Долгая жизнь герцогини (СИ)
Миша понял, что не может дольше находиться в этом месте и вышел на свежий воздух. Попросил у сотрудников сигарету и закурил. Пальцы еще чуть подрагивали, когда он подносил ее к губам. Последний раз он курил в девятнадцать лет, а потом забросил эту дурную привычку.
С непривычки закашлялся и получил несколько насмешливых взглядов от полицейских. Утопил в снегу окурок, он пошел узнавать куда повезли Лизу.
***
Когда Кирилл понял, что девчонка ему ничего не расскажет, снял пистолет с предохранителя и взвел затвор. Ее испуганные глаза и скривившийся ротик доставляли ему удовольствие, и он не спешил. Держал ее на мушке и думал о том, что полиция сильно обломала ему весь кайф.
Кирилл положил палец на спусковой крючок и хотел сказать что-нибудь язвительное на прощание. Но эта пигалица испуганно пискнула и грохнулась в обморок, зацепив стоящие рядом швабры. Те с грохотом посыпались, пристукнув и его по башке. Не успел Кирилл ругнуться, как дверь позади распахнулась и его сильно ударили по рукам. Пистолет упал на пол, а следом за ним полетел и сам Кирилл. Больно стукнулся носом об кафель, в то время как оперативники заводили его руки за спину и защелкивали наручники.
«Это конец…» — подумал он, испытывая жгучую ненависть ко всем на свете. К дурацкой девчонке с амнезией, к Максу, что так сильно подставил его, к друганам, что так не вовремя обдолбались. И конечно же к полицейским, их он ненавидел особенно сильно.
Пока его тащили под руки, Кирилл лишь скрипел зубами от досады. Они поравнялись с каким-то громилой на лестнице, и он дернулся от взгляда, которым тот его наградил. Та же ненависть, что горела у него в груди, отзеркалилась от глаз незнакомца и неприятно рубанула по сознанию. Не хотел бы он еще раз пересечься с этим типом.
*****
Приближаясь к больнице, Михаил переживал — в каком состоянии сейчас Лиза и пустят ли его к ней. Но его опасения не оправдались. Лиза быстро нашлась и ее самочувствие оказалось удовлетворительным.
— Я могу тебя забрать? — спросил он..
— Да, очень хочу поскорее вернуться к себе, — призналась Лиза. Под глазами у нее пролегли глубокие тени, а руки чуть подрагивали.
— Черт, я не подумал, что тебе не в чем ехать. Побудь здесь, я что-нибудь придумаю, — Миша усадил Лизу на лавку в больничном коридоре, а сам рванул на улицу. На то, чтобы купить что-нибудь из одежды, у него ушло чуть больше получаса. Вернувшись, он не застал Лизу на месте. Растерянность сменилась досадой на себя.
«Неужели я ее опять упустил??» — злился Миша, бестолково бегая длинными коридорами. У окошка регистратуры его окликнули.
— Мужчина! Да, вы! Подойдите сюда, — женщина поманила его пальцем. Это, наверное, вам девчушка оставила. Очень просила передать. По описанию подходите, — она доброжелательно улыбнулась.
Миша выхватил из ее рук листочек, буркнув угрюмо: «Спасибо».
Миша! Не волнуйся, пожалуйста. Я уехала с полицейскими. Они обещали подбросить до общежития.
Лиза
Глава 27
Миша тихо выругался. Лизина способность исчезать из-под носа удивляла до глубины души. Он покинул поликлинику и побрел в сторону остановки. В ближайшие дни он не собирался оставлять девушку одну. Неизвестно в какие еще неприятности она может попасть, пока его нет рядом.
*****
Лизу домчали с ветерком на полицейской машине прямо к крыльцу общежития. Ёжась в тонком свитере и стараясь не упасть в резиновых больничных тапочках, она поднялась в квартиру, сопровождаемая одним из сотрудников. На входе их встретил новый вахтер — молодой крепкий мужчина.
«Успели новое лицо поставить», — мелькнула вялая мысль в уставшей Лизиной голове. Она еще не знала, какой переполох случился после ее исчезновения. Полиция поставила на уши всё руководство университета, общежития, родителей ее одногруппников, преподавателей. В эту новогоднюю ночь потревожили всех, кто так или иначе мог быть причастен к истории с похищением и драгоценностями.
