Конвейер душ. Часть 2 (СИ)

И всё же Палаван решился отвлечь столь высокопоставленное лицо от её важных дел. Демон Мелок, в отличие от Асардона, никогда не был особым противником Вериф. Соответственно, не враждовали и кардиналы. Эльвицин не должен был впасть в ярость, узнай он вдруг об этом визите.
В целом Палаван крайне прохладно относился ко всем этим делам Пантеона. Он бы даже не верил в существование демонических потусторонних сущностей, если бы не присутствовал на одном из ритуалов. Что же, приходилось мириться с наличием высших существ и с тотально зависимостью государства от их прихотей. Акария небось не испытывает таких проблем, хотя у них, как выяснилось из разговоров с Сетарой, пруд пруди бестолковых и одновременно всесильных героев. Даже вопрос что лучше.
Допив остатки кафа вместе с гущей, Палаван поёжился. Он был уверен, что дело выгорит. На днях доктор получил некие улики о заинтересованности Мисдес в их деле.
— Достопочтимый Палаван, прошу, госпожа готова принять вас.
Круглолицая служанка забрала у доктора опустевшую чашку.
На внезапно ставших ватными ногах Палаван поднялся навстречу открывающимся двустворчатым дверям. Да что он творит? До этого казавшийся идеально выверенным план перестал уже казаться столь безупречным. Он ведь имеет все шансы уже не выйти из этого кабинета. Нет! Палаван уверенно ступил вперёд. Сейчас с исчезновением Фиория и отдалённости Эграмона и Иралия он наиболее близкое к Сетаре лицо. От него не смогут просто взять и избавиться.
Палаван вошёл в кабинет и тут же застыл, открыв рот. Убранство поражало воображение. Он словно оказался в другом мире. Высокие шкафы, множество неведомых предметов, зеркальный потолок, создававший иллюзию невероятного объёма, даже небольшой сад со звенящим ручьём. Стены и потолок обвивали цветущие вьюны. У дальней стены за огромным столом восседала она — сама кардинал Мисдес, владычица серебряных теней. На стене практически над её головой висел искусно выполненный короткий меч, заботливо повешенный в специальном держателе. Сама хозяйка, видимо за счёт своих магических сил, выглядела невероятно молодой, буквально на пару-тройку лет старше Сетары. Чёрное платье — её непременный атрибут — едва покрывало белоснежные плечи, прекрасно сочетаясь с такими же чёрными как смоль волосами. Многочисленные золотые и зелёные каменья были вплетены в её пышные локоны, создавая просто неземную красоту. И лишь острый взгляд тёмных глаз говорил о том, что перед ним не просто нарядившаяся молодая вертихвостка. Кроме того, всё помещение пронизывала атмосфера невероятного могущества. Даже Палаван, имевший крайне посредственные способности к магии, ощущал это.
Казалось, что хозяйка не замечает гостя, увлечённо изучая что-то у себя на столе. Но Палаван знал, что это лишь показуха.
— Госпожа, прошу простить мою дерзость и …
Едва Палаван успел опуститься на одно колено и склонить голову, как стены комнаты тут же огласил мелодичный голосок.
— Ах, оставьте все эти церемонии. Мне будет неудобно с вами говорить, когда вы в такой позе.
Так и не взглянув на доктора, Мисдес указала длинным ноготком на добротный стул напротив себя. Кинув взор на стол, доктор с удивлением отметил, что хозяйка дома изучала отнюдь не документы. Перед ней стояла филигранная игровая доска с приближающейся к своему завершению партией в «Воймиры». Некая логическая игра, заключавшаяся в войне фигур и захвате вражеской территории.
— Вы играете в Воймиры, мастер Палаван?
Да уж, не об этом он хотел поговорить.
— Признаться, лишь знаю правила.
Его отец, большой сторонник секты Асардонцев, был любителем этой ерунды, ну и в детстве научил самого Палавана.
— Тогда что думаете об этой позиции?
Палаван внимательно посмотрел на доску. Да, ситуация у белого кардинала была не завидная. Он был в полном окружении. Практически любой ход вёл к неминуемому проигрышу. Пропуск хода был тоже не вариант. Доктор задумался, вспоминая все правила расширенной версии игры. Возможно, что от его ответа будет зависеть благосклонность Мисдес. Мало было полного окружения и помех в виде неэффективных в этой ситуации белых фигур. К этому ещё добавилась столь редкая фигура, как серый Неведомый, добавлявший вероятностный элемент в полностью логическую игру. Всё как в жизни. Неведомый ходил по броску костей, а иметь его на своей стороне было чуть ли не опаснее, чем на вражеской. В любом случае, сейчас он не играл особой роли.
 
