Гросс

– То есть бросить его тебе совесть позволила? – не сдержавшись, без обиняков спросил Март. – А теперь, значит, заела…
– Что ты сказал, сопляк? – смерил его тяжелым взглядом командир «Ангары». – Кто тебя вообще сюда пустил, мальчик?
– Я такой же капитан рейдеров, как и все!
– Ха-ха-ха, – зашелся в противном смехе толстяк. – Вы только посмотрите на него. Думаешь, унаследовал миллионы, так что-то из себя представлять стал?
– Я свой корабль в бою взял!
– Если бы не Зима, я бы тебе уши ободрал!
– А ты попробуй! – разозлился Колычев и, как уже было однажды, придавил своего противника через «сферу».
Судя по всему, Мур тоже не забыл о том случае и озаботился защитой. Мощный артефакт, сопоставимый по стоимости с небольшим кораблем, спрятанный под одеждой, надежно защищал своего владельца от большинства одаренных… но только не от гросса. Возникшая вокруг приватира невидимая глазу защитная сфера быстро истончилась, после чего с отчетливым треском распалась. А в воздухе запахло озоном.
– Ты что творишь?! – захрипел скрючившийся от невыносимой боли капитан «Ангары».
– Оставь его, Март, – поспешил вмешаться Зимин.
– Нельзя у нас так, – угрюмо буркнул Пантелеев, вставая рядом с Колычевым и не сводя настороженного взгляда с товарищей.
Остальные рейдеры насупленно молчали. Несмотря на то, что у большинства из них имелись вполне обоснованные претензии к Муранову, он был одним из них. И расправа над рейдером, как ни крути, являлась покушением на их независимость. Позволить подобное было никак нельзя…
– Вот что, парень, – веско заметил Демьянов, не сводя с Марта тяжелого взгляда. – Фокусы эти будешь в цирке показывать, ну или в Сенате. А у нас свои правила!
– Хотите позволить ему уйти? – криво усмехнулся Колычев и, выйдя из «сферы», демонстративно отвернулся. – Валяйте! Можете даже пойти на его условия. Вот только кто вам даст гарантию, что японцы оставят Чкалова и его команду в живых?
– Не твоя печаль чужих детей качать! – отозвался Демьян, помогая своему коллеге подняться.
– Спасибо, братцы, – с трудом восстановив дыхание, буркнул Муранов, прячась за спины остальных.
В этот момент Зимин понял, что все висит на волоске. Наемники-приватиры – люди свободные и ничем, кроме контракта, не связанные. Реши они в тот момент уйти, кто бы их остановил? Следовало взять ситуацию под контроль. Вот только как?
– Что будем решать? – требовательно посмотрел он на своих бывших товарищей. – Будем драться или попытаемся договориться?
– Нам подумать надо, ваше превосходительство, – бесстрастно отозвался Демьянов.
– Такие дела с кондачка не решаются, – поддержали его остальные и заторопились к выходу. – Пойдем, братцы!
  
Глава 18
 
В опустевшем зале после недавних жарких споров повисла тревожная, хрупкая тишина. Остались четверо: Зимин, его начштаба Дагаев, сам Колычев и Николай Романов.
Первым молчание нарушил, виновато посмотрев на опекуна, Март:
– Кажется, я все испортил?
– А я считаю, ты все сделал правильно! – впервые подал голос цесаревич, подойдя и встав рядом со своим командиром. – Этот Муранов явный изменник!
– С вашего позволения, – поддержал Николая начальник штаба, – я склонен согласиться с мнением его императорского высочества. Без поддержки рейдеров Чан Кайши неминуемо потерпит очередное поражение, и одному Богу известно, чем все это может закончиться.
– Боюсь, именно это сейчас и случится, Николай Павлович, – вздохнул адмирал. – Мур умеет быть убедительным, к тому же у него немало сторонников. Отлет даже части приватиров будет иметь очень тяжелые последствия…
«А для Зимина это и вовсе станет крахом карьеры», – с запоздалым раскаянием подумал Март, но выражать сожаление было поздно.
– Давайте лучше вернемся к нашему плану, – предложил он. – Как мне кажется, в японских позициях есть слабое место.
– О чем вы? – заинтересовался Дагаев.
– Об озере, – загадочно улыбнулся Колычев.
Пока шло обсуждение, Март внимательно разглядывал карту и план местности, стараясь не упустить ни одной мелочи, пока они не отпечатались у него в мозгу. В какой-то момент он даже решил, что согласен с Демьяном и у поставленной задачи нет решения. Потом вылез Муранов со своим предложением, и стало не до того, но теперь, когда все успокоились, в его голову пришла простая мысль. Для того чтобы устроить налет на японскую базу и освободить пленных, нужно предварительно забросить туда группу диверсантов.
 
