Сияние полуночи (СИ)

— Что же, Айлин, ты не хочешь поискать еще? — в голосе заклинателя послышалась издевка. — Вдруг я прячу амулет в штанах?
— Если он побывал в твоих штанах, то можешь оставить его себе, — надменно отозвалась я, отворачиваясь. Впрочем, услышав звук приближающихся шагов, я забыла про надменность и поспешила отбежать еще на несколько шагов — но заклинатель лишь забрал свои вещи с кровати и направился к двери.
— В следующий раз, когда ты заставишь меня раздеться, Айлин, я потребую ответной любезности, — уже на пороге произнес он, и, подмигнув мне, захлопнул дверь за собой, а я без сил упала на постель.
Как он поместил амулет внутрь себя? И, что гораздо важнее, как мне его достать, если я не могу даже снять с Хо Хэнъю ханьфу, не разбудив его? Реакция у него какая-то слишком хорошая… Наверное, хорошо в детстве тренировался. Ну или привык жить, ожидая подвоха.
Что же мне теперь делать? Сидеть, сложа руки, и ждать, пока Хо Хэнъю воплотит в жизнь все свои планы, включая те, что касались меня? Нет, оставаться тут больше нельзя. Значит, попробую убежать прямо сейчас — доберусь до клана воздуха, найду Фэн Хая и расскажу ему все. Он придумает, как забрать амулет у Хо Хэнъю.
Приняв решение, я вскочила и, достав из шкафа замеченный в его темных глубинах еще днем плащ, накинула на плечи. Плащ, конечно же, был багрово-красным — но в темноте этот цвет неплохо скроет меня, нужно только выбраться из дворца.
Осторожно открыв дверь, я выглянула в коридор — никого. Наверное, Хо Хэнъю слишком полагается на свое зелье и то, что после него я буду крепко спать — какая жалость, что сегодня он забыл заставить меня выпить его. Неужели так смутился оттого, что я увидела его частично раздетым? Или обрадовался? Неважно, главное, что меня никто не сторожил.
Пробежав по пустым коридорам, я открыла тяжелую дверь и, переступив порог, оказалась во дворе. Теперь нужно идти так же, как Хо Хэнъю вел меня днем — дорогу я запомнила. Пробегать ночью по кладбищу было страшновато, но я не встретила никого, ни живых, ни нежить, и скоро торопливо шагала по лесу. Куда идти, я не знала, однако, закрыв глаза, чувствовала где-то далеко впереди колебания силы — барьер. Пройду барьер, а потом найду ближайшее поселение и куплю лошадь — в рукаве бренчали прихваченные из шкатулки с украшениями драгоценные шпильки, которые я взяла без малейших угрызений совести. Даже одну такую шпильку я смогу обменять на лошадь и быстро добраться до земель клана Фэн.
В ночном лесу постоянно что-то шелестело, и, если вначале я вздрагивала от каждого шороха, то вскоре привыкла и просто упорно продвигалась вперед. Говорят, на землях клана Хо много темных созданий, потому что из заклинателей тут многие годы были только отправляемые кланами дежурные, которые не могли в одиночку зачистить все земли, но мне сегодня невероятно везло, и я не встретила никого — даже обычные для лесов блуждающие огоньки, заманивающие человека в чащу, и те не попадались.
Интересно, а сколько темных созданий успел уничтожить Хо Хэнъю с тех пор, как прибыл в клан пару недель назад? Наверное, много, с его исключительными способностями, как заклинателя. Правда, я ни разу не слышала о его мастерстве, но такой человек, как он, не может не обладать всяческими талантами. Конечно же, он искусный фехтовальщик и заклинатель, как можно в этом сомневаться?
Остановившись на месте, я наморщила лоб, пытаясь вспомнить, а почему я, собственно, убегаю. Хо Хэнъю оказал мне большую честь, принимая в клане огня, как настоящую принцессу — стоит только вспомнить покои, в которые меня поселили. Я же отплачу черной неблагодарностью, удалившись вот так, ночью, не попрощавшись. Конечно, я не достойна быть невестой такого человека, но если он считает, что я могу чем-то помочь ему, то я должна это сделать. В голове всплыл образ заклинателя, каким он предстал перед мной сегодня утром — в красно-черном одеянии он выглядел величественно и благородно, как настоящий глава одного из великих кланов, и мое сердце затопило восхищение, которого было так много, что, казалось, оно переливается через край и наполняет все мое тело решимостью выполнить все, что от меня хочет этот удивительный человек.
