Волшебная хижина Мирей (СИ)
– Если Мирей выберет, я с радостью стану её мужем, а теперь пройдёмте в столовую, завтрак уже подан и, Стеф, прекращай, иначе Джеймс сбежит от тебя…
– Он свободен?! – снова взвизгнула девушка, беспардонно схватив меня за руку.
– Ещё раз тронешь – и ползать тебе ящерицей до самой смерти, – предупредила нахальную и неимоверно тупую девицу, с силой оттолкнув её от себя.
Не знаю, что повлияло на Стефанию – может, радость оттого, что бедняга Джеймс свободен, или то, что я на неё рыкнула – но та быстро ретировалась. Обогнав поморщившегося брата, чуть ли не бегом рванула к лестнице, настигнув продолжающую ползти дуэнью.
– Прости, она всегда была такой, – пробормотал мужчина, окинув меня восхищённым взглядом, – ты прекрасна.
– Угу, спасибо, – кивнула, ощутив себя немного неловко, положила ладонь на предложенную руку и поспешила утолить любопытство, – почему она такая? Вы слишком разные.
– Я старший и долгожданный ребёнок, когда появился на свет и мама узнала, что за магия во мне… она была, мягко говоря, в шоке. Нет, она меня любила и сейчас любит, но была лишена материнского счастья быть рядом с сыном. Меня всё время скрывали, перевозили, так что всё моё детство я помню поездки и ночные вылазки. А когда родилась Стефания, мама всю нерастраченную любовь отдала ей…
– Итог – совершенно избалованная девушка, – печально вздохнула, с ужасом представив себе, что, выйдя я замуж за Шейна, придётся общаться с этим цыплёнком чаще одного раза в десять лет.
– Она изменится, – не слишком уверенно проговорил маг, ведя меня к гостиной, – предлагаю немного прокатиться по городу, а после заехать к родителям.
– Ты считаешь, что уже пора? А вдруг король откажется? Мне придётся уехать…
– Нет, он не откажется, и родители тебя уже ждут, особенно отец, – зачем-то уточнил Шейн, приведя меня в ещё большее смятение: значит, мать не рада будет меня видеть?
– Хорошо, – тяжело вздохнула, усаживаясь на стул, невольно покосилась на радостно щебечущую Стефанию, которая время от времени бросала в мою сторону убийственные взгляды.
«Не подружимся» – пронеслась мысль в моей голове, и чтобы себя попусту не нервировать, я отвернулась от той ещё ведьмы и принялась изучать стол, на котором с каждой минутой появлялось новое блюдо.
– Стефания, как ты узнала, что я уже вернулся и Мирей в моём доме? – спросил мужчина, садясь напротив меня.
– Увидела в кабинете отца твою записку, а мама со вчерашнего вечера гоняет по дому слуг, – прокудахтала сестрица, остервенело кромсая несчастный хлеб с маслом, – нетрудно догадаться, что ты приведёшь девушку. А единственная, на которую ты смотришь, словно преданный пёс – это она!
– Ты порой бываешь очень проницательна, – прокомментировал Шейн, сделав небольшой глоток из кружки, – и зачем пришла?
– Убедиться, что я права, – довольно хмыкнула Стефания, растянув губы в ехидном оскале, – ты подумал, что будет с семьёй, если нетр женится на ведьме?! Нас и так не во все приличные семьи принимают, а после такого вообще не придёт ни одного приглашения!
– И что? – насмешливо приподнял бровь Шейн, нисколько не впечатлившись словами, с неприкрытой злостью брошенными сестрой, – на любой бал, приём во дворце для тебя всегда двери открыты.
– И стоять в углу зала, как отверженная?! Нет уж! Я не желаю этого своим детям! – со всхлипом выкрикнула Стефания, резко вскочив со стула, и, давясь рыданиями, выбежала из столовой.
– Она права, – едва слышно проговорила, спустя пять минут гнетущей тишины, – мы будем всегда другими, нас не примут здесь…
– Мирей, чтобы ни случилось, я всегда буду рядом, остальное… я думал, тебе всё равно на мнение других? – наигранно весело проговорил мужчина, взяв меня за руку, – они изменятся, вот увидишь.
– Мне бы твою уверенность, – тяжело вздохнула, с одной стороны, не желая лишать себя счастья только из-за того, что дети Стефании на балу будут стоять в углу. С другой стороны, меня грызла невесть с чего проснувшаяся совесть, жужжа на ухо, что это маленькие дети, которых я лишаю радости детства и друзей.
