Повелитель Рун. Том 6 (СИ)

«Все мы в той или иной степени прокляты. За то, что идем против воли небес. За то, что пытаемся покорить силу, которая нам не принадлежит. Не ты первый, не ты последний.»
Конечно, в тот день Дорен проигнорировал бессмысленные слова старика. Но когда тот предложил мальчику стать его учителем, не отказался. Позже, он не раз пытался объяснить, что его слова о проклятии вовсе не были криком горя, а являлись вполне конкретным фактом и невероятно злобной магией, но старик игнорировал и это. Мальчик рассказал ему о своих злоключениях ничего не скрывая, ведь когда ты умираешь раз за разом не в силах изменить ситуацию, все, что тебе остается, это надеяться на помощь постороннего. Вот только новый учитель Дорена лишь разводил руками. Низкоуровневый мистик был совершенно бессилен хоть что-то изменить.
«Я лишь случайный попутчик на твоем горестном пути. Преодолеть такую магию вряд ли под силу кому-то кроме тебя самого.»
Знания мистических искусств у старика были скудными. И все же, их долгие беседы по вечерам у костра в конечном итоге исцелили слабый рассудок Дорена. Его учитель не открыл ему каких-либо шокирующих истин о жизни, но простые слова, сказанные в нужное время, сотворили настоящее чудо. И когда год спустя проклятие снова настигло мальчишку, он встретил его со спокойным сердцем.
Умирающий учитель, пронзенный десятком стрел, лежал рядом. Даже истекая кровью, он оставался все таким же равнодушным, как и в первый день их встречи. А личная трагедия, которую он наверняка пережил, так и осталась неизвестной Дорену историей.
«Не проиграй своему эго.»
Тихие слова и грустный взгляд старика остались в памяти юноши навсегда.
После этого перерождения, Дорен посетил сотни миров. Но по-настоящему понимать слова учителя начал лишь спустя очень долгое время. Человеческие цивилизации, которые он видел, вне зависимости от мира и обстоятельств, почти всегда развивались по одному и тому же однотипному сценарию. Становление, развитие, процветание, стагнация, неизбежный кризис, упадок… Он наблюдал похожую картину слишком часто. Ведь, как говорится, трудные времена рождают сильных людей. Сильные люди создают хорошие времена. Хорошие времена рождают слабых людей. Слабые люди создают трудные времена. А трудные времена снова рождают сильных людей.
Мистики могли ускорить или замедлить эти процессы в десятки, а то и сотни раз. Их разрушительная магия могла за считанные дни превратить процветающее государство в руины. И в то же время, могущественный лидер мог продлить период процветания на сотни лет только за счет личной силы.
Люди не способны жить в гармонии с природой. Это печальный факт. Чем их больше, тем разрушительнее их влияние на окружающий мир. Но влияние магов — это совершенно другой уровень.
«Не проиграй собственному эго…»
Дорен снова повторил эту фразу про себя. Но ворох мыслей, кружившихся в его голове, не мешал ему наблюдать за жутким зрелищем, которое открылось юноше после того, как он коснулся той таинственной нити. Его сознание вышло за пределы карманного мирка и воспарило в небо.
Парень не контролировал этот процесс, спонтанное явление до боли напоминало его пробуждение магии. Разница была лишь в том, что, наблюдая за уменьшающимся внизу городом, Дорен оставался совершенно спокойным. Более того, вместо всплеска эмоций как в прошлый раз, он, наоборот, чувствовал лишь усиливающуюся апатию. Все проблемы отошли на задний план и стали совершенно незначительными.
«Так быть не должно.»
Юноша не чувствовал ни малейшего беспокойства, хотя логика подсказывала, что ситуация была из ряда вон.
«По идее, я должен быть в ужасе?»
Дорен безучастно смотрел на миллионы нитей, монструозной паутиной опутывающих руины. И каждая из них, независимо от маршрута, вела в одно и то же место.
«Почему это со мной происходит?»
Центр города, окутанный плотным серым маревом, был надежно сокрыт от взгляда юноши. Но его это не беспокоило. Он наблюдал за энергетическими связями и пытался понять как устроена эта магия.
