Испорченный король (ЛП)

— Да. Хорошо. Я уверена, что все одинокие женщины в городе будут счастливы узнать, что Грант всё ещё востребован, — она пожала плечами. — Что ж, давай посмотрим, что мы сможем найти.
В течение следующих двадцати минут она одежду снимала со стеллажей, как будто у меня был неограниченный бюджет. С другой стороны, я сказала Гранту, что Кристиан всё оплатит.
— Примерь это, — сказала она, складывая одежду в мои руки, как будто у нас был целый день.
Я отчётливо помнила, как Грант предлагал одну пару джинсов и толстовку, а не полную смену гардероба.
Примерочная была просторной, и я смогла разложить одежду на скамейке. Прежде чем я успела даже взглянуть на то, чем она меня нагрузила, раздался стук в дверь.
— У нас не весь день в запасе, ваше высочество, — сказал Грант.
— Я в курсе, придурок, — последнее слово было произнесено шёпотом, очень похожим на мои слова: — Вот и всё для нового старта.
— Что ты сказала? — спросил он.
— Ничего, — а затем добавила: — Можешь идти, потому что, если ты думаешь, что я устрою для тебя какое-нибудь странное шоу на подиуме, у тебя впереди ещё кое-что.
— Поверь, если я захочу шоу, то найдётся много женщин, которые захотят мне его устроить.
— Иди и докучай им, — ответила я, слегка повысив голос, но не добавила, что он мог бы начать с продавщицы, которая явно заинтересовалась им.
Я не была уверена, ушёл ли он, когда выудила пару джинсов и быстро их примерила. Затем я вытащила не толстовку, а пушистый свитер с V-образным вырезом, благодаря которому мои сиськи выглядели фантастически.
Когда он резко постучал в дверь, я распахнула её. Грант тут же опустил глаза. Когда он снова встретился со мной взглядом, я нахмурилась.
— Ты достаточно хорошо рассмотрел?
В манере Гранта он полностью проигнорировал меня, как будто я была сумасшедшей.
— Мы должны ехать. Поступила информация о закрытии большего количества дорог.
Стейси, так её звали. До меня только что дошло. Она появилась.
Грант ткнул большим пальцем в мою сторону:
— Мы возьмем это и еще один такой же комплект, а также куртку и ботинки, — произнёс он.
Он последовал за Стейси, чтобы найти эти вещи, а я повернулась и стала рыться в куче, пока не услышала, как Грант сказал:
— Вот моя карта.
Я бросила всё и побежала к кассе.
— Я могу сама заплатить за свою одежду, — сказала я, вытаскивая бумажник и доставая кредитную карточку.
Я почувствовала, как на затылке выступил пот, так как я не смотрела на общую сумму, пока не отдала ей карточку. Я была близка к тому, чтобы исчерпать свой баланс, и не была уверена, что это произойдет. Я, наверное, громко вздохнула, когда кокетливая Стейси, которая не переставала улыбаться Гранту, вернула мне мою карту.
Затем она приблизилась с ножницами, и я чуть не подняла руки, приготовившись к драке.
— Грант сказал, что ты поедешь в этом, — промолвила она с усталостью во взгляде.
Я впилась взглядом в Гранта:
— Ты определённо любишь командовать.
— У нас мало времени, ваше высочество.
Глаза Стейси метались между нами, и я чуть не закатила свои. Она пришла к неправильному выводу. Между ним и мной абсолютно точно ничего не было.
Он поднял пуховик с меховой оторочкой и протянул мне, чтобы я могла в него влезть. Я могла бы настоять на своём, но вспомнила свою бабушку и данное ей обещание. Сейчас было не время отстаивать свою точку зрения.
Я надела пуховик и взяла сумки, которые протянула мне Стейси.
— Спасибо, — сказала я.
Грант развернулся и направился к двери, ожидая, что я последую за ним.
— Пожалуйста. Сделай добро нашему мальчику, — сказала она с широкой улыбкой.
И снова мне помешали ответить, когда Грант рявкнул:
— Пойдем, высочество.
Она только улыбнулась ещё шире, и мои щёки вспыхнули, когда я бросилась за ним.
Оказавшись в грузовике, он потребовал:
— Надень ботинки.
— Я их не примеряла.
