Гросс

Только затем можно начинать саму операцию. Март под скрытом становился невидим для всех, включая и владеющих Силой врагов, так что мог при некоторой разумной осторожности действовать весьма решительно. Впрочем, даже и без такого уникального умения он, располагая лишь своим Даром и приобретенными навыками, почти наверняка справился бы с задачей.
Посты охраны он миновал спокойно, сосредоточившись на необходимости идти беззвучно и не оставлять следов на сырой земле, что, пожалуй, стало наибольшей из проблем на этом этапе.
Склады и бараки тянулись длинными безглазыми темными, лишенными освещения рядами. Причины понятны. Светомаскировка от ночных бомбежек и привычная бедность этих краев. Если во внешнем периметре еще наблюдалась активность патрулей, то здесь, в глубине охраняемой территории, стояла сонная тишь. Очевидно, комендантской роты банально не хватало на то, чтобы приставить к каждой двери и воротам по часовому. Что только упрощало задачу.
Проникать в здание гауптвахты и своими глазами убеждаться в наличии наших пленных необходимости не было. Во-первых, он помнил ауры и Акинфеева, и Горыни. И сразу их узнал, несмотря на то, что светились они в энергополе явно слабее, чем раньше.
Ауру Чкалова, как одаренного, Март тем более легко считал. Она почти ничем, кроме легкого ультрамаринового оттенка, не отличалась от энергосущностей других пилотов, в том числе и самого Колычева. Небесно-синяя, ясная и пламенеющая Силой, с привычными алыми сполохами, проявляющимися в ней словно искры в огне костра. В соседних казематах сидели еще полтора десятка человек, многие из них, в том числе и Васенька, были ранены.
Кроме пленных рейдеров в тюремном блоке находились еще три десятка человек. Часть в подвале, часть на первом и втором этажах. И было очевидно, что там не спят. Конвоиры и специально выделенная для осужденных охрана несут свою службу исправно. И вокруг каждого мерцает золотисто-черная сеть плетения защитных амулетов. Так что под контроль их вот так запросто не взять, придется брать штурмом, – сделал он закономерный вывод. Тем более что все камеры находились в нижнем, подземном уровне.
Отдельно и почему-то немного знакомо светилась багрово-красным, с обильной чернотой, аура одаренного японца. «Интересно, кого она мне напоминает. Нет, такую я точно никогда не видел. И судя по всему, противник очень сильный, если и не гросс, то где-то рядом. Ну это логично, все же в плен к ним угодил человек Силы, да еще и могучий, как космический астероид… Но на кого же он похож? Я ведь не так много обладателей Дара из врагов видел. Чем-то напоминает Асано, но тот был сплошь красным и совсем не таким мощным… еще один родственник? Или у японцев вообще такая Сила? Ладно, после победы разберемся».
Убедившись, что все в порядке, он не стал подходить еще ближе. Мало ли какими дарованиями обладает этот багрово-черный? Теперь следовало уточнить расположение огневых точек ПВО, численность гарнизона и, что самое главное, что-то придумать с «Тэнрю», который мог стать для наступающих рейдеров настоящей костью в горле…
До подхода эскадры во главе с Зиминым оставалось порядка двух часов. За это время нужно было провести разведку, заложить мины и, конечно, освободить пленников. В общем, следовало поторапливаться, и Март осторожно, стараясь ступать как можно тише, двинулся вперед.
В воздухе просто физически ощущалась повышенная влажность. Прогноз, данный синоптиками перед началом операции, не отличался конкретикой. «То ли дождик, то ли снег, то ли будет, то ли нет!» – метко охарактеризовал полученный документ адмирал.
С одной стороны, для одаренных пилотов вроде Колычева или самого Зимина ни облачность, ни вполне вероятные осадки помехой не были. И сами пройдут как по нитке, и ведомых проведут. С другой, конкретно ему сейчас дождь ни к чему. Нужно будет проверить кое-какие помещения, а мокрые следы никакой «скрыт» не спрячет.
За причалами блестели сталью рельсы железнодорожной ветки, за ними темнели пакгаузы. Дальше начиналась сама военная база с казармами, штабом, где и был устроен снятый на кинокамеры суд, с лазаретом, гаражами для аэродромной техники, врытыми в землю топливными цистернами, ремонтными мастерскими и огромной, решетчатой антенной радара.
