Невеста Джинна (СИ)

Плечи Хиро напряглись.
И лишь сейчас до меня дошло значение слов Ирбиса.
У нас с Хиро будет малыш! 
Страх в ту же секунду сжал мое трепещущее сердце железными тисками, заставляя уже боятся не за себя, а за невинную крохотную душу, что имела неосторожность зародиться в столь тяжелые для своих родителей времена.
- Ты мне нравишься, Хиро. Ты никогда не обманывал и не торговался со мной на сделках. Всегда платил за тени ровно столько, сколько положено. С тобой приятно иметь дело, в отличие от твоего прохвоста-брата Шайена. Он до сих пор не оплатил свой долг…
Черные, словно мгла, глаза смотрели будто сквозь нас. Уголок губ покровителя мертвых дрогнул, приподнимаясь в улыбке, если, конечно, бог мертвых мог улыбаться.
- Книга мертвых гласит: мать и дитя не разделимы. Следовательно, принимать решение я могу по своему желанию. Если я пообещал вернуть твою возлюбленную в мир живых, значит, я выполню свой долг, Хиро аль Фалих. Впредь зорче береги свою собственность.
Хиро благодарно кивнул, сжимая мою ладонь. Несомненно, он понял, что слова про собственность мне придутся не по душе.
Я почти слышала, как выдохнул Хиро, когда я промолчала. Поклонившись Ирбису, мы вышли за дверь, которая оказалась входом на мост, откуда я пришла в царство мертвых. 
Здесь нас уже ждала лодка с провожатым, который все так же молча погрузив весло в воду, вынул его и нетерпеливо ударил по воде.
- Пошли, Габи. Не хочу здесь задерживаться ни минуты,– в голосе Хиро появились такие знакомые родные ворчливые нотки.
Прекрасно понимая Хиро, я перелезла через деревянный борт, устраиваясь на узкой лавке. Любимый, сев рядом,прислонил мою голову к своей груди. 
Широкие ладони в успокаивающем жесте прошлись по спине. Как мне этого не хватало! 
Мы словно расставались на целую вечность. 
Но стоило нам отплыть, как я заметила, что Хиро, не сводит глаз с берега.
 Проследив за его взглядом, я увидела две темные фигуры. Одна была довольно высокой, другая поменьше. 
Они стояли у самой кромки воды. Мужчина и женщина. 
Они махали нам, будто провожая…
— Это мои родители, – неожиданно хрипло выдохнул мой джинн, слегка приподнимаясь.
Я почти слышала, как быстро колотится его взволнованное сердце, ударяясь о грудную клетку.
- О, милый, – прошептала я, прижимаясь к его боку, стараясь согреть теплом пусть и не своих все еще полупрозрачных рук, но души.
Тяжело сглотнув, Хиро отвел взгляд от берега и провел пальцами по моей шее.
- Я рад что увидел их. Теперь моя душа спокойна. Здесь о них позаботятся.
Подняв голову с его груди, я не смело прошептала:
- Хиро, твоей сестры… ее нет с ними.
Широкая ладонь на моей талии напряглась, глаза любимого вспыхнули с новой силой.
- Она жива, – твердо произнес Хиро, поднимая руку в прощальном жесте.
Постепенно очертания теней растворились во мраке, оставляя после себя в наших душах опустошающее чувство облегчения и… умиротворения.
Эпилог 
Спустя три года
Габриэль
— Шадин! Гадкий мальчишка! 
Опять подпалил разрядом тока хвост коту. Надеру уши, ей-богу! И не посмотрю на то, что это родной сын, которого я носила под сердцем девять месяцев, - я остановилась возле ворот в сад, тяжело переводя дыхание.
Все-таки пробежать полдворца — это не так уж и просто в моем положении. Рука опустилась на округлившийсяживот, прикрытый тонкой тканью платья из светло-голубого льна. 
В скором времени у Шадин появится брат или сестра, а у меня, кажется, двойные проблемы. 
Если и второй малыш будет таким же хулиганом, без помощи космоса мне точно не справиться! Заметив, как в кустах дикой смородинымелькнули зелёные штаны и белая рубашка сына, я, сощурив глаза, направилась в ту сторону, откуда раздавались голоса Хиро и Убара.
— Твой сын извёл меня, Хиро! – с ходу начала я недовольно ворчать на мужа и, бросив взгляд на хранителя сада, продолжила. – И кто только научил его этим глупостям?!
