Вот и свела нас судьба (детство в серых тонах)… (СИ)
— Понятно, Борис, что тут не только сказка, но и песня. Целая история получается. Только всё-таки скажи, откуда. Сам сшил?
— Почему бы и нет? А что сказка, так каждый герой должен иметь свою историю. Даже в сказке. Особенно добрый.
Тут, как бы и на наше музицирование, явилась и сама княгиня, но сильно напряжённая. Всё-таки ей прикидываться, словно ничего не было, не удалось. С другой стороны, ко всему новому не так-то просто привыкнуть. И себя перебороть тоже нелегко.
Мы сразу же поздоровалась друг с другом. А потом у нас, конечно, больше между княгиней и тётей Ариной, завязался не особо важный и сильно натянутый разговор. А я стал пересказывать княжнам сказку своими словами. Но вдруг Татьяна Александровна обратилась прямо ко мне:
— Значит, Борис, Вы считаете, что ваши платья и другие вещи точно станут новым словом в одежде и моде? Хотя, очень уж непривычно и смело! Я точно ещё ничего такого не встречала.
Ладно, раз на этот раз высокомерная хозяйка решила сменить гнев на милость, то слишком решительно рвать связи не стоит. Немного можно и потерпеть. Но того, что было, уже не вернуть!
— Да, Татьяна Александровна! Если пристальнее проследить за последними изменениями в европейской моде, то видно, что всё идёт к появлению и такой одежды. Немного осталось. Конечно, проще и строже, и не для всех подходит. Но и дешевле, и доступнее! Так как тратится меньше работы, тканей, других аксессуаров. — Тут я решил как бы слегка и отыграться за недавние оскорбления. — И, кстати, и в этом нижнем белье ничего нехорошего не имеется! Просто так удобнее и полезнее для здоровья. Корсеты лучше не носить. Я скажу ещё больше. Те, кто предложат новые образцы одежды, однозначно останутся в истории!
Глава 17
* * *Глава 17.
Визиты вежливости?
Да, что-то я тут разговорился. Целую речь толкнул. Веду себя совсем как взрослый. А что делать?
Одна радость, что мы первые! Если даже чиновники отвергнут поданные прошения и кто присвоит первенство, имя тёти Арины однозначно не забудется. Это она первым одела новые платья, и тому было множество очевидцев. А ещё я сам, если откажут, растрезвоню по всему миру о невежестве российских чиновников! Думаю, смелости у меня хватит. Разве что меня остановят… И от фальсификации истории никто и никогда не защищен. Запросто оболгут всякого… Но, тем не менее, никуда от этого не деться. И пока ещё ничего не решено.
Только вот надоел мне этот проклятый французский! Жаль, но княгиня и княжны точно не поймут! И не так подумают, и русский они не очень хорошо знают!
— Во вторник, Татьяна Александровна, Арина Васильевна уже подала некоторые прошения на привилегии. Жаль, не на все вещи! А если ещё и постараться первыми сшить всё, что получится, и продавать, то можно получить неплохие доходы. Тут, к сожалению, у нас с мамой Ариной возможности сильно ограничены. И если Вы нам всё-таки поможете, то и доход получите, и Ваше имя тоже останется в истории. Конечно, для Вас это не совсем важно. Вот для нас да! И мы не намерены упустить предоставившуюся возможность. И, простите, и для престижа нашей страны разные изобретения тоже не лишние. Мы не хуже, чем французы и немцы. Кстати, и на эти игрушки тоже можно оформить привилегии.
Княгиня взглянула на меня чуть торжественно, но и удивлённо. И она ненадолго задумалась и тут же решительно проговорила:
— Думаю, что Вам можно верить, Борис. Хоть и необычно и смело, но, согласна, надо попробовать. Если и потерпим немного убытков, то ничего страшного. Я согласна принять участие в вашем деле. Вы у нас мальчик разносторонний и уже успели показать себя. Думаю, что нас всё-таки ждёт успех!
И вот тут на меня снизошло спокойствие! Похоже, не всё так плохо, как сначала думалось. С другой стороны, не с простыми же людьми речь, а вполне умными и даже жестокими!