Если они выведут из строя хотя бы часть ПВО, а при совсем уж дикой удаче еще и стоящий на аэродроме фрегат, у атакующих рейдеров появится шанс. Оставалось только решить, как их туда забросить…
– Что с озером? – непонимающе посмотрел на него Дагаев.
– Оно довольно глубокое, – ответил Колычев, еще больше запутав начштаба.
– Ты серьезно? – первым сообразил, в чем дело, Зимин.
– Вполне. В мире есть только один корабль, способный проделать эту операцию, и он у нас есть!
– Какой корабль, о чем вы?
– Я про мою «Ночную птицу», Николай Павлович!
– Это утопия!
– Вовсе нет. Корабль изначально спроектирован и построен как двухсредный. Мы спокойно можем проникнуть на вражескую территорию по воздуху, а затем приводниться и продолжить путь под водой.
– А если вас обнаружат?
– Как? Даже если японцы смогли установить здесь радары, в чем я лично сомневаюсь, то уж сонаров-то на озере у них точно нет!
– Чего нет? – удивился Дагаев.
– Гидролокаторов, – пояснил чертыхнувшийся про себя Март, понятия не имевший, когда изобрели этот прибор в его мире.
– А ведь мысль не так уж плоха! – задумался Зимин. – Такого сюрприза японцы точно не ожидают… Тут есть о чем подумать.
Колычев в ответ только промолчал. На самом деле, «Ночная птица» была в данной ситуации не единственным козырем. Другим, причем не менее важным, был он сам и его способности. С момента инициации молодой человек непрерывно прокачивал свои таланты и достиг немалых высот. Общаясь с другими гроссами, он впитывал их знания как губка.
Научившись лечить, он так же легко мог отправить человека на тот свет. Познав тайну плетений, он стал понимать предназначение артефактов и научился сам создавать или даже перепрограммировать их. А побежденный им Шейд научил пользоваться «скрытом»…
Кроме того, у него была хорошо сработавшаяся команда, артефакты для связи, бесшумные пистолеты…
Честно говоря, еще несколько минут назад он не собирался предлагать свои услуги. Все-таки это было не его дело. И даже не его масштаб, вроде как, добавлял он себе мысленно. Война есть война. Ничего не попишешь, со мной наследник…
Но вот теперь, когда после его вмешательства рейдеры были готовы разорвать свои контракты с Китаем, он понял, что остаться в стороне просто не сможет. А что до Николая, то… его в крайнем случае можно просто оставить на базе.
«Черт, как же можно быть таким идиотом!» – ругал он себя, оставаясь внешне невозмутимым. В конце концов, у него масса других забот, с ОЗК одни проблемы, предстоит схватка с самыми могущественными гроссами, скорая свадьба, наконец, а он… никак не может сделать вид, что ему все равно. Он должен хотя бы попытаться спасти Чкалова и его людей, иначе просто не сможет видеть свое лицо в зеркале.
С другой стороны, а так ли велик риск? Он уже не раз проворачивал такие дела. И проходило все как по нотам. Силы и умений хватает. Оружие и люди – есть. Значит, все должно получиться, и опасность провала равна статистической погрешности. Откуда там, в этой зачуханной провинциальной базе у японцев серьезные одаренные моего уровня?
С остальными справимся, в крайнем случае зачерпну Силы у «Птицы» и придавлю всех, чтобы и не пикнули. Да, это может быть даже интересно. Еще бы фрегат захватить, вот был бы праздник… и отличная оплеуха Полякову и всей партии «умиротворителей» в Сенате.
От этих мыслей его отвлекло только новое появление рейдеров. Впереди шли Демьянов с Быковым, очевидно, выбранные делегатами. Остальные держались поодаль, не вступая в разговор. Был ли с ними Муранов, Март не разглядел, а пользоваться «сферой» не стал, чтобы не провоцировать скандал.