Сто рентген за удачу!

Коридор привел нас к бронированной металлической двери. Некогда неприступная, сейчас она имела исключительно декоративный характер, закрывалась лишь для видимости. На самом деле стальные пластины замка давным-давно погнулись и не вмещались в предназначенные для них пазы.
Увидев дверь, Урюк воспрянул духом, дескать, «правильным путем идем, товарищи». Наверняка он полагал, что и хабар, и лаборатория окажутся прямо за этой бронированной махиной. Ага, щас! К его разочарованию, перед нами открылось абсолютно пустое квадратное помещение без окон и дверей. Вернее, на противоположной стене торчала одна – раздолбанная, деревянная, с полуистершейся жестяной табличкой «Высокое напряжение. Опасно для жизни». Сквозь выбитые доски ясно виднелся стандартный набор оборванных проводов, переключателей и всякого оборудования, какое обычно используется на трансформаторной подстанции.
– Ну, и куда это ты нас завел, проводник хренов… – начал было Витек, но наткнулся на мой взгляд и поправился: – Хрен его знает, что за место. Тупик!
– Вы заблуждаетесь, молодой человек, – вмешался профессор. – Нам именно сюда.
– В трансформаторную будку, что ли?
– В нее, родимую. Здесь другого пути на секретные подземные этажи нет, – пояснил я. – В углу, вон за той огромной бандурой, имеется один неприметный проход…
В бытность военным егерем доводилось мне водить сюда ученых. Правда, тогда их целью была не секретная лаборатория, а призраки, которые частенько появляются почему-то именно здесь. Уже вольным бродягой я тоже не раз лазил по подземельям ЦИРИ. Есть тут парочка постоянных феноменов, которые регулярно «рожают» не самый дешевый хабар. Так что, где расположена лаборатория, я догадываюсь, а вот как попасть внутрь, не представляю.
– Я иду первым. Вы – только после моего сигнала. Марек, проследи.
Напарник кивнул.
Миновав трансформаторную подстанцию, я попал в короткий узкий коридор – своеобразный пропускной пункт, он же форпост секретных подземных этажей. Некогда здесь несли вахту охранники, стояла перегораживающая проход вертушка. Сейчас о прошлом напоминала лишь разгромленная будка вахтера с разбитым стеклом и покореженным пультом.
За «пропускным пунктом» открывалась площадка с лифтом, причем его шахта размещалась точно в центре – этакой квадратной бетонной колонной. Лифт давным-давно не работал, кабина застряла между этажами, зияя раздвинутыми створками.
Нет, и не надо, мы вполне сможем спуститься по лестнице. Вон она виднеется в проеме. Обойдя площадку по периметру, я остановился возле лестницы, послушал, посмотрел вниз, перегнувшись через перила. Чисто. Активной опасности поблизости нет. Я включил рацию:
– Марек, запускай всех по одному.
– Понял, сделаю, – сквозь треск помех послышался голос напарника.
Я медленно стал спускаться по лестнице. Она заканчивалась на первом из секретных этажей. Чтобы спуститься ниже, нужно было воспользоваться другой лестницей, которая располагалась чуть дальше по этажу. Пока же я остановился на площадке с лифтом, дожидаясь остальных.
Шахта лифта и здесь проходила точно по центру небольшой площадки. На стене висели остатки пожарного щита, «манил» пустым дверным проемом и стойким резким запахом общественный туалет, чуть дальше виднелся вход в раздевалку – ее выдавали ряды металлических шкафчиков с распахнутыми дверцами.
Сразу за лифтом, на радость Урюку, имелась очередная бронированная дверь с электронным замком, на этот раз действительно закрытая.
– Лаборатория там? – уточнил Витек. – Для этой двери мы и брали ключ?
– Ну, положим, брали не вы, а мы, – негромко проворчал Марек. – А вы в канализации отсиживались, пока нас всякие отморозки мочили.
– Нам тоже досталось! – повысил голос Витек. – Эти гребаные чистильщики всех моих ребят положили! Вон, один Рыжий остался!
– Хорош орать, – вмешался я. – Тут полно всякой нечисти: призраки, хуги. Странно, что они еще не вылезли, услышав ваши вопли.