— Прошу извинить, Татьяна Александровна, за непривычное поведение. К сожалению, болезнь сильно повлияла на меня. Лишь недавно в консерватории мама Арина случайно проговорилась, что я тогда несколько раз был даже при смерти и только чудом выжил. — Тут княгиня кинула вопросительный взгляд на тётю, и она согласно кивнула. — И, если Вы не против, то хотелось бы высказать все те предложения, которые уже давно просятся. Из-за отсутствия средств Арина Васильевна пока не смогла закрыть прошениями часть новых видов одежды. Многие вещи требуется немного доработать, чтобы они стали лучше. У нас просто не хватило времени на это. И тут мы могли бы совместно всё довести до ума и срочно подать и другие прошения на привилегии, кстати, уже и совместные. И, конечно, если можно, помогите, пожалуйста, получить привилегии на поданные прошения. А то у нас, к сожалению, всякого можно ожидать. И, главное, надо немедленно развернуть производство. Скоро самые разные люди могут заинтересоваться новой одеждой. В первую очередь иностранцы. И мы точно можем опоздать.
Да, совсем не детское поведение! Хотя, терпимое!
Дальше у нас, теперь уже и с участием тёти Арины, всё-таки завязался спокойный и обстоятельный, можно сказать, и деловой разговор. Как будто начальной напряжённости и не было. И было ясно видно, что всё-таки что-то сильно привлекло княгиню Татьяну. Возможно, как раз то, что её имя и имена дочек будут связаны с созданием новой одежды. Уж Юсуповы безвестными точно не останутся, но лишняя слава ещё никому не помешала.
Мы договорились, что чуть подготовимся и через пару дней нанесём им приватный визит, конечно, со всеми нашими образцами. Возьмём и остальные рисунки, и нужные бумаги. Как ни жаль, но придётся нам с тётей Ариной делиться своими правами, так сказать, и первородства. Ради хорошей еды и условий жизни. Нам самим пока точно не совладать с этим делом. А Юсуповы станут ещё богаче. И множество новых людей будут работать на них. Даже я!
А что нам оставалось делать? Только соглашаться. Денег у нас нет и в ближайшем будущем не появится. Ладно, что княгиня доверительно заверила, что и наши с тётей интересы будут учтены в полном объёме, и что и нужные деньги, и люди найдутся.
А одежда такая вещь, что может измениться в любое время. Просто пока мы, можно сказать, немного опередили других.
* * *Наш приватный визит к Юсуповым оказался успешным. Мы с тётей немного отдохнули, подготовились и заявились в особняк на Мойке уже в понедельник, конечно, ближе к вечеру. Наши образцы новой одежды были приняты княгиней и её дочками весьма благосклонно. Как будто и не было прошлого недоразумения. Но я точно ничего не забуду. Само собой, на встрече присутствовала и пара незнакомых и красиво одетых по современной моде мужчин, как я понял, доверенных людей княжеской семьи. Наверное, и приказчиков? Один явно неплохо разбирался в рисовании, а другой — уже в швейном деле. У богатых людей, раз они это могут себе позволить, и умелых помощников всегда полно.
Конечно, в свои будуары хозяйки дома меня не пустили, а тётя прошла. Она сама уже давно ходила в новых вещах и находила их намного удобными. Что не нравилось, так сама же почти сразу исправляла, да и переделывала.
Когда княгиня Татьяна с дочками появились в комнате, меня сразу же окружили радостные и довольные лица. Все трое были одеты в новые платья! На всякий случай, ещё дома тётя подготовила и всё подогнала. Примерные размеры она и на глаз определяла.
Оказалось, что многие вещи княгиня и так уже оставила себе, точнее, она их просто купила. Ну, так старались же. И большой рисовальный альбом с образцами вечерних и бальных платьев сильно привлёк внимание женщин. Хоть и без спроса, но на части рисунков виднелись прелестные лики не только тёти Арины, но и самой Татьяны Александровны и княжон Зинаиды и Татьяны, просто немного взрослых. Так-то порвать нетрудно.
— Так, Борис, это уже для нас? Красивые рисунки. И платья действительно строгие и красивые. Я довольна. Так и так придётся сшить их и посмотреть, что выйдет.