 
Я уже дошла до барьера — он туманно-красной пеленой мерцал в нескольких чи от меня. Пройдя еще пару десятков шагов, я протянула руку и коснулась его — просто из любопытства. Моя ладонь спокойно прошла сквозь барьер, не встретив никакого сопротивления — он и действительно был настроен только на то, чтобы сдерживать людей от проникновения снаружи, а не удержать кого-то внутри. Да и кто по собственной воле согласится покинуть клан огня, у которого появился руководитель, при котором клан, несомненно, ждет процветание?
Легко улыбнувшись, я развернулась и зашагала назад. Тут удача от меня отвернулась. Сначала вломилась в колючий куст, не заметив его в темноте, и изодрала плащ и подол платья, пытаясь выбраться — ну да ничего, Хо Хэнъю же говорил, что я могу рвать платья хоть каждый день — а затем ивовсе споткнулась и упала, разбив коленку о некстати подвернувшийся камень. Дальше передвигаться пришлось медленнее, но я тем не менее вернулась обратно, к лесной опушке, за которой было кладбище и калитка в дворцовой стене. Надеюсь, меня еще не хватились, и я не доставила никому беспокойства?
Крики и мелькающие впереди огни развеяли эту надежду. Выступив на опушку, я наткнулась прямо на поисковый отряд: сам Хо Хэнъю, зареванная Сян-сян, держащая в руках фонарь на палке, и несколько стражников с факелами, из которых я знала только Сяо Шэна, который всюду следовал за главой клана.
При виде главы клана Хо мое лицо озарила лучезарная улыбка, которая тут же увяла, когда внушение в моей голове развеялось и я медленно, ощущая охватывающий меня ужас, осознала, что я наделала. Я же была уже прямо у барьера, я дотронулась до него! Почему, почему я не вышла?
Хо Хэнъю, встрепанный, в криво завязанном ханьфу, при виде меня бросился вперед и заключил меня в крепкие объятия; Сян-Сян в голос зарыдала, бегущие со стороны замка слуги заголосили, стражники начали переругиваться, выясняя, кто сильнее виноват в том, что я убежала, и вокруг воцарился настоящий хаос.
— Айлин! Где ты была? Ты поранилась? — отстранившись, но все еще не отпуская мои плечи, Хо Хэнъю окинул меня быстрым взглядом и приметил и грязный, рваный подол, и прорванную на коленке юбку, некстати показавшуюся между полами распахнувшегося плаща.
Я лишь молча сбросила его руки и сделала шаг назад. В моей душе поднималась злость: на Хо Хэнъю — за то, что он туманил мне мозги, и на себя — за то, что уже почти сбежала и вернулась в последний момент. Почему так вышло? Я же целых полдня мыслила трезво! Я думала, его внушение перестало действовать на меня после того, как я вспомнила имя шисюна!
Что-то в взгляде Хо Хэнъю переменилось, когда я оттолкнула его и, повернувшись назад, он набросился на служанку.
— Бесполезный мусор! Я же говорил тебе как следует следить за своей госпожой! — раздраженно выкрикнул он, и Сян-Сян сжалась, а фонарь в ее руках задрожал. — Всыпьте ей пятьдесят палок! — отрывисто бросил он стражникам, и Сян-Сян, выронив фонарь, упала на землю и запричитала:
— Господин, вы же были в комнате, и я подумала…
— Не трогайте ее, — я сделала шаг вперед и, встав перед служанкой, посмотрела в глаза Хо Хэнъю. Он, окинув меня нечитаемым взглядом, махнул рукой, отменяя свой приказ, и стражники, уже было двинувшиеся к нам, замерли на месте.
— В следующий раз, когда ты убежишь, она получит сто ударов, — предупредил меня он, и я сквозь зубы процедила:
— Поняла…
Выражение напускного благодушия, которое заклинатель обычно принимал при мне, слетело с него, и его лицо было напряженным, зубы сжаты, а глаза метали молнии — и поэтому, когда он шагнул ко мне, я не ожидала ничего хорошего. Но он лишь подхватил меня на руки и быстро зашагал к виднеющейся впереди ограде дворца, над темным силуэтом которого уже брезжил рассвет. Я обхватила его за шею, чтобы он ненароком не уронил меня на камни, которыми был вымощен двор, и попыталась понять, как так вышло, что я выбралась из дворца с намерением сбежать, но чем дальше убегала, тем более бессвязными становились мои мысли, покуда я полностью не поддалась внушению Хо Хэнъю и не вернулась? Может, он обнаружил, что я сбежала, и как-то усилил внушение? Но тогда почему я все осознаю сейчас, когда я так близко к нему — ведь чем он ближе, тем сильнее должно быть его воздействие на меня?