Россия будущего: Альтушка по талону каждому гражданину (СИ)

Мысли сами собой струились пока мы в лифте спускались под землю. Меня изучили, незаметно влияли и пытались обезопасить. Когда я лег на кафель, я почти уснул. А это словно остаться наедине с голодными акулами и вскрыть себе вены, я мог влюбиться и мне было бы сложно сражаться.
— А теперь встань передо мной, — тихо проговорил я негру, коснувшись пистолетом.
— Нет.
Я выстрелил в пол лифта у его ноги.
— Быстро, — приказал я и негр встал передо мной, теперь его тело прикроет меня от неожиданностей.
Дверь открылась и первым, что я увидел, был ствол автомата, который держала в руках Тамара.
— Я был прав? — усмехнулся я,— Придется прорываться с боем?
— Нет, бобер! Я пришла освобождать твоего заложника! — рассмеялась Тамара. — Мне сообщили, что ты сошел с ума и всем угрожаешь.
— А зачем они ко мне в голову влезают?
— Работа у них такая, — отдала автомат Тамара негру. — Пойдем, нас ждет начальник безопасности этой гребаной страны.
— Может, вальнём его?
— Обязательно вальнем, — ответила мне Тамара. — Но позже.
Нас вели по подземным коридорам, то там то тут встречались огромные залы, где работали люди. Видать, система подземных ходов в этой стране особо развита. Хотя и не удивительно, наверху жара и довольно опасно, а тут попробуй еще достать того, кто тебе нужен.
Мы вошли в огромный кабинет, обставленный в английском стиле, за столом сидел седой мужчина в пиджаке.
— День добрый, я начальник государственной безопасности… — начал говорить мужчина, но я его перебил.
— А почему вы белый⁈ — удивился я.
— А вы что, Лаки, нацист? — одарил меня улыбкой мужчина.
— Но тут не любят белых, превосходство черной расы.
— Товарищ Лаки, они могут верить во что угодно, даже в превосходство женщин над мужчинами, — мигнул в сторону Тамары мужчина. — Но некоторыми делами должен заниматься специалист не по цвету кожи, а по своему делу.
— Итак, каково ваши предложение по нам? — спросил я.
— Я предлагаю вас убить, — ответил коротко мужчина. — Немедленно.
В моей душе стало холодно, почему-то я ему поверил, что мало того, что он решил, так он еще и может убить нас. Единственное, что меня радовало, так это ржущая рядом Тома, а значит, я еще немного поживу.
  
Глава 16
 
У каждого свои предпочтения, каждому нравится что-то свое. Одному нравится вкус боя, когда адреналин кипит в крови, когда вокруг все взрывается, когда тебя могут убить и ты убиваешь.
Другому нравится запах бумаги и кофе в тихом кабинете, успокаивающие клацанье клавиатуры…
Третьему же близка веселая толкучка на базаре, нравится рвать горло в ожесточенных торгах, и я считал что мне неинтересно ничего из перечисленного, но как же я ошибался.
Мне кажется, что лучше бы в меня стреляли из миномета, Термоядерной Томой, да чем угодно, нежели оказаться в пустой комнате, сидеть за столом наедине с властным человеком и решать судьбу миллионов.
Но есть неудобная правда, о который я никогда не задумывался.
Тактические вопросы решаются на земле доблестными солдатами под обстрелом артиллерии, а вот стратегические вопросы решаются в вонючих кабинетах.
Как бы я не относился к этому, но я четко понимал кто важнее, и сейчас я был очень важен.
И я был бы рад никогда не оказываться в таких кабинетах, никогда, но выбор у меня был небольшой. В этой комнате всё вокруг летало в пространстве, а мой собеседник нервничал и мог меня убить в любой момент. Я бы предпочел эти переговоры оставить Тамаре.
Но я эспер, а Тамара нет, и это первая страна, что приняла две системы управления, два вида, которые сосуществуют вместе, где эспер не просто царь, он и не подчиненный, он тот, кто может изменить многое.
И чиновники, политики в одном сплаве с эсперами, чтобы не только их ограничить, но и увеличить эффективность как эсперов, так и всего государства в целом. Как единого целого. И потому после кабинета с мужчиной-англичанином меня перевели в иную комнату, с тем англичанином будет вести разговор уже Тома, а здесь буду разговаривать я, что мне жутко не нравилось.
 
