Сияние полуночи (СИ)

Я медленно подошла к зеркалу. Хо Хэнъю сказал, что я изменилась. Интересно, как я выглядела раньше? Недоверчиво вытащив из волос шпильку, я пропустила пальцы сквозь темно-багровые пряди. Цвет для волос был совершенно ненормальный, но странным образом на мне он смотрелся естественно, придавая бледному лицу легкий румянец — это действительно был тот цвет волос, с которым меня "задумала" природа. Тем не менее, я придирчиво рассмотрела прядь на свет и даже намочила в воде, словно надеялась смыть краску — но пряди так и остались насыщенно-вишневого цвета.
Закрутив верхние пряди в узел на макушке, я проткнула его шпилькой, все еще стоя перед зеркалом. Рукава поднятых вверх рук свалились, обнажая руки до локтя, и закатное солнце ярко блеснуло на двух браслетах из лунного серебра, охватывающих мои запястья. Я поморщилась. Вот этот, с надписью, мне видеть совершенно не хотелось, а вот этот, второй, который принадлежал Фэн Хаю…
Шисюн! Как я могла забыть про него! Точнее, я вроде бы и помнила о нем, но его персона казалась мне такой незначительной, что мне просто было лень о нем думать. Тут виски пронзила такая острая боль, что я упала на колени, но, обхватив голову руками, все равно упорно воскресала в памяти события последних дней.
Мы выехали с ним из клана, попали в клан воды… я использовала амулет… тут моя рука дернулась к шее, но, конечно же, амулета там не было — его забрал Хо Хэнъю. Обманщик! Еще притворялся добреньким! Забрал мой амулет, затуманил мне голову… Наверное, все, что он рассказывал — тоже ложь, от начала до конца, и даже то, что мои волосы поменяли цвет, подтверждая его слова, это тоже какая-то уловка с его стороны.
Что с Фэн Хаем? От страха за него у меня заныло сердце, и я, морщась, прижала руку к груди. Когда Хо Хэнъю перенес меня из поместья Шуй Вэя, он остался внутри, перед самыми воротами. Они были закрыты, но он все-таки заклинатель воздуха — может, он смог перелететь через них и убраться в безопасное место?
— С ним все в порядке, все в порядке, — прошептала я сама себе, и тут мой взгляд упал на мое запястье.
"Если ты полюбишь кого-то, я его убью", — всплыли в моей голове слова Хо Хэнъю. Он не должен узнать, что я согласилась на помолвку с Фэн Хаем. С трудом встав, я бросилась к шкатулке с драгоценностями, которая так и стояла на туалетном столике, и, распахнув крышку, запустила руку в аккуратно разложенные украшения, отбрасывая те, что мне были не нужны. Вот то, что подойдет — широкий и плоский браслет из ярко-желтого золота. Надев его поверх обоих своих, я взяла со стола тяжелый бронзовый подсвечник и обстучала мягкую полоску золота по краям, чтобы она плотнее обхватывала мои браслеты. Все, теперь никто ничего не заметит даже случайно… Странно, что служанка не доложила о моих браслетах — хотя, скорее всего, она раньше не видела брачных браслетов клана воздуха и просто не поняла, что это на моей руке.
Выдохнув, я села прямо на пол, привалившись к кровати, и поставила подсвечник рядом. Теперь нужно подумать о том, что мне делать. Барьер существует для того, чтобы не пускать людей в земли клана — значит, есть вероятность того, что если я доберусь до него, то смогу просто пройти его насквозь. Но сбежать просто так я не могу — я должна забрать амулет. Только как? В открытом бою я Хо Хэнъю не противник — значит, нужно напасть неожиданно, пока он еще не понял, что амулет почему-то перестал на меня действовать и я могу мыслить связно.
Вспомнив про амулет, я еще раз ужаснулась его воздействию на меня — я помнила и то, что Хо Хэнъю вчера похитил меня, и то, что Фэн Хай остался где-то в землях клана воды — но мое отношение ко всему произошедшему было таким, какое хотелось Хо Хэнъю. Его действия вызывали у меня восхищение, даже тогда, когда он заговорил о том, что планирует начать новую войну, а на Фэн Хая мне было совершенно наплевать. Нельзя оставить такое могущественное оружие в руках того, кто настроен так кровожадно.
