Гросс

– Я слышал, что в вашем экипаже служит пилотом-стажером сам наследник Российской империи цесаревич Николай Александрович?
– Это не государственная тайна. Поэтому могу ответить утвердительно. Так и есть.
– Это очень высокая честь и доверие к вам от лица императора Александра.
– Я понимаю это.
– Будет ли уместно предложить провести государственный прием в честь наследника?
– Не думаю. Как вы сами и сказали, он здесь в ранге стажера. И официальные мероприятия тут ни к чему, – бесстрастно и одновременно жестко ответил Март. – Так или иначе, такие вопросы необходимо согласовывать с МИДом и собственной его величества канцелярией.
– Что ж, в таком случае достаточно будет и приватной встречи, – снизил планку Ли У.
– Я осведомлюсь у его высочества и передам вам его ответ.
– Буду очень вам признателен, – благосклонно кивнул ван. – Но все же вас пригласили не за этим. Точнее, не только за этим.
– Я весь внимание, ваше величество, – подобрался Колычев, решив, что речь пойдет о заказах.
– Как нам стало известно, – зашел издалека владыка Кореи, – вы славитесь не только как храбрый воин, талантливый пилот и владелец богатейшего состояния, но и как великий целитель. Право же, удивительно видеть в столь молодом человеке сосредоточие стольких блистательных способностей.
– Боюсь, молва преувеличила мои скромные дарования, – насторожился Март, – но кое-какие возможности у меня действительно есть. Но неужели кто-то из членов вашей семьи серьезно болен?
– Слава богам, нет! – тонко улыбнулся ван. – Однако есть одно дело, в котором не могут помочь врачи, как бы искусны они ни были.
– Простите, но я вас не понимаю…
Услышав это, продолжавший любезно улыбаться Ли У трижды хлопнул в ладоши, и к павильону подошла целая процессия из одетых в традиционные наряды придворных, в основном женского пола. Одна из них привела за руку щекастого пятилетнего ребенка, с явным любопытством наблюдающего за окрестностями.
– Какой славный малыш, – сдержанно похвалил начавший понимать, к чему клонит гостеприимный хозяин, Март.
– Это мой старший сын, – не без гордости заявил король, – наследный принц Ли Чхун.
Договорив, он раскрыл объятия, и мальчуган, с удовольствием забравшись к отцу на колени, победно зыркнул на немного растерявшуюся няньку и странного гостя.
– Я догадываюсь, какое поручение дал вам император Александр, – негромко заметил ван, – и более чем уверен, что выполнить его даже такому могущественному человеку Силы очень непросто. Однако вы все-таки взялись…
– Боюсь, ваше величество неверно информировали, – попытался возразить Колычев, но Ли У жестом остановил его.
– Ничего не отвечайте сейчас, уважаемый Мартемьян Андреевич. Просто осмотрите его, и если есть хоть малейшая возможность… Поверьте, моя благодарность будет безграничной!
– Не хочу прослыть расистом, – помрачнел капитан «Ночной птицы», – вы, вероятно, слышали, что у азиатов весьма редко пробуждается Дар.
– Конечно, – кивнул ван, – но скажите мне, к какой расе принадлежит ваш друг Виктор?
Крыть было нечем. Ким был корейцем по матери, инициировался в довольно-таки зрелом возрасте и принадлежал к ближайшему окружению Марта. Точнее, был его неразлучным другом и названым братом. Собственно говоря, именно благодаря этому все и свершилось.
– Думаю, еще рано о чем-то говорить, ваше величество. Наследник слишком мал. Никаких принципиальных препятствий я пока не вижу, но…
– Что ж, и этого достаточно. Вы дали нам надежду…
– Вернемся к этому вопросу лет через восемь-десять…
– Вы всегда будете долгожданным гостем в моей семье. Обещайте бывать при всяком подходящем случае. И без церемоний. Достаточно простого сообщения, и мой дом с радостью распахнет перед вами двери.
