она.
Справилась, пусть не сразу. Разобралась в подводных течениях службы, научилась лавировать между группировками, провела несколько удачных операций. Заработала репутацию твари умной, злопамятной, полезной. Дружить после всего она ни с кем не собиралась, да и не смогла бы. Уже потом она поняла, что барон её всё-таки прикрыл, одернув наиболее ретивых гонителей.
Кардэ перед ней не выказывал ни страха, ни брезгливости. Он был очень неординарным человеком, практически гением, с презрением игнорировавшим общепринятые стереотипы. Ему нравилось общаться с Селестой, она поражала его отсутствием почтительности перед авторитетами и необычностью суждений. Беседы с бароном многое ей дали, благодаря ним у неё постепенно появилось понимание внутренних, скрытых от внешнего наблюдателя, процессов во властных кругах.
Селеста многое взяла от него. Если бы не те бьющие по самолюбию выволочки наедине, неизвестно, стала бы она нынешней Ночной Госпожой, или нет.
Хастин прошел совершенно иную школу. Его сразу взял под своё крыло великий маг Тайран, личность властная, жесткая, влиятельная. К парню он изначально был настроен благожелательно и, убедившись в способностях молодого вампира, принял в ученики. Авторитет мага позволял ему плевать на мнение окружающих с высокой колокольни. Благодаря возрасту и высокому интеллекту у него сложились свои критерии оценки людей, и тот факт, что новый ученик днем спит в подвале и питается человеческой кровью, в его глазах значение имел слабенькое.
Разный судьбы, разный жизненный опыт, разный взгляд на события. Неудивительно, что их оценки возможных последствий тех или иных поступков далеко не всегда совпадали.
— …видимо, не понимаешь, что вы натворили, — выговаривала Селеста нахохлившемуся в кресле чародею. — Это не просто нарушение четырех статей второй части Уголовного Кодекса, запрещающего проводить любые манипуляции в адрес правящей особы или родственников оной, в том числе покойных! Вы грохнули стража посмертного покоя! Если об этом узнают люди, против нас ополчатся все, то есть вообще все, даже наши союзники. В первую очередь — наши союзники! У аристократов в родовых склепах такие же саркофаги стоят, или очень похожие, они мигом ситуацию на себя примерят. И поверь, она им не понравится.
 
— А что ещё мы должны были сделать? — огрызнулся Хастин. — Он на нас напал! Понятия не имею, почему он проснулся.
— Он проснулся потому, что вы, дилетанты, его разбудили, — не отказала себе в удовольствии потоптаться ножками по чужому самолюбию госпожа. — Плохо подготовились, чего-то не учили, и вот результат. Торопились до моего приезда, верно?
Маг сидел с каменным лицом, но глаза отвел в сторонку.
— Семьсот лет — ума нет, — подытожила Селеста. — Значит, сделаем так. Погребальную камеру запечатаем. Запечатаем, я сказала! Прилегающие коридоры перекрыть, архитекторам от моего имени прикажи наметить обходные пути. О том, что госпожа велела не лезть в некрополь, к концу следующей недели должна знать каждая собака. Через полгода исследования по-тихому продолжим. Я правильно понимаю, что способ обойти защиту ты всё-таки нашел?
— Не обойти, — поморщился Хастин. — Временно заблокировать.
— Не суть важно. Меня больше интересует, подействует ли твой метод против благословения людских богов? Сам знаешь, как светлая энергетика храмовых и монастырских земель влияет на вампиров.
— Ну… — сложил пальцы домиком мэтр, — надо подумать.
— Думай, — кивнула госпожа. — Только на практике без меня не проверяй. Учеников тоже привлеки, чтобы они ни во что не влезли. Имей в виду — о том, что запрет на исследования в некрополе временный, они знать не должны.
— Вадору придется сказать, мы вместе будем заглушку ставить.
— Разве что только ему.
Селеста оглядела мага и пришла к выводу, что выволочку пора заканчивать. Хастин есть Хастин, его не исправишь. Он не дурак, наоборот, один из умнейших в её окружении, просто в вопросах любимого искусства Хастина слегка заносит. К счастью, есть Вадор, в сложных случаях направляющий инициативы наставника в правильное русло.
В том, что Хастин всё сказанное выполнит точно, она не сомневалась. Несмотря на увлеченность, маг прекрасно понимал, когда спорить можно, а когда — нет. Тем более что в вопросах традиций аристократов он разбирался даже лучше неё и теперь, после её слов, наверняка успел просчитать, чем им грозит обнародование факта уничтожения стража. Можно быть уверенным, что инструкции от него ученики получат правильные и молчать станут, как рыбы.
— Доклад от Грахора просмотрел? Что скажешь?
— Я по-прежнему уверен, что проблема не в магии — с легкостью принял смену темы Хастин. — Просто Грахор никак не связан с предыдущими попытками закрепиться в Глубокой Гавани.
— Или ты недооцениваешь Коллегию.
— Или я недооцениваю Коллегию, — спокойно согласился маг. — Но вряд ли. Я видел их артефакты, говорил с перебежчиками, изучил доклады разведки. Не тот у них уровень, они нас не превосходят. Ищи людей.
— Посмотрим, — неопределенно ответила Селеста. Вариант с утечкой они проверяли, результатов пока не было. — Всегда есть шанс на появление гения, придумавшего нечто новенькое.
— Я бы с удовольствием с ним побеседовал.
— Я тоже. Ты не думал завести птенца?
— Ещё не отошел от воспитания предыдущей. К чему ты спросила?
— Встретила в Ласкарисе Хоми, он уже не такой резвый, как раньше, — печально улыбнулась госпожа. — Мне он не подойдёт, может быть, тебе?
— Не получится, я проверял, — покачал головой Хастин. — Жаль.
— Да, жаль, — помолчав, Селеста встряхнулась, выметая из головы грустные мысли, и поднялась из кресла. — Мне пора на встречу с Таром. Зайду к тебе, когда разгребу накопившиеся дела, тогда поговорим обо всём подробнее.