Святослав. Император с севера (СИ)

Вот только героически погибать они не собирались. Еще чего! Как говорится, ищите других дураков. 
Почему? 
Все дело в политике комплектования крепостей гарнизонами набранных из представителей не коренного населения проживавшего на данной местности. То есть, к примеру, там, где жили огузы, в качестве гарнизона выступают ясы (они же аланы). То есть кого им защищать и ради кого погибать? 
То-то и оно. 
– Князь Святослав гарантирует вам безопасность, если вы уйдете оставив крепость в целости. Если же вы решите сражаться, то умрете все, не уйдет никто. Даем вам время на раздумье до рассвета. 
Бойцам гарнизона явно было страшно, вокруг тьма славян с печенегами на которых они регулярно устраивали набеги, а потому ничего хорошего от них не ждали, но умирать не хотелось, тем более как бы ситуация не поворачивалась верить данному славянами слову было можно. Они еще недостаточно цивилизованы, чтобы нарушать клятву. Потому подумав ночь, набравшись еще больше страху, ибо темное время суток этому весьма способствует, гарнизон принял решение линять с первыми лучами Солнца. 
Оставив свой гарнизон в крепости из раненых воинов Святослав продолжил сплав по Дону. 
Ситуация от крепости к крепости повторялась. Гарнизоны не были рассчитаны отражать столь огромную армию, опять же на подкрепления можно не рассчитывать, весть, что армия потерпела поражение разнеслась со скоростью ветра, так что ничего удивительного нет. 
Обстановка изменилась у Саркела. Тому было несколько причин. 
Во-первых, эта крепость разительно отличалась от ранее виденных в плане мощи. 
Если северные опорные пункты были простенькими небольшими острогами, пусть и с каменными стенами, но невысокими, то Саркел являлся настоящей цитаделью. 
Крепость стояла на мысу с высоким берегом, так что штурмовать с воды нереально. Сама крепость имела шесть крепких башен и ее окружало два рва. Один под самыми стенами, а второй на расстоянии полета стрелы. И там тоже имелась небольшая стена которую удобно было защищать. 
По сути это был настоящий торговый город ибо между рвами находилось много домов. 
В общем эта крепость по местным меркам считалась неприступной. 
Во-вторых, в Саркеле находился сам царь Иосиф. Он послал гонцов во все края страны призывая воинов на защиту каганата, дескать враг топчет нашу землю, так встанем же на ее защиту все как один… и надеялся выиграть время пока не произойдет сбор новой армии. 
В любом другом случае у него на это имелись все шансы, ибо склады были полны продовольствия, с коим у противника всегда проблемы, а это снижение сил вражеских воинов и даже болезни, особенно когда наступит осень. А если армия все же не придет, то к зиме славяне сами уйдут. 
Но все пошло не по плану. 
Не известно, как обстояло дело со сбором армии, а то, что у славян не будет проблем с продовольствием выяснилось достаточно скоро. Дело в том, что хазары так всех достали своим чрезмерным аппетитом, что как только по степи пронеслась весть, что их разбило войско славян, как тут же полыхнули восстания. 
Первыми кто решил скинуть с себя власть хазар стало племя огузов. Их примеру последовало еще несколько племен и вот к Святославу прибыли их вожди. 
– Князь, мы просим тебя стать нашим каганом… – сказал вождь огузов Аксай, как лидер восставших племен. 
– У вас вроде есть каган… 
– Нет, царь Иосиф повелел его задушить, как не обеспечившему защиты государства, дескать плохо просил помощи у богов, – ответил другой вождь по имени Цаган. 
Русов понятливо кивнул. 
Быть каганом у хазар занятие довольно «веселое». Нет, так-то все тип-топ, купается в роскоши, реальными обязанностями не обременен, всего-то и надо, что четыре раза в год появиться среди упавшего ниц народа и осенить их божественной благодатью, а потом снова гарем охаживай. Проблема в том, что он, как фигура чисто ритуальная в случае «темных времен» являлся козлом отпущения, на них вешали всех собак. 
Неурожай? 
Каган виноват. 
Падеж скота? 
Каган виноват. 
Мор? 
 
