Сто рентген за удачу!
– Как думаешь, Бедуин, это снова спящие гейзеры? – спросил Потап.
– Не похоже, – откликнулся я. – Над гейзерами, как правило, пепла много, а здесь вроде чисто.
– Попробуем кинуть маркер? В смысле камень, – предложил Потап.
– Давай. Я кину, а вы с Ушастиком на всякий случай отойдите назад.
Пущенный моей рукой камень полетел в дрожащее марево. Еле заметная дымка сгустилась прямо на глазах. Воздух словно превратился в стекло. Казалось, его можно потрогать руками. Феномен явно имел гравитационную природу, потому что чем ближе подлетал камень, тем больше становилась скорость – его будто что-то притягивало. Наконец импровизированный снаряд с огромной силой ударился о «стекло». Раздался характерный звон, а потом на землю посыпались осколки… нет, не стекла, а того самого камня. От довольно увесистого булыжника в один миг осталось лишь мелкое крошево. Пожалуй, даже камнедробилка не смогла бы измельчить его лучше.
Я подошел к Потапу:
– Видал? Там не пройти.
Он кивнул, утирая пот:
– Ну и пекло… Как думаешь, Бедуин, жара связана со «стеклянной» аномалией?
– Вполне возможно. Ты что-нибудь слышал о ней?
– Нет, ничего. Наверное, мы первые, кто обнаружил.
– Или первые, кто остался цел, – поправил я.
– М-да… Значит, имеем полное право дать ей название. Как тебе «Адское стекло»?
– Сойдет. Жаль, КИПа нет, отправили бы сообщение по сети, застолбили за собой авторство.
– Да у нас такого авторства за последние дни… О-го-го! Одно «Ущелье экстремального перехода» чего стоит. А тут еще и чернозубые кабаны, и «Адское стекло»… Блин, до чего же жарко… – Леша достал флягу. Качнул, определяя, сколько воды осталось. – На самом дне. – Он протянул флягу мне. – Как раз нам с тобой по глотку.
Рысенок облизнулся и отвернулся в сторону. Ему не меньше, чем нам, хотелось пить. Он бы, конечно, полакал воды и из лужи, но, как назло, ничего подобного поблизости не оказалось.
Потап покосился на него и проворчал:
– Если глотки делать поменьше, то и на троих хватит… Ладно, что дальше? Попробуем обогнуть «Адское стекло» или вернемся назад в ущелье?
Я вопросительно посмотрел на секалана: «Куда, не подскажешь?»
Ушастик не ответил. То ли на этот раз не услышал меня, то ли и сам не знал.
– Попробуем пройти вдоль «Стекла», – решил я. – Вернуться в ущелье всегда успеем.
Для начала выбрали восточное направление. Но здесь возвышенность обрывалась отвесной стеной, и о том, чтобы спуститься по ней без помощи альпинистского снаряжения, нечего было и мечтать. Зато внизу разливалось привычное море тайги.
Ушастик обрадованно вякнул и припал на передние лапы: «Нам туда!»
– Хорошо бы, но как? – вслух откликнулся я.
«Не знаю. Вожак теперь ты, тебе и придумывать – как», – прозвучал недвусмысленный ответ.
– А что тут придумаешь? Может, ты умеешь летать? Мы – нет, – огрызнулся я.
– Ты с кем разговариваешь, Бедуин? – удивился Потап.
– Сам с собой, – спохватился я. – Говорю, вот она, АТРИ. Но чтобы спуститься туда, надо уметь летать.
– Здесь высота метров двести, не меньше, – прикинул Потап. – А ведь я узнаю это место. Вон тот хребет – Грива Якова, а там Косачево болото. Выходит, мы сейчас стоим… на вершине Золотого гольца!
Леха осекся и вытаращился на меня. Я ответил ему таким же потрясенным взглядом.
Золотой голец – миф и реальность АТРИ. Слухи о нем ходят самые разные, зачастую противоречивые. Утверждают, будто на его вершине просто так лежат золотые самородки размером с добрый кулак. Или – что здесь есть целые поля измененного пространства и, соответственно, хабар на любой вкус.
А некоторые слухи, наоборот, предостерегают, дескать, именно на плоской вершине Золотого гольца и живут пресловутые шептуны – таинственная и мрачная страшилка АТРИ.
