Кирка тысячи атрибутов 2.0 (СИ)

— Сплошные голые факты, небось, — вставил Хас. — Ха-ха!
— Да ну вас! — махнул рукой Мишка и пошел к холодильнику — восстанавливать водно-солевой баланс в организме.
Чуть позже, когда Альбина снова затащила Мишку в спальню, они договорились окончательно и решили с завтрашнего дня начать совместный проект по заработку в игре. То есть внутри должны были начать Егор с Хасом, а Сашке полагалось двигаться по своей торгово-экономической теме.
Утро выдалось предсказуемо тяжелым. Проснувшись, Егор понял, что спал в одной кровати с Ксюшей, но вот было ли у них чего, вспомнить сразу не удалось. Ближе к утру девушку развезло, она рыдала на плече Егора, он ее утешал, а вот что дальше?..
На удивление бодрый Хас бродил по апартаментам и будил всех:
— Садытэс жрат, пожалста!
При этом никакого «жрат» при нем не было, лишь стопки с водкой и банка соленых огурцов.
— Дай! — Егор потянулся за рассолом, но Хас невозмутимо убрал руку с банкой и сказал:
— Нэт. Ты мне тут закуску в жратву не превращай давай! Подъем, потом все остальное!
— Хас, дай поспать! — пробурчала Ксюша, пряча голову под подушкой и зарываясь под простыню.
Тогда-то Егор и разглядел, что она без одежды. Как и он. Капец…
Хас подмигнул и вышел из комнаты. Егор же ругал себя последними словами.
Ему стало безумно стыдно перед Мико. Перед Кристиной.
[1] Хай (хайлевел) — игрок или персонаж высокого уровня (англ., игровой жаргон).
[2] Неожиданно разгорающийся спор, зачатую уходящий далеко в сторону от основной темы (англ., компьютерный жаргон).
[3] Урон (англ., игровой жаргон).
[4] Пуха — оружие, пушка (игровой жаргон).
[5] Бот — программа, предназначенная для автоматизации тех или иных действий. Краулер — поисковый бот (англ., компьютерный жаргон).
Конец первого тома
  
Том 2. Танцующий варвар
 
Гор, игровой персонаж Егора Переверзева в VR-вселенной «Ракуэн», засиделся в нубской песочнице. Танцующему варвару, как прозвали его в игре, пора выбираться в большой мир! Ведь только там Егор и его друзья — как старые, так и новые — смогут по-настоящему много заработать. А может, даже сорвать огромный куш.
Теперь, когда мифическая кирка, ставшая пристанищем для души древнего бога, намертво привязана к Гору заклинанием, никто не сможет ее отобрать!
Или… сможет?
  
Глава 1. Веспа
 
В квартире было тихо и как-то постпразднично, хотя здесь он ничего не отмечал. Ни тебе конфетти на полу, ни «дождика» на люстре, даже елки нет, а все равно ощущение сказочного и тихого новогоднего утра окутало Егора, как старый плед в холодный день. На улице тоже стояла тишина, лишь редко-редко скрипел снег под ногами прохожих. Солнце пряталось в глубине затянутого дымкой неба, приглушенно освещая город. Едва слышно работал телевизор у соседей.
В полночь дозвониться маме не получилось: линия была перегружена, и он набрал ее сейчас. Ответила она бодрым, радостным голосом:
— С наступившим тебя, Егорка! Как отметили?
Он рассказал кратко, умолчав о женщинах.
— Тебе Саша передает…
— Он меня поздравил сообщением. А вообще, мне хорошо, Егорка. Ни в ушах не шумит, ни сердце не беспокоит. Завтра будут оперировать, сегодня подготовка, всякие анализы, так что, если не отвечу, ты не волнуйся.
Возникла пауза, и Егор представил улыбающуюся маму.
— Заживем, Егорка, как раньше! К лету восстановлюсь, по грибы-ягоды выберемся.
— Обязательно, мам. — Ее радость передалась Егору, и он тоже улыбнулся.
— Буду отключаться, мне пора.
— Удачи!
Егор поставил чайник, включил консоль с телевизором, а потом отжался. Целых три подхода сделал, невзирая на похмельный синдром. Сердце заколотилось сильнее, чем надо бы, поэтому он сходил в душ и минут десять простоял под умеренно теплой водой. Заварил крепкий чай с лимоном и для порядка еще отжался. Прямо возгордился собой после этого, хотя и чертыхнулся: нет большой пользы в похмельных нагрузках, сердце такому радо не будет.
А затем отправился в уже привычное путешествие в волшебный мир, сменив знакомые выцветшие обои, гудящий холодильник, продавленный линолеум и скрипучий диван на яркие просторы фэнтези-вселенной…
 