Но сейчас Лизу это не волновало. Всё, чего ей хотелось в этот момент — это спрятаться под одеялом в собственной кровати. Закрыться от всего мира и спать. О произошедшем она подумает после.
Лизе дали один день на то, чтобы прийти в себя и отдохнуть. Чем она и воспользовалась, провалившись в глубокий сон без сновидений.
— Лиза, Лиз, вставай! — трясла Саша за плечо подругу, которая никак не хотела просыпаться. — Эй, уже вечер следующего дня, соня. Ты проспала больше суток!
Лиза усилием воли заставила себя отлепиться от подушки. От долгого лежания затекла шея. А еще разболелась голова и жутко хотелось пить.
— Сутки? — переспросила Лиза и посмотрела на окно. Действительно, на улице наступил вечер. — Чего раньше не разбудила?
— Я пыталась, — хмыкнула Саша, — но ничего не вышло. А сейчас очень надо чтобы ты встала. У нас не общага, а проходной двор. Кого здесь только не было за прошедшие сутки. Полиция, преподы, декан, а Миша твой занял диван в общей комнате и наотрез отказался покинуть общежитие. Не знаю, как ему удалось уговорить руководство, но ему позволили остаться.
Лиза окончательно проснулась от таких новостей и почему-то покраснела. Мысль о том, что Миша из-за нее остался ночевать в квартире смущала и радовала одновременно.
Лиза быстро переоделась, кое-как собрала волосы в гульку и вышла из спальни. Тут же рядом оказался Миша, перехватив ее по дороге на кухню.
— Как ты? — он удерживал ее руки в своих, не давай возможности увильнуть от ответа.
— Нормально, — Лизин голос прозвучал немного хрипло, и она тут же спохватилась, — мне нужно в ванную комнату.
Миша отпустил ее, и Лиза скрылась за дверью ванной. Отражение в зеркале испугало ее. Нижняя губа припухла, запекшаяся кровь на подбородке с трудом отмывалась, как и на лбу. Несколько болезненных синяков наливались синим цветом на скулах. Под глазами следы от потекшей косметики, а во взгляде — какое-то затравленное выражение.
— Ну ты и чучело, — сама себе сказала Лиза и стала быстро приводить себя в порядок. После водных процедур красавицей не стала, но и не так страшно было смотреть на себя в зеркало. Она еще немного повздыхала, собираясь с духом, а затем вышла ко всем.
На кухне ютились следователи, Миша и Саша. На правах хозяйки подруга заваривала всем чай и раскладывала печенье на тарелку.
— Елизавета, присаживайтесь, — полицейский указал на стул рядом с собой, и Лиза подчинилась. Хотя в душе скривилась. Даже воды не дали попить, а тут же за допросы.
— Учитывая ваше состояние и то, через что пришлось вам пройти, полиция даст вам небольшую отсрочку. Сможете прийти в себя, повидать родных. Но сейчас вы кратко перескажите события той ночи, и я оставлю вас в покое, договорились?
Лиза кивнула, понимая, что это необходимость. И стала сухо излагать факты. Вспоминала приблизительное время похищения, описывала поведение преступников и их слова.
Следователь быстро записывал ее показания. Затем ту же процедуру провел для Саши и Михаила. После они подписались под своими словами и следователь ушел, напомнив, что впереди еще будет не одна встреча и судебное разбирательство. Двухчасовой разговор опустошил морально и троица молча хлебала чай, погрузившись в свои мысли.
Лизины размышления текли вяло и неспешно. На душе установился мир и покой. После того, как все закончилось и негодяи были схвачены, она могла спокойно смотреть в будущее и строить жизнь. Правда, сейчас ничего не хотелось, никаких далеко идущих планов, просто приятное ощущение свободы. Исчез дамоклов меч над головой, можно вздохнуть полной грудью.
Саша думала о том, чем закончится эта история для ее подруги. Как бы эти события не подорвали ее здоровье и психическое равновесие. Непросто пережить похищение и то, как с ней обращались там. По доброте сердечной Саша жалела Лизу и сочувствовала ей.
Миша усиленно думал, как ему обезопасить свою любовь. Он наконец-то смог себе признаться, что не представляет своей дальнейшей жизни без этой юной девушки. И произошедшие события только укоренили его в мысли, что нужно действовать решительнее. Как бы Лиза себя не убеждала, что она в порядке и безопасности, он-то знает, что это не так и больше не допустит подобного. Она будет под его защитой и именно об этом стоит с ней поговорить.