— Никто меня не учил, - вставил свое веское слово Шадин, высовывая голову из развесистых зелёных кустов. 
 
Сын тряхнул взлохмаченными чёрными прядями волос, чтобы скинуть серого паука с красной спинкой. – У меня талант!
— А ещё высокомерие так и прет через край, – одёрнула я сына, думая о том, что будущему наследнику престола не стоит так говорить о себе.
Но все же, гордая улыбка расплылась на моих губах.Мой мальчик так похож на меня. Даже пытливые глаза цвета ртути и то были мои.
Хиро, хрипло рассмеявшись, пожурил Шадина:
— Не обижай маму, сынок. Ей сейчас тяжело успевать ругать тебя за шалости.
К моему удивлению и гордости сын беспрекословно кивнул, соглашаясь со словами отца. 
Серые глаза были серьёзны, как никогда.
— Хорошо, папа. Я постараюсь сильно не пакостить.
Слова маленького наследника престола позабавили Убара. Он принялся задумчиво накручивать прядь седой бороды на крючковатый палец, наблюдал за тем, как Шадин с интересом трогает пальцем шелковистые листы красного гибискуса.
— В сушеном виде – каркаде, это растение обладает мочегонным, антибактериальным и спазмолитическим действием, — начал своё ненавязчивое обучение Убар, уводя любопытного Шадина вглубь сада.
— Что такое спазмолчигеских? – сделав бровки домиком и страшно каверкая слово, переспросил сын, с интересом слушая своего наставника.
Я смотрела вслед мудрецу, что вёл за руку всклокоченного неугомонного Шадина, рассказывая ему о свойствах тех или иных цветов. Я знала, что сын в надёжных руках. Убар научит его многому. Уважение к природе - одно из главных основополагающих доброты.
— Он добрый мальчик. Просто в нем много энергии, – словно защищая Шадина, нежно пророкотал Хиро, опуская сверху моей ладони, покоящейся на животе, свою.
— Я знаю, какой мой сын, – откликнулась я. - Он самый лучший, самый сильный. Он будет великим правителем, но мы должны помочь ему направлять эту энергию в нужное русло.
Сиреневые глаза смотрели на меня с тем же самым обожанием, что и несколько лет назад. Хиро мягко улыбнулся, беря меня за руку и поднося ее к губам. Прежде чем поцеловать он произнёс:
— Мне очень повезло с женой. Красивая, добрая, справедливая…
«Ну, какой же этот джинн хитрец!» – думала я, прикрывая глаза, чтобы насладиться вниманием и заботой любящего мужа.
В который раз я подумала о том, что умереть за любовь не сложно. Сложно найти любовь, за которую стоит умереть. И я нашла! Наша любовь с Хиро аль Фалихом именно та, ради которой я готова стать птицей феникс. Погибнуть тысячу раз, чтобы вновь возродиться ради того, чтобы еще хоть раз заглянуть в любимые глаза цвета сирени.
***
В полумраке, развалившись на большой кровати, застеленной прохладными шелковыми простынями, лежал Шайен. 
Глаза его были прикрыты, поза расслаблена.Однако, мысли совершенно противоположны внешнему спокойствию.
«Чертова ведьма!» – думал он, вспоминая, как бывшая любовница утащила за собой в портал возлюбленную старшего брата.
А ведь он рассчитывал избавиться от Аграт раз и навсегда, отправив куда-нибудь подальше от мира джиннов. 
Но кто же знал, что эта подлая змея вцепится в Рианну?
- Проклятие! – воскликнул он, одним глотком осушая бокал с красной терпкой жидкостью.
Поганое чувство вины не оставляло молодого джинна с того самого дня, как все произошло.
 Одно дело крутить шашни за спиной Амира с его супругой, зная, что он не испытывает к ней никаких чувств, другое буквально своими руками помочь Аграт разлучить любленных.
- Будь ты проклята, ведьма! - воскликнул он, хватая с прикроватного низкого столика тяжелый кувшин с  жидкостью  и бросая его в стену.
На каменной кладке расплылось безобразное пятно.
«Такое же, как и моя душа, - подумал Шайен, кривя уголок рта. Он словно насмехаясь над собой. - Все ждут с моей стороны подлости и обмана. Может, и не стоит разочаровывать?»