Падение "ангелов" (СИ)
— Что ты хотел?
— Мой эскадрон вышел к позициям полуроты «Базальт», мы им окажем поддержку, а вы тем временем должны занять городскую площадь в километре от вашей позиции и подготовить место для плацдарма.
— Э-э-э-м, у нас приказ нанести удар по передовому штабу.
В ответ лишь холодный технический голос:
— Это задачи одной цели. Мы к вам присоединимся позже, и сводной группой нанесём удар по штабу. Продвигайтесь в нашу сторону и сможете выйти к площади.
— Что случилось с фронтом? Почему так мало наших?
— В радиусе десяти километров, только мой эскадрон, два подразделения вашего ордена и отделение союзников, остальные были перекинуты на восток.
— Директория Коммун опять перешла в наступление?
— Да. Если мы не уничтожим командование врага в городе, то с вероятностью в восемьдесят процентом потерпим поражение в сражении.
— Хорошо, конец связи.
— Конец связи.
Рация, встроенная в динамик рта, заглохла и глазами, похожими на раскалённые угли, Андронник увидел, как киберарий под его командованием хладнокровно и машинными действиями расстрелял воина, облачённого в алый кафтан, сшитый из бронированных нитей.
— Господин, — бездушно прозвучало обращение к Андроннику, — судя по первичным данным, это разведчик Директории Коммун. Мы можем оперативно задействовать технические средства воздушного обнаружения с тепловым спектром сканирования для выявления потенциальных угроз и засад?
— Хорошо, — раздался безжизненный ответ на столь такой же холодный вопрос. — Выполняйте.
— Господин примас-искупитель, — обратился некто из отряда киберариев и в душе Андронника, в том, что осталось от неё, что-то дрогнуло, что-то, что не способны различить механизмы.
«Примас-искупитель» — с призраком печали проговорил Андронник. — «Мы столько служим Рейху, а до сих пор искупаем грех вмешательства машины в тела».
— Да, Кайл F-14.
— Разведка сообщает, что с востока движется корпус воинов из Директории Коммун при поддержке Десантного Полка.
— Наша задача неизменна — мы должны оказать поддержку группе Базальт и присоединиться к штурму передового штаба, — и погодя мгновение, он отдал приказ всему эскадрону. — Применить скрывающие плащи и перейти в режим максимальной маскировки.
Невидимыми призраками Эскадрон ринулся сквозь разрушенный город, спеша на помощь братьям по оружию. Сквозь разваленные постройки, полыхающие и искорёженные груды металлолома, лишь очертаниями, напоминающими боевую технику, отряд бредёт. Только тени могли сказать о том, что киберарии идут через город, но их никто не увидел, все были обращены к битве.
Приближение к позициям врага ознаменовали усиливающиеся трески пуль, рокот артиллерийского огня, месящий противника, и рьяные возгласы. Средь тесных улиц к месту битвы стекается всё больше бойцов врага, а с фронта подступают всё новые отряды неприятеля.
— Господин примас-искупитель, мы не сможем приблизиться ближе, — раздался голос в ухе Андронника, — возможностей скрытностей нашего плаща может не хватить для поддержания искажения картинки.
— А больше и не нужно. Эскадрон, атаковать врага.
Холодный приказ ознаменовал страшное явление — словно из подпространства выпрыгнули механические солдаты, окутанные чёрными плащами с капюшонами. Улицы, сжатые двухэтажными зданиями, в один момент залились ярким голубоватым свечением — энергетические мушкеты киберариев, латунные длинные орудия, растерзали воздух яркими сапфировыми лучами, скосившими воинов Либеральной Капиталистической Республики. Всё вокруг запахло жаренным и горелым, повис аромат страха и паники.
— Наступаем!
Неприятель попытался ответить разрозненным огнём, его солдаты рассредоточились у углов зданий и мешков с песком. Пара БТРов, прикрывающих пехоту, обратили взор башен на киберариев, но мгновенно смолкли, когда их изрешетили десятки прямых линий энергии. Секунда и их охватило пламя, переросшее во взрыв, и огненный столб поднял башню машины вверх, а звон металла и разрыва наполнил раскалённый воздух.