— Кардинал на клетку ниже.
Мисдес улыбнулась.
— Вы пододвинете его вплотную к чёрной королеве?
— В этой позиции королева не сможет ему навредить.
— Вы так уверены? — Жуткий взгляд Мисдес пронзил Палавана насквозь. — Именно поэтому вы пришли сюда?
Палаван поспешно отвёл взгляд, кляня себя за недальновидность. Кардиналом был он. Мисдес уже доложили о его визите, и она знала, что ему некуда деваться.
— Итак, что же привело вас сюда, мастер Палаван?
Ладно, сыграем в эту игру.
— Я полагаю, что вы и так знаете, иначе не согласились бы принять меня. Мне всего лишь необходимо удостовериться, что план всё ещё в силе.
— План? Мне любопытно, с каких пор за это отвечаю я, а не Эльвицин?
— Я не смог выйти даже на его секретаря Латерия. Старший жрец Фиорий пропал, остальные жрецы лишь продолжают работу в рамках возложенных обязанностей. Лорд Эграмон не выходит на контакт, а самостоятельно обращаться к нему из-за произошедшего рискованно.
Всё это было правдой, но лишь отчасти. Была ещё пара-тройка обходных путей, чтобы добиться аудиенции у Эльвицина. Да и разыскать Эграмона в целом было реально. И Мисдес знала о неубедительности этих аргументов.
— А ещё я хотел бы поблагодарить вас за приём, за чудесный каф, а больше всего за инструменты, что вы прислали.
— А, так вы заметили печать. Это всё объясняет. Достопочтимый Эльвицин сейчас несколько занят, вот мне и пришлось подхватить падающее знамя.
— А мне пришлось соврать, что все эти медицинские и алхимические предметы из моего фамильного особняка в Тофете. Теперь Сетара заявила о необходимости визита туда с целью просмотреть те вещи, которые я отнес к категории якобы не нужных. Она даже набросала мне пару-тройку рисунков с предметами, которые она надеется отыскать.
Палаван протянул аккуратно сложенный листок бумаги Мисдес. Кардинал развернула его, а затем, чему-то улыбнувшись, убрала бумагу в свой стол.
— Объясните нашей героине, что для реализации вашего важного дела трудятся великие мастера Теократии. То, что нам не удастся найти, будет изготовлено кузнецами Этериума и оправлено лучшими мастеровыми Вьющегося хребта.
Палаван усилием воли подавил удивлённый вздох.
— Премного благодарен. Тогда, возможно ли найти ещё экземпляры того… латунного инъектора?
— Посмотрим, что можно сделать. И давайте оставим это. Пусть наша героиня возьмётся за что-нибудь одно и сделает это до конца, а не разбрасывается.
Палван кивнул.
— Именно это она и делает. Я спрашивал впрок.
— Тогда скажите мне, Палаван. Какого прогресса вы уже достигли?
— Каждый день как война. Сетара уже заняла своей плесенью целое крыло. Я, конечно, допускаю эффективность её метода, но все же…
— Пусть продолжает. Что ещё?
— Мои слуги собирают ивовую кору. Сетара строит какую-то связку колб, змеевиков и горелок для выделения, как она это назвала «действующего вещества». Первым пациентам уже даются наши лекарства и, пока что, им становится лучше. Но я сомневаюсь, что она не использует в этом деле свою магию.
Именно для этого Палаван и пригласил того детину из Ордена во второй раз, где тот определит на ком из пациентов была использована магия. Он хотел быть уверен, что Сетара его не обманывает.
 
— С первыми обнадёживающими результатами мы будем готовы объявить о своих достижениях. — Продолжил Палаван. — Мои подчиненные не без знаний Сетары также смогли провести собственное расследование, опросить простой народ и собрать доказательства чрезвычайной вредности лекарств Островной империи.