— Они должны подойти, — проговорил он и сосредоточился на ограниченном обзоре из окна, поскольку дворники безуспешно пытались убрать тяжёлый и мокрый снег.
 
Я так и сделала, и была удивлена, что они подошли, как он и сказал. Гордость удержала меня от вопроса, откуда он узнал размер моей обуви.
Мы проехали совсем немного, прежде чем Грант снова притормозил.
— Подожди здесь.
Затем он ушёл. Через несколько минут он вернулся в грузовик и протянул мне пакет, от которого вкусно пахло.
— Бургеры и картошка фри. Надеюсь, тебе понравятся закуски.
— Я не привередлива, — ответила я.
Годы, проведённые в школе-интернате, научили меня быть открытой к любой доступной еде, если я хотела есть.
— Приятно это слышать.
— Я думала, что у нас перемирие, — вздохнула я.
— Так и есть. Извини. Можешь передать мне бургер? — скомандовал Грант.
— Как ты думаешь, это разумно во время вождения?
— Ты хочешь сесть за руль? — он спросил.
Я нечасто водила машину, пока жила в Нью-Йорке или училась в школе-интернате, хотя у меня были права. Флорида, где большую часть времени было солнечно, не дала мне опыта вождения по заснеженным или обледенелым дорогам.
— Нет, спасибо, — ответила я.
— Тогда подай мне бургер.
Я достала тёплый бургер, завёрнутый в фольгу, и немного развернула его, чтобы Грант мог вгрызаться в еду, а не в фольгу. Затем я поднесла еду к его рту.
— Что, теперь ты собираешься меня покормить? — спросил он.
— Просто кусай и перестань пытаться всё контролировать.
Когда Грант приоткрыл рот, у меня возникло внезапное и неожиданное желание поцеловать его. Моя рука почти задрожала от этого откровения. Когда в уголке его рта появилось пятнышко кетчупа, я наклонилась, и мой большой палец коснулся этого места одновременно с его высунутым языком.
Я откинулась назад так быстро, что придавила пакет с едой задом.
— Ты в порядке? — спросил он, когда мои щёки вспыхнули.
— Да, хорошо, — сказала я, выпрямляясь на своём месте.
— Можно мне ещё кусочек?
Я посмотрела вниз и поняла, что всё ещё держу в руке его бургер.
— Конечно.
Кормить его, возможно, было неудобно, но скользкие дороги не оставили нам выбора. В итоге я съела свою чуть тёплую еду после того, как закончила кормить Гранта картошкой фри, игнорируя его огромную ухмылку.
Когда мы закончили, то остались в дружеском молчании. Мои мысли вернулись к крайнему беспокойству. Я откинулась назад и прикрыла глаза, когда мы полностью остановились.
— Что? — спросила я, повинуясь инстинкту.
Впереди не было ничего, кроме парковки со стоп-сигналами. Он проверил свой телефон, прежде чем сказать:
— Впереди дорога перекрыта. Похоже, там затор, и они перекрыли шоссе между штатами.
— Боже, ты серьёзно?
Я чувствовала, что всё, что могло пойти не так, происходило для того, чтобы помешать мне добраться до бабушки.
— Да. Похоже, нам придётся найти ресторан или ещё какое-нибудь укрытие.
Он съехал на пару полос, следуя за цепочкой машин, делающих то же самое. Из-за того, что снег валил тяжёлыми сугробами, в нескольких заведениях, мимо которых мы проезжали, свет был выключен.
— Отель? — спросил Грант.
Я взглянула на часы; был ранний вечер, и я пожала плечами.
Он подъехал к одному и велел мне оставаться в машине. Когда он вышел двадцать минут спустя, то покачал головой.
— Они заняты. Я позвонил ещё нескольким, и они тоже забронированы. Очевидно, в новостях говорят, что дорога не откроется в течение нескольких часов.
— И у всех одна и та же идея, — пробормотала я.
— Точно. На самом деле я нашёл одно место. — В том, как он говорил, было что-то зловещее.
Грант свернул с боковой дороги, на которой было не так много света. Поездка была ухабистой и скользкой до такой степени, что я держалась изо всех сил. Когда мы подъехали к тому, что было не совсем мотелем, а больше походило на клоповник, я автоматически почувствовала зуд. На вывеске мигало «отель», так как на улице было темно.