Через несколько минут он-варвар уже сидел за столиком трактира «Золотой карась», хоть и видел его только на экране телевизора. Собеседников окружал «Полог тишины», предоставляемый как отдельная услуга. Недешево, зато никто не мешал и подслушать их не мог.
— Повтори, дарагой! — попросил Хас. — Что там тэбя за мысл посэтил?
Его персонаж, смуглый стрелок 9-го уровня в дешевом кожаном шмоте и с копной дредов на голове, развалился на лавке напротив Гора. Внешность Хас за основу взял свою, вот только прилично ее модифицировал. В жизни-то он дредов не носил, стригся коротко, да и нос был поболее, чем у стрелка.
Рядом с парнями пристроилась рыжеволосая чернокнижница Мико. Села, настороженно поглядывая на Хаса, потом перевела взгляд на Гора.
— Так вот, — сказал Егор, собираясь с мыслями. — По-моему, с этим Торфу сценаристы всех перехитрили. Ну, как бы объяснить…
— Объясни как есть, — хмыкнула чернокнижница.
— Вот я и пытаюсь, ты не перебивай. Они прикинули, что каждый игрок, проходящий этот квест, в конце подумает: «Если я убью Торфу, то сделаю так, как поступают и все остальные… Значит, это банальная концовка. Поэтому давай-ка я его оставлю в живых — так никто другой не сделает, поэтому Торфу в благодарность даст мне что-то ценное, чего остальные игроки в этом квесте еще не получали». Понимаете?
— Пока нэт, дарагой! — качнул черными дредами Хас.
В игре старый школьный товарищ назвался так же, как в жизни, и это оказалось очень удобно. Акцент как-то на удивление подходил его чару, этакому коротышке-мулату, как будто помеси латиноамериканца и гнома. Егор, которому любовь к советским комедиям передала мама, подумал, что Хас карикатурным исполнением акцента просто копирует Фрунзика Мкртчяна из «Мимино», время от времени переходя на интонации Владимира Этуша, сыгравшего товарища Саахова в «Кавказской пленнице». Прямо перебор, но Хас, похоже, кайфовал от этой фишки.
— В результате таких размышлений никто из игроков Торфу не убивал, считая, что все остальные завершат квест именно убийством, а вот я, мол, буду таким оригиналом. И поэтому никто ничего неожиданного, наоборот, не получал, ведь выживание Торфу было как раз банальной развязкой, предвиденной сценаристами. Понимаете? Так выходило, потому что разрабы правильно просчитали нашу психологию: все игроки думают шаблонно и считают, что нестандартным завершением цепочки будет оставить Торфу живым…
— А на самом деле это как раз и есть стандартно, — кивнула Мико. — Но цепочка ведь уникальная? Разве это не значит, что мы первые, кто ее проходит?
— Может, первые, а может, не первые… — задумался Егор. — Вдруг кто-то брал ее и не смог закончить? Не знаю. Или все как раз и запарывали концовку, не убив Торфу? Ладно, это уже неважно.
— Все равно мне, как культурологу, это очень интересно! — воскликнула чернокнижница. — Хотя тут не столько культурология, сколько массовая психология…
— Ты, дэвушк, странны вэщ гаварыш, — перебил Хас. — Культуролог-мультуролог, что за ызвращэнее?
Тут он точно перегнул палку, и Мико поморщилась:
— Ладно, достал уже, завязывай слова коверкать.
— Что тэбэ достать, дарагая, можэт, арбуз спэлый с бахчи?
— Ну хватит, Хас, — теперь уже и Егор покачал головой. — Давай нормально.
Смуглый коротышка ухмыльнулся, покатывая между ладоней толстый ствол «вечного» гномского ружья с неиссякаемыми патронами, стоящего у его коленей прикладом в пол.
— Ладно, в общем-то, понятно, — заговорил он безо всякого акцента. — Ты того призрака все-таки завалил, что было нестандартным завершением квеста, и потому получил и нестандартную развязку: его душа вселилась в твое оружие. Тут еще, кстати, вопрос, когда эту квестовую цепочку в игру ввели?.. Далеко не факт, что на самом старте, может, наоборот, недавно. А еще вполне возможно, что и кирку твою разрабы вбросили в игру неподалеку от болот именно для такого случая. Может, это какой-то… хрен знает, эксперимент.