Киберарии, неумолимо наступающие воины смерти, рассеялись по улице, по зданиям и рассыпанной волной идут вперёд, ступая через тела поверженных врагов. Их лучи находят цели, где бы те не спрятались, не оставляя шанса на спасение. Свет, яркий неестественный свет слепит врага, а диоды киберариев приглушают яркость и идут вперёд, высекая на стенах и асфальте выжжено-чёрные следы.
— Retreat! (Отступаем!) — кто-то из противников завопил и направился вперёд по улице, в самый её конец, где есть выход на небольшое поле перед городком, где кипит ещё более жаркий бой.
— Càit a bheilsinn a ’tarraing air ais, amadan! Thasin nclamped! (Куда отступаем идиот! мы зажаты!)
Уши Андронника поймали эти голоса, а система перевала слова, различив шотландский говор. Вопли врага призвали киберария отдать ещё один приказ, который мгновенно рассеялся по всему эскадрону:
— Усилить давление, подавить сопротивление как можно скорее! Мы должны через пять минут выйти к «Базальту»!
Тем временем смешанные группы Либеральной Капиталистической Республики, собранные из различных подразделений, усилили наступление. Вокруг Яго валяется множится братьев по оружию, кто-то кряхтит от страшной боли, пленившее тело, а кто-то уже испустил дух. Сам командир ведёт перестрелку, его автомат грохочет и дёргается, неистово посылая пули в противника. Миномёты всё ещё продолжают пальбу, а танки врага стоят рассечённые и молчаливые, уподобившись мрачным памятникам, напоминающим, чего стоят воины Рейха. Но эта цена куплена слишком дорого — Яго с печалью на секунду перевёл взгляд на разбитую лазерную пушку и убитый расчёт. Он снова поднимает голову, и автомат выпустил звучную очередь, прошившую врага, укрывшегося за танком.
— Давайте, собаки! — яростно кричит Яго. — Из всех вас сделаю удобрение!
Со стороны поля перед городом, продолжают наступать враги, рассредоточенной стеной пытаясь окружить позицию воителей ордена, но частый огонь артиллерии раскидывает их.
«Эти придурки, не обкурились ли?» — спросил Яго, когда подумал о наступающих со стороны фронта врагах, которые даже не пытается укрыться от карающей руки артиллерии.
Солдаты «Республики» наткнулись со всех сторон с усиленным и точным огнём, который методично подавляет наступление. С остервенением они около получаса пытаются подавить отряд Рейха, но практически сломали зубы. Линия обороны «палачей» осветилась ярким огневым окаймлением автоматных и пулемётных залпов,
— Ole nüüd! Tule nüüd, tulenüüd! (Наступаем! Давайте-давайте!) — кричит командир отряда противника, который сквозь город пытается выбить «палачей» с позиций.
— Что за чертовщина?! — разразился ярым удивлением Яго, когда увидел, как с восточной улицы, хлынули не враги, а союзник, облачённый в ореол ужаса и осветивший всё вокруг ярко-сапфировым сиянием.
— Господин капитан, к нам на помощь вышел эскадрон киберариев, — доложил кто-то из бойцов.
— Я и сам это вижу, продолжай отстреливаться, чёрт бы тебя побрал!
Больше сотни киберариев за одно мановение взгляда заполнили всё вокруг мелькающими тенями, металлическими бликами и ослепительными вспышками. Полетели гранаты механических бойцов и столбы пыли, каменных осколков, песка и огня поднялись в воздух, раскидывая противника, который стал идти на попятную, отчаянно отстреливаясь.
— Taganemine! (Отступаем!), — был отдан приказ, но отступление, под страшным давлением вестников Рейха, превратилось в неорганизованное бегство.
Солдаты в чёрном камуфляже бросились наутёк, желая, как можно быстрее спастись от страшного рока. Киберарии таких расстреливали в спины, усеивая улицы телами с прожжёнными дырами в телах и бронежилетах, в то время как «палачи» медленно отходили к востоку, под прикрытием кибер-воинов.
Двух минут хватило, чтобы расчистить местность, оставив только остова и обожжённые стены разнесённых по кирпичу строений, массивы разбросанного металла от бронетехники и тела павших. Вой гулкого ветра сменил оглушительное звучание битвы, даже артиллерия смолкла.