В ожидании рассвета (СИ)
— Хорошо, ты можешь остаться.
— О, храни вас Тьма!
И Хеда принялась натирать Мирта с утроенной силой.
Через несколько минут в дверном проёме показался новый контур. Мирт узнал эти сладко-пряные духи — Нефрона. Он прикрыл срам руками и радостно воскликнул:
— Неф, дорогая моя! Спасибо, что послала за мной своего друга, он был очень учтив… без него я бы не нашёл дорогу…
— Это кто?
Зашуршало платье — Хеда поклонилась.
— Я Хеда Гран из Пиминны, леди. Приехала просить, чтоб вы меня куда-нибудь пристроили, как брата Рема.
— Одному помогла, так что, теперь ко мне вся деревня понаедет?
Тридан, всё ещё голый и в корыте, кожей ощутил ярость, которой вспыхнула Нефрона. Ему стало жаль дочь старейшины.
— Неужто в суде не найдётся работки для человеческой девушки? Убираться хотя бы?
— Я не буду за неё ручаться. И вообще, благотворительность закончилась. Я однажды отдала фонду целый замок, всё, с меня хватит, не думайте, что меня можно доить как ваших коров…
— Хотя бы выслушай её.
— Что мне слушать? Слезливую историю о том, что она тоже нацепила лунник и тот изошёлся смотрскими кляксами? Ну так ты слишком стара для школы, девочка. А я уже огребла проблем, пытаясь перевести твоего брата в школу поближе. Ну так с меня довольно!
Хеда разрыдалась.
— Она беременна, отец выгнал её, — сказал Мирт. — Думаю, как женщина женщину, ты должна её понять…
Он попытался провести внушение, но был сейчас слишком слаб и рассеян от криалина — или Нефрона стала слишком сильна — но на этот раз его манипуляция прошла неудачно.
— Я бы никогда не попала в такую ситуацию, — отрезала Нефрона. — Как ты мог даже сравнить меня с ней? А ты, Хеда, иди к отцу ребёнка и живи с ним.
— Может, вы мне хотя бы скажете, где он живёт? — пролепетала сквозь слёзы та.
— Нам-то это откуда знать. Кто твой хахаль?
— Маг Фарлайт.
В комнате стало невообразимо тихо.
— Ты лжёшь, — выдохнула Нефрона.
— Нет…
Два быстрых, громких шага. Кто-то грубо затряс Мирта за плечо. Нефрона, больше некому.
— Залезь ей в голову! Залезь, чтобы я могла её допросить!
— Я не…
— Делай, что я сказала! — голос Нефроны был таким угрожающим, что разжиженные мозги Мирта наконец зашевелились. — Хеда, ещё раз: кто отец ребёнка?
— Маг Фарлайт…
— Этого не может быть! Он бы побрезговал даже прикоснуться к такой замарашке, как ты.
— Она говорит правду, — сказал Мирт. — Мы всё-таки не у тебя на работе, так может, не будем устраивать вот это вот…
Он убрал руки с причинного места, решив, что раз уж такая ситуация, можно забыть о стеснении — тем более, оно было неискренним, а руки уже утомились от этого положения.
— Она преступница! Она преступила мораль!
Мирт чувствовал ужас, который сковал Хеду. Он взглянул на Нефрону глазами простолюдинки и сам чуть не вздрогнул — над ними нависала злобно оскалившаяся фурия, ничуть не похожая на ту девушку, которой он когда-то посвящал романтические заметки в дневнике.
— В чём подвох? Тут что-то нечисто! Я знаю! — кричала Нефрона.
— Ты заигралась в следователя…
— Нет! Говори, девка! Или я из твоих кишков Мирту новую лютню сделаю!
— Мы не спали, — сдавленно проговорила Хеда, когда приступ рыданий отпустил её. — Он был без сознания, и я смогла собрать семя… Это был мой единственный шанс выбраться из Пиминны!
— Ах ты сука! — взвизгнула Нефрона так, что у Мирта заложило в ушах. — Шалава! Подзаборная блядь!
Мирт опешил, он даже не подозревал, что его благоверная знает такие слова, и уж точно не был готов услышать такое из её сладких, как ему верилось, уст. Пятно, которое было Хедой, взмыло в воздух.
— Что ты делаешь?!
Тридан вскочил на ноги и схватился за повисшую под потолком Хеду, будто бы это могло помочь. Та, барахтаясь в панике, лягнула Мирта в живот, и тот рухнул назад в корыто, отбив копчик. Нефрону с Хедой обдало водой.
— Нефрона, Нефрона!
Тело упало на пол.
— Слава Тьме, ты опомнилась…
— Нет, я закончила, — самодовольно откликнулась волшебница.
