Сияние полуночи (СИ)

Я перевела взгляд на заклинателя огня, напряженно следившего за схваткой. Он захватил мой амулет, но это был МОЙ амулет. Он принадлежал мне по праву наследования, и он должен слушаться МЕНЯ.
Оттолкнув заклинателя, я отбежала на пару шагов назад и, протянув руку, мысленно потянулась туда, где я чувствовала биение огненной магии — и, найдя это место, приказала:
— Покажись!
Хо Хэнъю, нахмурившийся, когда я вырвалась из его хватки, вдруг сложился пополам, прижимая руки к груди, и ухватился за подлокотник кресла, чтобы не упасть.
Мои руки, протянутые к нему, задрожали — мы словно перетягивали невидимый канат, и в первые минуты было непонятно, кто побеждает. В отчаянии оглянувшись на Фэн Хая, я удвоила усилия — если я не справлюсь, его убьют… И канат поддался.
На виске Хо Хэнъю выступили капли пота, и я, сжав руки на груди, с замиранием сердца наблюдала, как на его шее прямо из-под кожи появилась толстая, полупрозрачная цепь. Шум схватки за спиной затих, и послышались недоумевающие возгласы:
— Где я? Что происходит? — наверное, Хо Хэнъю сейчас не мог никого контролировать, и его внушение спало с заклинателей в зале.
Цепь на шее Хо Хэнъю, очутившись на поверхности, обрела четкие очертания и вес, и через миг полностью материализовавшийся амулет уже лежал поверх его одежд. С трудом разогнувшись, он бросил на меня затуманенный болью взгляд. Заклинатели в зале, увидев, что болтается у него на груди, завопили:
— Это проклятый амулет! Темный амулет проклятого клана!!
Подскочив, пока Хо Хэнъю еще не опомнился, я сдернула цепочку с его шеи — однако Хо Хэнъю, обладающий реакцией тигра, ударил меня по руке, и амулет, вылетев из моих пальцев, взлетел в воздух…
…где в него ударили десятки заклинаний заклинателей, который поняли, что это такое: заклинания уничтожения, взрыва, притяжения и мгновенной транспортации. Сойдясь в одной точке — в той, где находился амулет — они взорвались ослепительной вспышкой, от которой я зажмурилась. Неужели все?? Амулет уничтожен, мы победили?
Едва открыв глаза, я поняла, что это не так — вместо амулета в воздухе висело черное облако, разбухающее и с каждой секундой растущее сразу во все стороны. Я растеряно сделала пару шагов назад. Ну и что теперь делать?
— Айлин! — страшно крикнули сзади, и я узнала голос Фэн Хая, но побоялась оторвать взгляд от этой аномалии даже на секунду.
По самому краю моего обзора мелькнуло что-то фиолетовое, и я вспомнила слова госпожи Бай: "Чтобы уничтожить амулет, нужно разрушить его оболочку, но амулет должен быть разрушен только в храме Богини. Если он будет разрушен в любом другом месте, то грядут великие бедствия".
Вот они, великие бедствия: разбухающее черное облако, грозившее переродиться в непонятно что. Стоявший передо мной Хо Хэнъю, решительно сверкнул глазами, протянул к аномалии руку — и она отозвалась, протягивая ему щупальце. Он пытается подчинить это!
В отчаянии оглянувшись, я увидела бегущего ко мне Фэн Хая, замершего неподалеку Фэн Шао и госпожу Бай среди заклинателей — я не ошиблась, она была тут — и, решившись, протянула руку к облаку темной энергии. Хо Хэнъю, бросив на меня яростный взгляд, что-то крикнул, но я не услышала — потому что энергия откликнулась и, помедлив миг, словно раздумывая, кого ей выбрать, оторвала своей щупальце от Хо Хэнъю и принялась воронкой всасываться в мои ладони.
Крики вокруг… Металлический звон… Кто-то хватает меня сзади и трясет за плечи… последние капли темной энергии втянулись мне в руки и, покачнувшись, я бы упала, если бы Фэн Хай не подхватил меня.
— Айлин! — с отчаянием произнес он, переводя взгляд с моего лица вперед, в зал, где уже слышалось роптание:
— Темная энергия… Темный амулет… Это темное создание…
— Надо срочно ее уничтожить! — истерично крикнул кто-то, и толпа ощетинилась поднятыми наизготовку лезвиями мечей. У меня внутри все переворачивалось от темной энергии, которая шевелилась, словно кот, который, вспрыгнув на кровать, долго топчется, устраиваясь на новом месте, а перед глазами все плыло, но я все равно выпрямилась, хватаясь за Фэн Хая.