 
А уже за ними располагалось взлетное поле, на котором в ряд стояли корабли; среди них выделялась чернеющая даже в ночной темноте туша фрегата «Тэнрю». Весь периметр прикрывали многочисленные батареи ПВО. Мощные прожектора сейчас стояли без дела, дожидаясь сигнала тревоги, чтобы расчертить своими лучами небо над базой, выискивая вражеские бомбардировщики.
Как бы ни был мал имеющийся на японской базе гарнизон, на то, чтобы блокировать и уничтожить нескольких русских диверсантов, его все равно должно было хватить. Тем более что им предстояло взять штурмом и удерживать гауптвахту с пленными рейдерами. Однако если устроить небольшой беспорядок, врагу, по крайней мере некоторое время, будет не до них. А там, глядишь, и помощь подоспеет.
И самым лучшим в этом смысле будет пожар. Ну а что можно поджечь на авиабазе? Конечно же склад ГСМ! На оставшемся от китайцев плане он находился между пристанью и летным полем. Судя по всему, новые хозяева изрядно расширили этот объект да к тому же серьезно озаботились мерами пожарной безопасности и маскировки.
А вот на охране самураи явно сэкономили, очевидно, решив, что внутри базы достаточно будет редких постов на вышке и у шлагбаума. Судя по ауре, часовые и там и там благополучно дремали, и Март без помех добрался до места.
Как и следовало ожидать, большая часть топлива хранилась в подземных хранилищах в надежно изолированных друг от друга емкостях, да еще и на значительном расстоянии от основного комплекса зданий и летного поля. То есть нужного эффекта можно было и не достичь. С другой стороны, пожар есть пожар, и Колычев скинул с плеч изрядно надоевший ему рюкзак.
Первая мина уютно устроилась прямо на одной из цистерн, показавшейся диверсанту неполной. Если повезет, произойдет объемный взрыв, и тогда огонь не остановить. Вторую он установил на насосной станции, магистрали от которой шли ко всем емкостям.
Мысленно активировав артефакты, Март убедился, что все в порядке, и двинулся дальше.
Следующей его целью стали площадки с артиллерийскими боеприпасами. Там тоже все оказалось устроено достаточно надежно. Вокруг каждой была сделана обваловка, начисто удалена вся растительность, а поверху натянута маскировочная сеть. Однако взрывы в любом случае будут нервировать гарнизон, а раскиданные ими снаряды также способны натворить дел. Не говоря уж о том, что лишившиеся боеприпасов зенитные орудия станут бесполезны.
А вот к хранению авиабомб сыны Страны восходящего солнца отнеслись без должной скрупулезности. То есть с точки зрения защиты от налетов все было выполнено более чем хорошо. Запрятанные глубоко в земле хранилища с мощными стальными дверями гарантировали своему содержимому защиту от любого повреждения, кроме, быть может, прямого попадания чем-то вроде боевой части «Искандера». Впрочем, их еще не изобрели. Но вот от обладающего «скрытом» диверсанта защитить арсенал не получилось.
Как это обычно бывает на базах, погрузка боеприпасов происходила именно по ночам. То и дело к складам подъезжали грузовики, заменявшие японцам транспортеры; уставшие за долгую смену солдаты грузили на них разнокалиберные адские машины, которые потом перевозили к бомбовозам и заменявшим штурмовики ботам.
В такой ситуации Марту не составило труда проникнуть внутрь, установить еще две мины под самые дальние стеллажи и незаметно удалиться.
Теперь у него оставалось лишь два фугаса, и распорядиться ими следовало с умом. Предстояло решить, что важнее: попытаться заминировать все еще стоящий на летном поле в полной боевой готовности фрегат или же установить их на штабе, в надежде лишить японцев управления.
Здраво рассудив, что штаб – важен, но фрегат – главная угроза легким корветам приватиров, Март сделал выбор в пользу тяжелого корабля. Но прежде все же решил заглянуть в командный пункт японцев. У него еще не было конкретного плана действий, но карты, схемы расположения всех узлов обороны, коды, пароли и отзывы, журналы со скрупулезно занесенными в них данными манили и обещали реальные выгоды для реализации общего плана нападения.