Игра (СИ)

- Покажешь мне стриптиз? – Айнер вскинул бровь, и Джетро снова рассмеялся глубоким, ласкающим смехом. Повел плечом, обнажая ключицу в вырезе больничной рубашки, поймал растерянный взгляд Айнера и смех сменился мягкой, чарующей улыбкой. Но она держалась на его лице всего несколько секунд. А в следующее мгновение Джетро вскочил из-за стола и заметался из угла в угол. Сильно дернул себя за прядь и явным усилием воли заставил себя остановиться.
- Почему я? Почему всегда я? – его шепот стремительно скатывался к бессвязному бормотанию. – Я, я, я, я. Почему я? Почему-почему-почему….
- Агент Айнер. – Дверную ручку дернули слишком сильно. Доктор. Кто бы сомневался. – Ваше время истекло.
- Доктор Спенсер, я еще не закончил.
- Вы закончили, агент. Джетро на грани приступа и вряд ли вам еще что-то скажет. Вы похерили мою работу трех последних месяцев! – О, кажется, ему удалось серьезно разозлить эту дамочку.
- Разве? – Айнер повернулся к замершему перед зеркалом Джетро. Несколько секунд тот стоял неподвижно, глядя себе в глаза очень странным взглядом, а потом вдруг с силой ударил по блестящей поверхности.
- Ненавижу!! – красивое лицо исказилось, став почти уродливым, глаза вспыхнули сумасшедшим блеском. – Ненавижу-ненавижу-ненавижу!!! – Зеркало стонало под сильными беспорядочными ударами, но санитар, о котором Айнер уже забыл, оказался быстрее. Скрутив бьющегося Джетро профессионально-осторожным, но сильным движением, он вывел его из комнаты.
- Довольны? – если бы взгляд мог убивать, Айнер бы уже был мертв. Доктор Спенсер была не просто зла, она была в бешенстве. В другой ситуации он бы почувствовал себя неловко и даже виноватым, но любопытство и интерес оказались сильнее.
- Он ненавидит сам себя?
- Джонс не раз говорил ему, что Джетро сам виноват во всем, что с ним произошло, – Спенсер окатила его ледяным взглядом, но ответила, пусть и с неохотой.
- Не был бы таким красивым, у него не съехала бы крыша? Очень удобная позиция – винить кого-то в неспособности контролировать себя.
- Вам что-нибудь еще нужно здесь, агент?
- Нет, доктор Спенсер. Выход я сам найду.
Он чувствовал ее взгляд, буравящий ему спину и тогда, когда свернул за угол, и доктор видеть его уже не могла. Он повел плечами в попытке избавиться от отвратительного ощущения. И когда навстречу ему поднялся Клинт, был рад видеть его, как никогда.
- Босс, пока ничего, – улыбка заместителя была почти виноватой, хотя отсутствие каких-либо новостей о Джонсе было отличным знаком. Или нет, если подумать о том, что тело могли еще просто не найти. А в том, что оно будет, Айнер не сомневался нисколько.
- Продолжай слушать эфир. И поехали наконец домой, я чертовски устал. Ненавижу такие дела. Я поведу, а ты позвони Дженис, пусть перешлет папки ко мне домой, от монитора у меня уже глаза болят.
- Как скажете, босс, – Клинт улыбнулся и, подмигнув миловидной медсестре за стойкой администратора, вышел вслед за Айнером на улицу.
4.
Идея завести аквариумных рыбок была мудрой и нелепой. Он любил собак за ум и преданность, кошек – за характер и способность снимать любой стресс, но не мог держать их из-за специфики работы. Но возвращаться в пустую квартиру не хотелось, и аквариум стал компромиссом. По крайней мере, они не производили шума, не будили по утрам и красиво, почти завораживающе двигались. И Айнер мог с чистой совестью сказать, что его привычное «Я дома!» – не попытка заполнить тишину. Рыбки были чертовски хорошими слушателями, но собеседниками были никакими. После двух неудачных браков он привык ценить первое, а второго ему хватало на работе, чтобы не сильно сокрушаться по этому поводу.
Переодевшись и открыв бутылку пива, он нацепил очки и, устроившись на полу, принялся разбирать присланные Дженис бумаги, хотя настроение было насквозь нерабочее. Шелест дождя за окном успокаивал, тепло квартиры и мягкий приглушенный свет – убаюкивали. Поймав себя на том, что откровенно клюет носом, Айнер включил телевизор для фона и потянулся к досье Джонса. Папка была толстой, с множеством фотографий.