Остаток завтрака прошёл мрачновато, Шейн, конечно, пытался меня поддержать, смешил меня забавными историями, но, улыбаясь через силу, я вскоре сбежала в покои, отказавшись ехать на прогулку. А запершись в комнате, обняв лису, расплакалась.
– Фе-е-ень, ну почему так, что за игры? Почему я, почему Шейн? И надо же было нам встретиться!
– Хватит сморкаться в мой хвост, – просипела слегка придушенная Фениамина, пытаясь выбраться из моих крепких объятий, шумно вздохнув от безнадёги, проговорила, – знаешь, я думала и считаю, что Шейн как раз тот, кто тебе нужен и идеально подходит.
– С чего это? – недоверчиво спросила, от неожиданной новости невольно разжав руки, – он же тебе не нравился.
– Не нравился, но его сила редка, феи ещё реже рождаются в этом мире, значит, вам сама земля благоволит быть вместе.
– Угу, как два изгоя, – шмыгнула носом, заваливаясь на кровать, – и как нам здесь жить? Постоянно отбиваться от охотников? Тоже мне развлечение.
– Зато весело, и вообще это не твои слёзы, Стефания силу напустила! Хватит рыдать! – прорычала лиса, стукнув лапкой мне в лоб, – она маг воды, забыла?
– Да?! Так это она на меня?! Ууу курица… ой! – зажала рот ладошкой, истерично хихикнув, – успела.
– Подумаешь, побегала бы пару неделек в перьях, – равнодушно промолвила Фенька, старательно вытирая и правда мокрый хвост покрывалом.
– Фень, так каждый маг со мной такое может сотворить? – вдруг до меня дошёл весь ужас случившегося, от страха по спине поползли зябкие мурашки, а волосы на макушке зашевелились.
– Нет, конечно, – расхохоталась нахалка, заваливаясь на кровать, от смеха подёргивая всеми четырьмя лапками, – как тебя ещё было унять, чуть потоп не случился.
– Ну ты и паразитка! – выкрикнула и, схватив маленькую подушку, со всего маха шмякнула по тому месту, где только что лежала повизгивающая от смеха лиса, – ничего, я тебя ещё поймаю!
Но, как бы то ни было, Фенькин хитрый приём сработал, слёзы мгновенно высохли, настроение, испоганенное Стефанией, поднялось до уровня «ведьмы могут всё!». Так что спустя час я выходила из покоев вполне довольная собой.
– Ты как? – тотчас спросил Шейн, едва я вышла из комнаты, словно маг провёл у порога всё это время, что я рефлексировала.
– Отлично, едем к твоим родителям? Нехорошо опаздывать, и предупреждаю: ещё раз Стефания скажет обо мне или о тебе гадость, ходить ей курицей неделю.
– Думаю, отец будет рад небольшой передышке, а вот мама… ладно, вдвоём с отцом мы её уговорим, что так для Стефании будет лучше, – заявил Шейн с самым серьёзным лицом, но в глазах сверкали искорки, а губы предательски дрожали.
– Хм… отлично, что мы поняли друг друга, – растерянно промолвила, кивнув в сторону лестницы, напомнила, – идём?
– Да, родители живут всего в десяти минутах езды на карете, так что не беспокойся, мы не опоздаем.
Но особняк мы покинули только спустя десять минут. Стоило нам выйти в холл, Шейну принесли письмо, в котором, видимо, ничего хорошего не было. И без того всегда хмурое и сосредоточенное лицо мага стало мрачным и задумчивым. На мой вопрос, что случилось, он отшутился, сообщив, что всё хорошо и это всего лишь очередной заказ. Что за заказ, он опять же не пояснил, переведя разговор на родителей и скорый обед.
В общем, в карету мы садились оба глубоко задумчивыми. Не знаю, что беспокоило Шейна, меня же тревожили его тайны, и сегодня я была решительно настроена поговорить с ним об этом, сразу, как только вернёмся домой.
Глава 41
– Мирей! Как я рада с тобой познакомиться! – с неподдельной радостью в голосе воскликнула слегка полноватая женщина, красивая, ухоженная, с необыкновенно ласковой улыбкой и добрым взглядом, – мы так долго тебя ждали! Вы только не забывайте нас…
– Мама, – остановил её Шейн, не дав договорить, – Мирей, это миссис Корнелия Амбронсон и мистер Вернон Амбронсон, мой отец.