Опять каган виноват. 
Поражение в войне? 
Тут о его виновности и вовсе сомневаться не приходится. 
Что? Говорите военачальники сплоховали? Да быть такого не может! Это каган не смог толково распорядиться божественной силой и защитить свое войско от влияния чужих богов. 
Ну а раз виноват, то отвечай. Вот их и душили время от времени безопасно спуская у народа пар народного гнева. 
Отличное средство реальному виновнику отвести от себя недовольство народа, как в данном случае. Так что царь Иосиф перевел все стрелки на кагана ритуально того удавив, дескать виновник наказан, давайте жить дальше… 
Велись на такое уже далеко не все, но сила мечей пока оставалась на стороне традиций в лице царя, так что не поспоришь. 
Имелся еще один довольно «милый» обычай, когда кагана убивали по достижению им возраста в сорок лет. Так что надо полагать, что отрывались они за время своего «правления» на полную катушку догоняясь всеми возможными стимуляторами от вина до откровенной наркоты, чтобы откинуть копыта естественным образом. А так, плохой каган, хороший – не важно. Дожил каким-то чудом до сорока, пора подыхать. Дескать с этого возраста благословение богов с кагана снисходит, а значит снижается степень благословления всей Хазарии, и нужно выбирать нового. 
Этот обычай Святославу Игоревичу особенно не нравился. Жить он собирался несколько дольше сорока лет, если раньше враги не убьют или от болезни какой не загнется, что тоже очень дажеможет случиться, но уж точно давать себя задушить он желанием не горел. 
Ему вдруг вспомнился странный обычай не отмечать сорокалетие. Никто внятно объяснить природу этого обычая объяснить не мог. 
«Не отсюда ли ноги растут?» – с удивлением подумал Святослав Русов. 
В общем он сказал примкнувшим к нему вождям, что во все эти садомазохисткие игры он не намерен. 
– Так что если вы выбираете меня своим каганом, то я становлюсь истинным правителем, без всяких глупостей с удушениями. В любом другом случае мне это не интересно. 
– Мы это понимаем князь и согласны. 
С того момента как у Святослава появились внутренние союзники перспективы у царя Иосифа стали совсем плохи, ведь теперь рассчитывать на то, что у врага будут проблемы с продовольствием не приходилось. 
Впрочем, Русов и не думал затягивать осаду на сколько-нибудь длительный срок. У него еще куча других дел в планах намечено и время дорого. Заминка была вызвана именно решением продовольственного вопроса. 
Сначала как полагается выехал вперед и кинул вызов, дескать выходи подлый трус, биться будем, но услышан не был в том смысле что был послан, а потому началась осада. 
Сначала засыпали ров, причем на довольно широком участке. На первом этапе завели в него несколько барж уже изрядно загруженных землей и затопили создав основу, и вот на нее пять тысяч человек под прикрытием щитов товарищей (один нес, двое прикрывали), стали словно муравьи таскать землю и камень. 
Хазары конечно пытались этому воспрепятствовать, вели интенсивный обстрел из луков, но все бестолку. За три дня ров был заполнен и еще через день отдыха начался штурм. 
Шансов у обороняющихся не было. Штурмовать стены по понятным причинам никто не думал. Под прикрытием арбалетчиков саперы, под перевернутой кверху дном лодкой, на которую падали камни и лилось кипящее масло, добрались до ворот и заложили мину. Грянул взрыв и воины ворвались в пролом без пощады круша врагов. 
Так же лихо был преодолен ров непосредственно перед крепостью и все повторилось. 
 
Потери при штурме города и самого замка получились чувствительные, но это логично так как здесь оказались самые боеспособны части царя, но результат оказался тем же. Против комбинации из обстрела из арбалетов и «огненного дыхания» они так ничего и не смогли противопоставить. 
– Пришло время расплаты царь, – глухо сказал Русов, подойдя к плененному царю Иосифу и подняв свой молот.