Крылья южного ветра (СИ)
— Она пытается управлять мной, — услышал я недоверчивый смешок Дэрена неожиданно замершего напротив белой фигурки. — Поторопись.
Моля всех существующих богов, чтобы высший вампир оказался устойчив к заразе из некролеса, я собрался с силами и ударил. Пламя опалило многочисленные жгуты волос, после чего на меня выпрыгнула сама Селестия. Облако значительно укоротившихся волос трепетало в воздухе, словно мы с ней находились под водой, но теперь она решила их поберечь, обрушившись градом ударов в голову и грудь.
Попытавшийся перехватить Селестию Дэрен был играючи отброшен ею в сторону. Благо, этого мгновения мне хватило, чтобы перестроиться и сбросить маленькое чудовище с себя. Давно меня никто так не уделывал…
Оглушительный драконий рёв и звон стекла слились воедино, когда через большое витражное окно в зал просунулась чёрная голова на длинной шее. Золотые глаза сузились — всё внимание Кодара сосредоточилось на мне. И на мгновение почудилось, будто увиденное его удовлетворило.
Затем, бегущую ко мне Селестию сбило огненным плевком. Однако она лишь взвизгнула и изменила траекторию, бездумно бросаясь на обидчика, превосходящего её размерами и силой. И поздно было пытаться остановить хоть кого-то из них. Мощные драконьи челюсти безжалостно сомкнулись на светлой броне, с хрустом превращая её в ломкое крошево.
— Нет!
Я уже не особо хорошо соображал, поэтому сам не понял, кому именно принадлежал этот крик — мне, Дэрену или умиравшей в пасти дракона Селестии. Только почувствовал чьи-то подрагивающие руки, что есть силы сжавшие мои плечи.
Драконья сущность нехотя подчинилась, привычно опалив напоследок и свернулась тяжёлым клубком, пульсируя в такт свежим ранам. О том, куда исчез Кодар и Селестия я узнал позже.
***
— Ваш родственник погиб, защищая замок и короля, — сообщил мне Ниор, останавливаясь у моей постели. — Вы тоже едва не отправились следом за ним, милорд. Ваш побратим был серьёзно ранен, но отказывался куда-либо уходить.
— Тогда где он сейчас? — просипел я.
— Сказал, что ему необходимо привести себя в порядок, чтобы хотя бы горничные перестали смотреть так жалостливо, — бледно улыбнулся мужчина.
— Узнаю Дэрена…
— Мы немного пообщались. Он произвёл на меня хорошее впечатление, хотя и в своих подозрениях я ещё больше укрепился, — признался Ниор. — Но не буду загружать новостями сейчас. Отдыхайте, набирайтесь сил.
Он собирался было уйти, но не спросить главного я не мог.
— Что с его величеством?
— Всё хорошо, не переживайте.
А я-то рассчитывал, что мне хоть что-то расскажут о судьбе Морарка. Если Ниор, конечно, сумел доказать свою причастность. Да и гибель Кодара вызывала больше вопросов. Как он умудрился?
По отношению к последнему событию я не сразу определился, что чувствую. Ненависть схлынула, но оставалось ещё столько всего недосказанного. Столько объяснений, которых я никогда не услышу.
И Селестия. Поверить в то, что она погибла я не могу, как и принять. Только не бессмертная нимфа мёртвого леса.
Но шло время, Дэрен так и не соизволил появиться. Не выдержав, я отправился на поиски хоть кого-то способного дать внятный ответ. И практически в дверях столкнулся с тётей Линайей. Как жена Главы рода, она принимала его титул и право говорить от лица всех Огненных Лордов.
— Куда ты собрался? — взволнованно прошептала она, подхватывая меня под руку. Прежде от неё такой заботы не видев, я даже шарахнулся. Однако драконица ловко поймала меня под локоть и развернула обратно к постели.
— Мне нужно найти побратима, — почти не соврал я.
— Дэрен скоро вернётся, не волнуйся о нём, — попросила Линайя. Долго же я провалялся, если и она в курсе того, что Дэрен мой побратим. — Ты ведь уже знаешь о том, что произошло с твоим дядей?
— Не совсем, — подробностей я и в самом деле пока не знал.
— Он пожертвовал собой, чтобы спасти тебя.