Хочешь договориться со страной, договаривайся и с эсперами, так здесь считают, и это первая такая страна и подобные переговоры первые. Эспер может договориться только с эспером.
Готовился ли я для того, чтобы решать судьбы миллионов? Нет, вообще не думал, но, кажется, мне придется, или нас прикончат, а у России появиться новый враг. У России и так врагов куча, а я, кажется, могу создать ещё одного. И за это мне никто спасибо не скажет.
— И как мне к вам обращаться? — спросил я, смотря на властную женщину лет сорока.
— Великая мать, — ответила мне мать Ауры.
— Понял, — напряженно проговорил я.
— Я пошутила, — улыбнулась мне негритянка в белом платье. — Вы так напряжены, расслабьтесь, я вас не съем.
— Опустите тогда, пожалуйста, стол на пол, — напряжённо проговорил я. — И мой стул. Меня нервирует, когда он левитирует.
Большой каменный стол парил над полом, как и все предметы в комнате, шкафы, диваны. Часть плитки с пола и даже стул подо мной парили над полом на высоте в несколько сантиметров.
— Я перенервничала, — улыбнулась мне женщина перебирая четки, и всё из мебели встало на своё место. — Вы так опасны, Лаки.
— А вы не опасны? — несмело улыбнулся я, когда мой стул всё же коснулся пола. — Мне вот сложно в это поверить, когда около моего виска летает нож.
— Я слабая женщина, а вы кровожадный русский, — одарила меня негритянка жемчужной улыбкой.
— Кровожадность русских преувеличена, — ответил я. — К слову, где вы выучили русский?
— Развитие мозга несет некоторые побочные эффекты, я разговариваю на семнадцати языках. Разве у вас не так?
— Нет.
— Значит, ваш мозг чересчур занят другими делами, наверное, потому вы и туповаты?
— Я не тупой.
— Вы уверены, что это не так?
— Уверен.
— Мне бы вашу уверенность, просто всё указывает на то, что вы не самый умный человек, — вздохнула Великая Мать в белом платье.
— Будем и далее друг друга оскорблять, или же начнём убивать друг друга? — улыбнулся я.
— Думаю, убивать мы можем в любой момент, так что давай поговорим, пока над документом работают ваша Тома и мой муж.
Мы замолчали на пару минут. Каждый думал о своем, она наверняка обо мне и том, насколько я могу быть опасен. Это волновало всех, они не совсем понимают кто я, но прозвали меня счастливчиком. А я вот думал о ней, они создают систему королевств и я сейчас говорю, как никак, с королевой. Что, в принципе, неудивительно, их вассалами же будут эсперы, только я вот не аристократ. Ну да ладно, посмотрим что будет.
— Ну что, ты согласен с тем, что эсперы скоро проявят себя? — спросила она. — Ты готов к этому? Готов проявить себя, взять на себя ответственность?
— Я с вами не согласен, — подвинул я тарелку с едой к середине стола. Есть я что-либо тут не собираюсь. — Есть единичные случаи появления людей, не таких как все, но это только начало, пройдут еще века, пока эсперы займут свое место в обществе.
— Они уже давно занимали свое место, — поджала губы дама лет сорока. — У нас есть информация, что Гитлер и Сталин были эсперами.
— А я-то думал, что хоть сейчас без Гитлера всё обойдётся, — выдохнул я.
— Ну что вы, как без Гитлера то? — улыбнулась мне негритянка и я улыбнулся ей во ответ. — Сколько вас осталось в России? Известных вам эсперов после чисток полудурков.
— Пока два.
— Да-а-а, работы у вас много, надо к вам послов отправить.
— В каком смысле много работы?
— У вас всегда было много эсперов, просто они спящие, они не выдают себя, зачастую ограничивая свои способности, — улыбнулась негритянка. — К примеру дежавю, предвиденье, вещие сны. У вас огромное население, которое способно к этому, а вот есть целые страны, у которых нет подобного. А вы верите, что это ничего особенного и смеетесь над редкими проявлениями в других странах, где сам факт этого вызывает яркие эмоции и новости.