 
— Госпожа Бай! — в отчаянии выкрикнула я, пытаясь найти ее среди плывущего перед глазами пятна многоцветной толпы.
— Храм Богини! — выкрикнула она откуда-то слева.
Да я и сама это знаю!
— В клане Белого лотоса? — неверяще выкрикнула я.
— Тут, прямо тут! — отозвалась она, и я вдруг вспомнила, что в клане огня был храм Богини — я сама видела его, когда бродила по дворцовым садам день назад.
— Тут, прямо тут… — лихорадочно пробормотала я, озираясь по сторонам — боковой проход!
— Беги, — к рикнул Фэн Хай, отталкивая меня и встречая мечом первые удары заклинателей, которые кинулись рубить меня в капусту. В последний раз оглянувшись, я толкнула дверь и, выскользнув в коридор, что есть сил понеслась по пустому дворцу. Каждый шаг отдавался эхом, словно за мной бежали сразу десять человек.
С разбегу распахнув входные двери, я на миг замерла, оглядываясь, и припустила туда, где поверх изогнутых крыш виднелись высокие пагоды храмового комплекса. Храм Богини там!
Уже стемнело, но мне везло, и я добежала до храма, ни разу не споткнувшись и не упав. Влетев в двухстворчатые двери, я оглянулась, пытаясь что-то разобрать в темном храме. И что мне теперь делать?
— Айлин, — дверь за моей спиной хлопнула, и светильники по периметру храма вспыхнули огнем. Вздрогнув, я обернулась к неторопливо шагающему ко мне заклинателю в багрово-алых одеждах, во взгляде которого отражалось пламя. То-то мне все чудилось, что за мной бегут… — Ты же обещала не предавать меня.
— Хо Хэнъю… — я не знала, что ему ответить, и просто медленно отступала назад. А что тут ответишь? Я забрала то, к чему он стремился — но ведь он хотел убить того человека, который для меня дороже всего. — Я просто…
И тут Хо Хэнъю, одним неуловимым движением настигнув меня, схватил меня — и, вынув из ножен на поясе свой нож, на миг вспыхнувший в свете факелов, воткнул мне его куда-то вбок.
Я так удивилась, что в первый миг даже не почувствовала боли — лишь вскинула на него неверящий взгляд. Почему-то даже в самые опасные моменты я не думала, что он действительно может мне навредить — может, какая-то часть меня еще помнила его и доверяла ему?
Лицо его было перекошено, и во взгляде, устремленном на меня, мешалась и боль, словно он ударил не меня, а себя, и смятение, и решимость.
— Не бойся, эта рана неопасна, — лихорадочно зашептал он, осторожно опуская меня на каменные плиты пола. — Она просто ослабит тебя, и я смогу извлечь энергию амулета из твоей крови. А Фэн Шао потом тебя вылечит, у него это хорошо получается… Ну или эта старая карга из Белого лотоса вылечит, раз уж зачем-то заявилась…
Вцепившись в его плечи, я повернула голову — и увидела, что в вытекающей на серый пол крови виднеются черные разводы энергии амулета. Темной энергии.
— Айлин! — хлопнула дверь, и Фэн Хай, увидев меня в луже крови, бросился вперед — и тут же замер перед полупрозрачной огненной преградой, выросшей из брошенного Хо Хэнъю на пол амулета. Барьер?
Его брат, теснимый толпой заклинателей, ввалился в двери, отбиваясь одной рукой и раскидывая заклинания другой, и так же, как и Фэн Хай, был остановлен огненным барьером. Заклинатели, увидев полупрозрачную преграду, сбавили напор, и Фэн Шао смог ненадолго перевести дух.
— Кого вы защищаете, предатели, их обоих нужно убить! — с ненавистью выкрикнул кто-то из толпы, и в барьер полетели заклинания — сначала редкие, одиночные, а потом — нескончаемым потоком, отчего он задрожал и заискрился.
— Еще немного, подержись еще немного, — лихорадочно шептал Хо Хэнъю, и я уже не понимала, кому он это говорил — мне или своему барьеру. Его рука, направленная на мою рану, была напряжена, и из моего тела к нему тянулись темное облако силы — энергия амулета покидала меня, пусть и неохотно.
Я подняла взгляд на его лицо. Если у него все получится, он станет величайшим магом, которого уже никто не остановит — и с каждым годом его жестокость будет расти, подогреваемая темнотой амулета. Я чувствовала эту тьму в себе — она шептала мне о том, что Хо Хэнъю стоит убить, пока он не разлучил нас, а всех этих заклинателей прикончить просто придется, другого выхода нет.