  
…Леви Джонса можно было назвать симпатичным. Мужественное лицо, узкие губы, смеющиеся карие глаза, затемненные светло-русой челкой. Айнер посмотрел на дату и покачал головой. Фото, сделанное еще до… всего. Первый год брака и фотоаппарат, скорее всего, держит жена.
Следующее фото было совсем другим. Словно специально положенное именно сюда, чтобы была видна разница. Заострившиеся черты лица, поджатые губы и взгляд исподлобья. Джонс не улыбался и был похож на затаившегося зверя. Выражение глаз не разглядеть, но Айнер решил, что это и к лучшему. Тридцать лет Леви Джонс прожил обычным человеком, обывателем, а потом просто взял кухонный нож и пошел убивать. Так не бывает. Должны были быть предпосылки. Надо поговорить с его бывшей женой. Она подала на развод еще до его ареста, до того, как стало ясно, что Леви Джонс – серийный убийца. Значит, было из-за чего. Отправив сообщение Клинту о том, чтобы завтра с утра он разыскал бывшую миссис Джонс, Айнер прикинул свои возможности к дальнейшей концентрации
и решил, что лучше завтра встанет пораньше. В конце концов, если он ошибется от недосыпа, лучше не станет никому.
…Ему снился отпуск. Пустынный пляж, ласковое море и яркое небо, почему-то сине-серое. Странно, но оно не казалось холодным. Может, из-за солнца. Он лежал на пляже, зарывшись в песок, и бездумно любовался темными точками чаек, чувствуя себя почти счастливым. А потом появился пронзительный мерзкий звук. Сначала он слышался где-то вдалеке, но стремительно приближался. От него небо вдруг начало покрываться трещинками, и Айнер испугался, что оно рухнет на него. Глупый детский страх, но ощущение грядущего пиздеца было слишком сильным. Он проснулся, когда небо все-таки рухнуло. Сел в кровати, задыхаясь и с колотящимся в груди сердцем. Поморгал, пытаясь вспомнить, где находится и выматерился, тянясь к сотовому телефону. Надо было поставить его на вибрацию. Четыре пятьдесят. Ну, отлично…
- Айнер, – рыкнул он в трубку. – И я надеюсь, что причина очень веская для того, чтобы будить меня в пять утра.
- Простите, – смутно знакомый голос был не особо бодрым, и это немного примирило его с действительностью. – Но это ваше дело. Этой ночью Джетро Сандерс сбежал из больницы Санта-Моники. И здесь был Леви Джонс. У нас тут два трупа и один раненный.
- Черт… – Айнер с силой потер лицо. – Черт. Ладно, я выезжаю.
====== Часть 2 ======
1.
- Клинт, докладывай. Коротко и по существу, – хуже невыспавшегося Айнера мог быть только невыспавшийся и угрюмый Айнер, которого подняли под утро, прервав самый сладкий сон. Заместитель, разбуженный пятью минутами позже него, только кивнул, листая свои записи, сделанные до приезда Айнера. В конце концов, он был ближе и приехал раньше.
- Я еще не смотрел записи с камер видеонаблюдения, поэтому не могу сказать, когда именно сбежал Джетро. По словам персонала, они обнаружили его отсутствие уже после того, как отсюда ушел Джонс.
- Бдительные, – хмыкнул Айнер, поднимая воротник куртки. Суета и всполохи огней полицейских машин были привычны, но слишком для начала дня.
- Здесь не было преступников, а буйные у них в другом корпусе. Так что персонал действительно не особо бдительный.
- Убитые? – Айнер присел на корточки перед пожилой женщиной в медицинском халате, лежавшей почти у порога. Джонс просто убил ее, всадив пулю в лоб. Чисто и быстро. Вряд ли она успела хоть что-то понять.
- Миссис Дженкинс, медсестра, и охранник. Его нашли у турникета с ножевыми ранениями. Видимо, он пытался его задержать.
- Его он порезал, а ее застрелил? – Айнер вскинул бровь, поднимаясь.
- Он забрал пистолет охранника.
- Значит, ее он убил, когда уже уходил, позже всех.
- Похоже на то, босс, – Клинт тронул его за плечо, уводя в сторону от каталки, на которой везли тело убитого охранника.
- Кто ранен?
- Ночная медсестра. Он забрал ее электронный пропуск, чтобы попасть в отделение Джетро. Женщине просто повезло, нож не задел яремную вену.