 
«Кармические законы? Эти нити сложнее, чем мне показалось на первый взгляд.»
Дорен чувствовал невероятное могущество, но понимал, что оно ему не принадлежит. Вместо того, чтобы искать возможность вернуться назад в свое тело, все свои силы он направил на исследовании необычной магии.
«Я должен вернуться? Но настолько я понимаю, мое необычное состояние не причиняет мне вреда. Лучше использовать его по максимуму.»
Стоило юноше лишь пожелать, как его бесплотный дух мгновенно приблизился к земле. Он отчетливо видел последствия чудовищной бойни, к настоящему времени уже затихшей, но кровавые сцены не тронули его.
Эфирные нити не были одинаковыми. Те, что были прикреплены к чужакам, по своей энергетической структуре значительно отличались от нитей местных. После нескольких минут тщательного изучения, Дорен выяснил, что в ближайшие три дня он в любой момент сможет без последствий оборвать нити, опутавшие отряд учеников Академии. Это было хорошей новостью. Но была и плохая. Если парень сделает это, Немертвый сразу же проснется и поймет, что произошло. И ему вряд ли это понравится.
С жителями Восточного Бастиона ситуация обстояла иначе. Их нити сильно отличались, они были намного сложнее и, судя по всему, намного опаснее. Попытка их оборвать почти наверняка убила бы местных.
Чем дольше Дорен изучал эту энергетическую паутину, тем страшнее ему открывалась правда. Могущественное паразитическое заклинание было частью глобального городского формирования и было внедрено на самом раннем этапе строительства города. Вполне возможно, что оно было даже старше самого Немертвого и его придумал кто-то другой.
«Выходит, он был не первым, кто пытался прорваться за счет других?»
Юноше хотелось как следует разобраться в хитросплетениях этой жестокой магии, но он понимал, что любая попытка проникнуть в самую суть заклинания непременно вспугнет владыку Бастиона. Но даже поверхностный анализ позволил Дорену сделать вполне однозначный вывод — борьбу с собственным эго Немертвый давно проиграл.
Парень не раз был свидетелем того, как в погоне за силой некоторые мистики совершали ужасные вещи. Как менялся их характер. Как они переставали быть людьми и становились монстрами в человеческом обличье. Дорен не обманывал себя, он тоже был далеко не святым, и за свою долгую жизнь сделал много такого, чем не мог гордиться. И все же, у него оставались свои принципы.
Немертвый был другим. Для него не существовало барьеров. Как оказалось, городская формация была сильно модифицирована и собирала ману не только из воздуха, но и из земли. Поглощение было настолько большим, что если бы его Вознесение не провалилось, то в радиусе сотни километров от Восточного Бастиона не осталось бы ничего живого. Может быть, именно поэтому неизвестный после атаки отправил город в пустоту.
Стоил ли прорыв таких жертв? В глазах Немертвого определенно стоил. Судя по всему, его не волновала дальнейшая судьба этих земель. Ради силы он пошел бы на что угодно. Но даже лишившись на время эмоций, Дорен по-прежнему презирал этого жалкого мага.
Юноша знал, что в таком радикальном решении не было необходимости. Безопасный сбор энергии не требовал каких-то сверхъестественных знаний. Потрать Немертвый чуть больше сил и времени, ему не пришлось бы пускать под нож целый город. Всего лишь пять-десять дополнительных лет, и трагедии можно было избежать. Но городской владыка не хотел больше ждать.
«Короткий путь неизбежно приведет к падению.»
Сознание Дорена медленно скользило по городским улочкам. В полной тишине он наблюдал за последствиями недавней резни.
«Какая бессмысленная жестокость…»
Пока он еще находился в этом странном состоянии, парень попытался найти отряд древних семей. Но его попытка закончилась неудачей. То ли предатели еще не добрались до жилой зоны, то ли их скрывала какая-то особая сила. И Дорен даже не хотел думать о том, что их конкуренты уже могли добраться до самого центра.