– Это поистине высокая честь, ваше величество…
– А теперь я хотел бы сосредоточиться на делах дня сегодняшнего. Война с японцами на время прекращена, но мы оба понимаем, что окончательное решение вопроса еще впереди. И моя страна должна быть готова к испытаниям. Корее потребуется много оружия и боеприпасов. А еще собственный флот. Пусть для начала и небольшой. Что скажете, Мартемьян Андреевич? Знаю, в Петербурге есть противники такого решения, но…
 
– Я полностью согласен с вами, ваше величество. И уверен, общими усилиями мы обязательно найдем решения всех вопросов.
– Только совместными усилиями России, Кореи, Китая и Маньчжурии задача прекращения японской военной экспансии может быть реализована. Понимаю, для этого будущим союзникам понадобится урегулировать ряд противоречий и устранить помехи на пути к взаимной выгоде. Знаю, что ваша компания «Автоматы Колычева» заключила крупный контракт с китайским правительством. И на поставки оружия, и на строительство завода по его производству.
– Все верно. Вы хорошо осведомлены обо всем происходящем…
– Что делать? Я глава воюющей страны, Мартемьян Андреевич. Мне же требуется много больше. Судостроительный завод. Часть сложных узлов, двигатели: и гравитационные, и маршевые будут поступать от вас, остальное хотелось бы производить здесь.
– Это очень крупный проект, ваше величество…
– Деньги я найду, если вы об этом, Мартемьян Андреевич… Главное, чтобы мы поняли друг друга.
– Да, впереди большая работа…
Прогремевший над Кореей тайфун ненадолго изменил бурную и космополитичную жизнь столицы полуостровного государства. Город в считанные дни оправился от нанесенного ущерба и зажил широко и бодро, то есть по-прежнему.
Спустя два дня после прилета «Ночной птицы» в Сеул с гастролями приехал знаменитый джазовый биг-бэнд Кэба Кэллоуэя с восходящей звездой, двадцатипятилетним трубачом-виртуозом «головокружительным» Диззи Гиллеспи.
И большую часть своих концертов-джемов они давали, что неудивительно, в музыкальном клубе рейдеров – «Одессе», обеспечивая всякий раз полнейший зрительский успех. Мест за столиками всем желающим хронически не хватало. Поэтому оборотистый управляющий распорядился повсюду расставлять дополнительные стулья и повысить ценник сразу вдвое от прежнего. Начались и спекуляции. Ловкачи-перекупы за вход требовали какие-то уже поистине астрономические суммы. И все равно находили сбыт.
Конечно, для таких дорогих гостей, как сенатор Колычев и его друзья, всегда находился столик и при том в лучшем месте. Впрочем, любой приватир и тем более капитан имел в «Одессе» безусловное преимущество над всяким иным посетителем. Скажем так, железную бронь.
Так как в основе джазовой музыки лежит импровизация, то слушать ее никогда не надоедает. И Март, в прежние времена бывший изрядным меломаном, вот уже второй день откладывал вылет из Кореи. Но всему, как хорошему, так и плохому, когда-нибудь приходит конец. На этот раз в образе вестника судьбы Марту явился один старый знакомый. Правда, на сей раз он был в штатском.
– Ротмистр Лукомский? – удивился Колычев, никак не ожидавший увидеть некогда блестящего жандарма с бородой в поношенной тройке и стоптанных ботинках. – Что с вами?
– Не обращайте внимания, – отмахнулся контрразведчик. – Моя внешность слишком хорошо знакома в определенных кругах. Вот и приходится маскироваться.
– Понимаю, – кивнул капитан. – В таком случае, чем обязан чести лицезреть вас?
– Исключительно сложившейся обстановке, Мартемьян Андреевич. Вы позволите?
– Ах да, садитесь, пожалуйста. Прикажете подать кофе или чего покрепче?
– Как-нибудь в другой раз, – отказался жандарм.
– В таком случае, я весь внимание.
– Вам нужно как можно скорее покинуть Чосон, – без обиняков начал Лукомский. – А в идеале и вообще Дальний Восток.
– Но почему?!
– А вы не догадываетесь?
– Нет.
– Послушайте, Колычев. Вы, конечно, высоко взлетели и, можно сказать, схватили птицу счастья за хвост, однако сильно вряд ли стали бессмертным! Японцы прекрасно помнят, кто и при каких обстоятельствах захватил их экспериментальный корабль.