На самом деле, кто такие шептуны, до сих пор не ясно. Известно лишь, что они разумны. Ну, или были разумными – до мутации. Происхождение шептунов неизвестно, цели неведомы. По некоторым гипотезам, это гости из «того» мира, по другим, наоборот, наши люди – те самые тунгусы-оленеводы, пережившие катастрофу и провалившиеся в АТРИ в момент столкновения миров. Высказывались даже предположения, что шептуны – инопланетяне с пресловутых «летающих тарелок».
Внешне они выглядят как люди. Носят одежду, обувь. Лица предпочитают прятать под капюшонами, хотя черты имеют вполне человеческие. Такого встретишь на маршруте и запросто примешь за обычного бродягу. Правда, лишь до тех пор, пока не посмотришь ему в глаза…
У шептуна глаза змеи – немигающие, желтые, с вертикальным зрачком-щелью. Невозможно спокойно смотреть в них и остаться в живых, а главное, в здравом рассудке. Дело в том, что шептуны – гипнотизеры, причем настолько сильные, что от них не существует сколько-нибудь эффективной защиты. Они могут подчинять себе людей, хуги, живоглотов, атрийскую рысь, рогачей – короче, всех без исключения обитателей АТРИ.
Шептуны способны гипнотизировать не только взглядом – глаза в глаза, но и на расстоянии. Иногда человек даже не успевает понять, что попал под «ментальный удар». Говорят, сначала слышишь тихий неразборчивый шепот, который идет словно со всех сторон одновременно, и если не успеешь уйти, то второго ментального удара уже не осознаешь. Короче, шептуны – страшные противники, с которыми на узкой дорожке лучше не пересекаться.
Очень надеюсь, что молва ошибается и шептуны не обитают на Золотом гольце. Если нас и впрямь занесло в это стремное местечко, пусть уж лучше правдой окажется слух о золотых самородках. Или, на крайний случай, о хабаре и аномалиях.
– Это точно Золотой голец, – убежденно повторил Потап. – Вот почему никто до сих пор не отыскал сюда путь! Потому что проход лишь один – через «Ущелье перехода».
Что правда, то правда, Золотой голец до сих пор оставался неприступным. По каким-то неведомым причинам вертолеты не долетали сюда – то выходили из строя приборы, то глохли двигатели. Или пилоты внезапно теряли сознание. То же происходило с теми, кто пытался штурмовать голец с земли, – на полпути к вершине они теряли сознание.
Похоже, мы с Потапом первые из людей, кто оказался здесь.
– Флаг водрузить, что ли? – пошутил Леха. – Бедуин, а давай застолбим местечко за нашей «учебкой»? Пусть все знают, что первыми на Золотой голец взобрались доблестные инструкторы славного Учебного Центра!
– Давай. Флага нет, повесим носок, – поддержал я шутку. – Вон к тому папоротнику прицепим. Внутрь носка положим эмблему «учебки», я по такому случаю нашивку со своего комбеза оторву.
Сказано – сделано.
Закончив столбить местечко, решили прогуляться вдоль «Адского стекла» на запад, в надежде, что там найдется-таки спуск с Золотого гольца.
Но не успели сделать и десяток шагов, как Ушастик тревожно прижал уши к голове и предостерегающе зашипел, а спустя мгновение мы и сами разглядели в отдалении множество воздушных смерчей разной высоты. Некоторые были нам по колено или по пояс, а самый высокий оказался примерно на голову выше нас. Смерчи крутились вокруг своей оси, как юла или волчок, и вообще выглядели как-то по-детски – этакими детенышами настоящего торнадо. Короче, несерьезно и неопасно. На первый взгляд…
Мы с Потапом встали как вкопанные.
– Вот ведь забугристая дребедень, – прокомментировал увиденное Потап. – «Чертовы столбы», фейсом их об тейбл. Того и гляди рванут так, что мало не покажется.
В отличие от настоящего торнадо «Чертов столб» не передвигается по округе. Он вертится на одном-единственном облюбованном месте какое-то время, а потом распадается бесшумной волной искривленного пространства. Попасть в такую не пожелаешь и врагу.
Я видел как-то раз двух волколаков, которых накрыло этим самым искривленным пространством. Казалось, их разобрали на части, а потом слепили вновь, перепутав детали. У одного стало две головы, причем вторая – чужая – торчала из спины. Хвост и лапа поменялись местами, а часть внутренностей вылезла наружу, опутывая зверя кровавым серпантином. При всем при этом волк-мутант еще жил! Вернее, корчился в агонии, издавая пронзительный визг. Пришлось пристрелить бедолагу. Второму зверю повезло больше – он остался без головы и умер мгновенно.