— Странный жест, учитывая то, как он меня ненавидел. И то, что случилось с моими родителями, произошло лишь по его вине.
— Понимаю. Ты в праве злиться на него и всех нас. Но были причины…
— Просто ответь… Зачем он сделал это? — спросил я, а в горле от волнения пересохло. — За что он поступил так с нами?
Драконица подняла на меня усталый взгляд.
— Он боялся… дара твоей матери. Опасного дара. И он был убеждён, что твоего отца она подчинила… Ты просто не понимаешь, каково это видеть одну из тех, кто предал, забрал свободу. Видеть в её ребёнке человеческую слабость и вместе с тем угрозу всем нам.
— С угрозой обошлось, как видишь. — Я криво усмехнулся, хотя на самом деле хотелось сломать что-нибудь. Ведь мстить теперь некому, а ненависть обратилась глухим раздражением. — Я отрекаюсь от Семьи.
— Что?
— Да. Я не унаследовал дара матери, но и драконом мне не быть. — Лукавство чистой воды, конечно… но кому могут причинить вред сны и призраки?
Тётя смотрела на меня недоверчиво и удивлённо.
— Огонь. Твой огонь ведь видели…
— Пламя это всё, что у меня есть. И всякий раз, оно пожирает меня изнутри, — произнёс я, отводя взгляд. Меньше всего хочется видеть сейчас не ставшее привычным презрение, а жалость в её глазах.
«У тебя есть мы», — словно наяву прозвучал голос Дэрена. И пусть от воспоминаний об этих словах становится особенно горько, но почему-то они всё ещё греют.
— Что ты планируешь делать дальше?
— Хочу учиться, путешествовать… просто жить, как нравится.
Она молчала некоторое время, и я решил было, что сейчас встанет и уйдёт. Но Линайя помедлила.
— Можешь пообещать мне кое-что? Если твои потомки когда-нибудь расправят крылья, ты не станешь их скрывать.
— Потомки? — Я взглянул на тётю с таким скепсисом, что она заметно растерялась. — Я в жизни не загадывал ничего такого, если честно. Поэтому… почему бы и не пообещать.
Она не переспрашивала. Знала, как я устал от обоюдной ненависти, и насколько сильно хочу перевернуть эту страницу. Что поделать, но я давно убедился, что этот мир так устроен. Порознь мы погибнем. Нас пожрёт темнота, и не так важно, в каком обличие она явится.
31. Обретённый дом
За время моего вынужденного отсутствия произошло немало событий. Что, в общем-то, и не удивительно. Ведь случившееся стало наглядным доказательством угрозы, по отношению которой необходимо принимать самые срочные меры. И одной из таких мер стала казнь Морарка.
В ходе расследования выяснилось, что Селестия не теряла времени даром. Притворяясь безвольной куклой, она копалась в записях алхимика и отыскала способ избавить короля от токсина. Последствий это не устраняло, но позволяло монарху прожить ещё с десяток лет. К сожалению, именно поиски противоядия повлияли на дальнейшую судьбу девушки. До сих пор доподлинно неизвестно, что именно произошло, но похоже, что она наткнулась на один из подопытных образцов, сумевших внедриться в её тело.
Морарк же пытался всё отрицать, но последнее письмо Селестии говорило не в его пользу. Поэтому и вина за многие смерти, случившиеся в тот день целиком и полностью легла на него. И во избежание нового воскрешения безумца, его было решено предать драконьему пламени, предварительно поместив в металлическую клетку, подвешенную на цепи прямо посреди главной площади.
Только мне не довелось испытать удовлетворения от свершившегося. Я не мог не думать о том, что бы ощутила в этот миг Тия, и сердце заполняла ноющая боль, сильнее всего походящая на грызущую пустоту.
Я всё ещё не верил.
Дэрен появился в тот момент, когда я снова собрался его искать. В отличие от меня, вампир выглядел, будто ему в принципе чужды всякого рода заварушки. Правда, при этом в глазах читалась усталость и тень тревоги.
— Наконец-то, — вымолвил я, окидывая его быстрым взглядом. — Думал, кого бы попросить об услуге…
Дэрен добродушно фыркнул, присаживаясь на край подоконника.
— Как ты?
— Паршиво. Ведь ты не о физическом состоянии спрашиваешь.