— То есть… всё?
— Всё. Труп.
Удаляющиеся шаги.
— Куда ты?
— За ножом. Хочу вырезать её ублюдка из утробы и отправить Сьяласу, чтобы больше не присылал мне своих отпрысков.
— Нет, так нельзя! — воскликнул Мирт, на ощупь выбираясь из корыта. Он наступил на тело и чудом не свалился.
— Ты прав. Я убила её без суда… Меня обвинят… Надо скрыть. Пойду напишу её отцу, что Хеда и правда приезжала, но я предложила этой шалаве отправиться в Саотими, к брату. Мы попили чай, она ушла, и больше мы её не видели. Мирт, ты запоминаешь?
Тот копался в сундуке в поисках чистой одежды — ведь корыто стояло в той же комнате, что была спальней и гардеробом. Сундук теперь был доверху набит вещами Нефроны, и Мирт еле нашёл штаны с рубашкой — на самом дне. Куда подевались остальные его вещи, он пока предпочёл не думать.
— А если к нам пришлют менталистов для допроса?
— Ради людской девки? Три ха-ха. Ты же не против, что тело полежит у тебя дома, пока не растворится во Тьме? Не приглашай гостей, ага?
— Ты так говоришь, будто уже не первый раз скрываешь убийство.
— Ты даже не представляешь, я на работе делаю это чаще, чем засаживаю реальных виновников… Я знаю, ты никому об этом не скажешь. Ты же моя лапочка.
Она поцеловала Мирта в щёку. Ещё утром он бы растаял от этого поцелуя, но теперь только поёжился.
* * *Они сидели в гостиной-столовой-кухне-кабинете. Нефрона скрипела самопиской. Мирт тискал подушку, после тюрьмы изголодавшийся по мягким ощущениям. На улице каркали вороны-падальщицы.
— Знаешь, Нефрона… Я должен тебе кое-что сказать. Ты — это не ты.
— А?
Самописка перестала царапать бумагу.
— Ты под воздействием.
— Да ну!
Опять скрип. Воронья за окном будто бы всё прибавлялось.
— Я предполагаю влияние зачарованной вещи. Я её даже чувствую. Она сейчас рядом с тобой.
— Из-за тебя я опять сделала ошибку! Ты можешь помолчать хотя бы пять минут? Подумаешь, молчал три месяца в тюрьме. Маги-отшельники, вон, по три года молчат ради обета.
— Да послушай же меня!
Нефрона вскочила. Мирт вжался в диванчик, ожидая, что на него сейчас будут кричать — но волшебница лишь захлопнула окно и вернулась на своё место.
— Налетело падальщиц… Как они чуют? Мертвечина ещё остыть не успела.
— Нефрона…
— Ну что Нефрона?! Что заставляет меня «не быть мной»? Самописка, может быть? Или туфли? — судя по звуку, она сбросила обувь. — Или амулет на удачу? — что-то громыхнуло о стол.
Вдруг Мирт ощутил замешательство Нефроны, потом движение энергии. Волшебница пыталась прощупать амулет.
— Тьма… Ты был прав! Почему я сразу не поняла, когда его изучала?
— Ты не знала, что искать.
Мирт заулыбался. Теперь та Нефрона, которая ему так нравилась, вернётся!
— Стерва Ирмитзинэ! — Нефрона распахнула окно, размахнулась и швырнула ульхитовую пластинку на улицу, вспугнув птиц. Те поднялись в воздух галдящей тучей.
— А ведь на старой Нефроне все ездили, свесив ножки, — сказала волшебница задумчиво. — Новая Нефрона никому себе такого не позволяла. Знаешь, новой Нефроне жилось проще. Так что, пожалуй, я лучше продолжу вести сея так, будто тот амулет всё ещё при мне.
— Но…
— Не обсуждается! Я так решила, значит, так и будет.
Мир снова рухнул для Мирта. Ему захотелось откупорить ещё одну банку с криалином. Настойка как-то слабо на него действовала. Ни веселья, ни видений. Вот и боль от побоев начала возвращаться.
— Эмбрион я всё-таки вырежу из её чрева. Это собственность Фарлайта, не наша. Мы не можем позволить ей пропасть… Вдруг он вернётся…
Мирт остался лежать на диване, обнимаясь с подушкой с истрёпанными кисточками и вслушиваясь. Шаги, звяканье. Пыхтение. Шуршание — Нефрона тащит труп в гостиную, зачем?! Потянуло плотью. Мирт вспомнил, что та девушка, которую сейчас препарируют, услужливо тёрла его щёткой всего полчаса назад. К горлу подкатил комок.