Урюк заткнулся, а Рыжий нервно повел автоматом. Впечатлительный парень. И предан Витьку, как дворовая шавка. Короче, тяжелый случай. Но, как говаривала одна моя знакомая штангистка: «Любой вес можно взять, если, конечно, у тебя хороший толчок».
 
Я подошел к бронированной двери, откинул крышечку кодового замка и привычно набрал на пульте несколько цифр. Пневматические запоры тихо чавкнули и открылись, следом заскрежетали механические замки. Черт, громко-то как! Давненько я их не смазывал. Надо будет в следующий раз не забыть прихватить с собой масленку…
Урюк за моей спиной издал хриплый каркающий звук и прошипел:
– Это как понимать, мать вашу? Вы, козлы, меня развести пытаетесь? Для двери не нужен никакой долбаный ключ, достаточно просто знать код! Причем по ходу он известен здесь всем, кроме меня!
– И меня, – невозмутимо откликнулся Марек.
– Витек, угомонись, наконец! – потерял терпение я. – Здесь дверей, как панцирных собак в АТРИ. Эта ведет не в лабораторию, а на очередной этаж. Для нее действительно не нужен ключ. Он понадобится дальше. Я правильно излагаю, профессор?
Иван Аркадьевич кивнул:
– Совершенно верно, господин Бедуин. Лаборатория расположена на третьем подземном этаже. Но, прежде чем спускаться туда, надо…
Он не договорил – я буквально отбросил его в сторону, а сам в прыжке перекатился вперед и открыл огонь по мелькнувшему возле лифта силуэту. Раздался рев хуги. Размытая тень нырнула в раздевалку и затаилась среди покосившихся шкафчиков.
Рыжий заорал и выпустил вслед «голодному» очередь, едва не задев Урюка. Тот попятился к стене, испуганно направляя автомат то на меня, то на Рыжего, то на профессора. «Снежного человека», вернее, его размытую тень Витек не заметил и вообще не понимал, из-за чего началась стрельба.
Марек внезапно тоже открыл огонь, только не по площадке с лифтом, а по проему приоткрывшейся двери с кодовым замком. Выпустил очередь и навалился всем телом на бронированную громаду, пытаясь поскорее опять ее захлопнуть. Ему это почти удалось – не хватило буквально сантиметра, как вдруг металлическая створка резко дернулась, словно кто-то с той стороны налег на нее, мешая закрыть. Из приоткрытой щели раздался утробный рев, треск, злобное уханье, словно в дверь ломился чудовищный кровожадный монстр.
– Да помогите же, черт!.. – заорал Марек, из последних сил удерживая дверь.
Профессор бросился к нему на помощь, но их объединенных усилий явно не хватало – бронированная створка продолжала медленно, но верно открываться. Я не мог им помочь – приходилось держать под прицелом раздевалку, в которой притаился хуги. Урюк по-прежнему стоял как приклеенный у стены и затравленно поводил стволом автомата из стороны в сторону.
Рыжий сделал движение к Мареку и профессору, собираясь помочь, но тут дверь резко распахнулась от мощного удара. Затем что-то дробно застучало. Казалось, стреляют из крупнокалиберного пулемета, причем Рыжий оказался прямо на линии стрельбы. Его отбросило к колонне с лифтом. Парень рухнул на пол и остался лежать без движения.
– Ах, вы так!.. – Марек сорвал с пояса гранату, примериваясь кинуть в дверной проем.
– Марек, нет! – завопил я.
Призрака, а за дверью был именно он, РГО не возьмешь. Этот телекинетик способен перемещать предметы, поэтому воздействует на дверь издалека, а сам затаился где-нибудь в безопасности под лестницей, подлец, и издает всякие страшные звуки, запугивает. Брошенную гранату он перехватит еще в воздухе и отфутболит назад, а я не уверен, что хочу заполучить такой «подарочек».
К счастью, Марек не успел выдернуть чеку, поэтому просто засунул гранату в первый попавшийся карман и прохрипел:
– Бедуин, нам вдвоем дверь не удержать!
– Ну, так отпустите ее! Пусть входит!
Марек и профессор отпрянули в разные стороны. Створка распахнулась со страшной силой, словно в нее врезался таран, и на площадку ворвалась… шаровая молния размером с футбольный мяч. Она почти бесшумно перемещалась в пространстве, иногда «постреливая» искрами, словно решала, кого из нас ударить первого. В воздухе сильно запахло озоном.