Заметавшись по комнате, я не нашла ничего, напоминающего оружие. В конце концов, еще раз обследовав шкатулку с драгоценностями, я выудила из нее длинную острую шпильку. Подойдет.
 
Закатное солнце скрылось за горизонтом. Служанка, появившаяся ровно в тот момент, когда последний луч солнца исчез за темными силуэтами гор вдали, зажгла в моей комнате многочисленные светильники и с трудом затащила поднос с ужином. Вначале я лишь мельком окинула взглядом полные тарелки, но затем, поняв, что если у меня получится забрать амулет, то мне предстоит путешествие по лесам пешком, села и поела через силу, не чувствуя вкуса. Мои мысли все время перебегали с амулета на Фэн Хая: как он? Где он сейчас? Если с ним все в порядке, почему он не приходит за мной? Наверное, барьер не пускает его на земли клана огня.
В голове всплыла жестокая ухмылка Шуй Вэя, и я отогнала от себя другую возможность: что Фэн Хай не приходит за мной потому, что он в плену. Или уже мертв. Этого не может быть, просто не может быть — шисюн не позволит убить себя такому ничтожеству, как племянник главы клана воды Шуй Вэй.
Служанка, забрав поднос, с поклоном удалилась, и я, спрятав шпильку в рукаве, замерла возле двери. Если Хо Хэнъю не появился сегодня в моей комнате, то я просто подожду, когда все уснут, и самостоятельно поищу его покои, а потом попробую снять с него амулет. Надеюсь, сон у него крепкий.
Однако, к счастью, проверять это сегодня не пришлось. Я прождала на своем посту всего полчаса, и вот дверь, скрипнув, распахнулась, и мужчина в темно-багровых одеждах заклинателя огня вошел в комнату.
— Айлин, ты где? — не увидев меня, он замер, пройдя лишь несколько шагов. — Айлин?
Бесшумно подскочив сзади, я приставила острие шпильки к его шее — прямо туда, где под тонкой кожей билась жилка. Мы с заклинателей отразились в зеркале напротив, и я увидела, как легкая, беззаботная улыбка на его лице пропала, уступив место хищному оскалу.
— Отдавай амулет, — потребовала я, и моя свободная рука взметнулась к его шее. Однако нащупать цепочку мне не удалось, и заклинатель, воспользовавшись тем, что я отвлекалась на поиски амулета, отбросил мою руку со шпилькой, и, резко развернувшись, толкнул меня к стене. Шпилька, звеня, свалилась на пол.
— Как я и думал, — заклинатель, прижав мои руки к стене по обе стороны лица, вперил в меня изучающий взгляд. На мое удивление, гнева за неожиданное нападение в его глазах не было. — Амулет слабо на тебя влияет.
Все это заклинатель сказал не раздраженно, а с гордостью, как мать, хвалящаяся своим сыном-отличником. Он что, рад, что амулет не может полностью запудрить мне мозг? Впрочем, какая мне разница — нужно использовать удобный момент и зачаровать заклинателя, пока он так беспечно смотрим мне в глаза!
Однако даже после двух наложенных подряд заклинаний Си Ши Хо Хэнъю все так же глядел на меня, а его лицо не спешила покидать издевательская ухмылка.
— Амулет защищает меня от воздействия, — сообщил он наконец, и я, в гневе закусив губу, попыталась с силой наступить ему на ногу. Элегантно увернувшись, он поволок меня вглубь комнаты, к кровати под красным балдахином.
— В тебе слишком много огня, — сообщил Хо Хэнъю, бросая меня на кровать и вытаскивая что-то из рукава, пока я отползала от него подальше. — Поэтому амулет признает тебя за хозяйку и слабо на тебя влияет. Ничего, сейчас исправим, — "успокоил" менязаклинатель и, забравшись на кровать и подняв меня за плечи в сидячее положение, поднес к губам какую-то склянку:
— Выпей, — с нажимом произнес он, и голова закружилась так, что я вцепилась руками в одеяло, пытаясь спастись от противного ощущения вращающегося мира. Пробует заставить меня слушаться с помощью амулета, наверное, поэтому мне так плохо. Отвращение и страх в груди сменяли восхищение и расположение к Хо Хэнъю, словно кто-то неумелый пытался наложить на меня Си Ши, и я, обморочно закатив глаза, взяла бутылек — чтобы с силой отбросить его от себя. Звон разбившегося стекла был мне наградой, и я победно улыбнулась.