Гросс

– Похоже, нам пора линять! – бросил остальным Март, хватая за руку Колю.
– Действительно, пошли отсюда, – согласилась с ним Саша, увлекая за собой Таню и так и не успевшего вмешаться Кима.
Мгновенно смешавшись с толпой, они поспешили покинуть место происшествия и остановились только на краю парка, в стороне от остальных гуляющих.
– Что будем делать? – обеспокоенно спросила Зимина, как только они остановились.
– Есть одна идея, – отозвался Колычев. – Сейчас вызову «Ночную птицу», и мы по-быстрому доберемся до Зимнего. На корабле есть кое-какое оборудование. Думаю, что, когда мы будем на месте, наш высокопоставленный друг успеет отрезветь.
– Я не об этом. То, что ты сделал, можно квалифицировать как нападение на члена императорской фамилии!
– А то, что сделал он, на оскорбление величества, – отмахнулся Март. – Не думаю, что этот франт настолько глуп, чтобы поднимать шум!
– Его родители принадлежат к одной из самых влиятельных группировок при дворе!
– Слушай, давай решать проблемы по мере их поступления!
– Ребята, – воскликнул внимательно прислушивавшийся к их диалогу Ким.
– Что?! – почти одновременно отозвались они.
– А вы ничего не хотите нам рассказать?
– Ты о чем?.. – не понял сначала Колычев.
– О «князе», о «его высочестве»!
«Нехорошо получилось», – чертыхнулся про себя Март и с надеждой посмотрел на остальных.
– Может, все-таки потом?
– Пока «Ночная птица» долетит, время есть, – встала рядом с Витькой Татьяна.
– Ладно, слушайте…
* * *
Начальник дворцовой полиции – это только звучит гордо. На самом деле, у любого околоточного надзирателя в провинции гораздо больше власти и куда меньше ответственности, чем у главного придворного блюстителя закона. К тому же на эти места не метят десятки честолюбивых мерзавцев в эполетах. И уж конечно там нет таких высокопоставленных нарушителей порядка, какие в изобилии водятся в Зимнем дворце, Царском Селе или Гатчине! И сегодня генерал-майор князь Микеладзе в очередной раз имел возможность в этом убедиться.
– Добрый день, Автандил Александрович, – не предвещающим ничего доброго голосом поприветствовала его императрица. – Я хотела бы задать вам один вопрос…
– Слушаю, ваше императорское величество, – внутренне напрягся князь.
– Где мой сын?
– Кого вы имеете в виду? – решил уточнить на всякий случай генерал.
– Цесаревича! – процедила Евгения Федоровна таким тоном, что можно было заморозить все припасы на царской кухне.
– Его императорское высочество пожелал остаться один и просил его не беспокоить, после чего закрылся в своих апартаментах!
– Его там нет!
– Этого не может быть…
– Я что, по-вашему, вру или представление разыгрываю? – возмутилась государыня. – Милейший, быть может, вам хочется вернуться на родину и пасти там баранов, или чем еще занимались ваши предки? Предупреждаю, так легко вы не отделаетесь и для начала посетите места с куда более холодным климатом…
Надо сказать, что родившемуся и выросшему в Петербурге князю ни разу в жизни не довелось побывать в Грузии, не говоря уж об Имеретии, и императрица, разумеется, была об этом прекрасно осведомлена. Но сегодня ее немного занесло, и она продолжала распекать генерала как мальчишку, не сразу даже обратив внимание на то, что старший сын появился и с некоторой опаской поглядывает за разыгравшейся сценой из-за угла.
– Ваше императорское высочество, – обратился к нему обладавший, как и большинство жандармов, профессиональной наблюдательностью Микеладзе. – Соблаговолите подойти к нам. Ваша венценосная матушка желает у вас кое-что узнать!
При этих словах Евгения Федоровна остановилась в некотором замешательстве. С одной стороны, она еще далеко не все сказала нерадивому начальнику охраны, с другой – сын нашелся, значит, все не так плохо. Ну и самое главное, ей было очень интересно, где он пропадал?
– Я к вашим услугам, – кротко заметил подошедший к ним юноша.
– Где ты был? – подозрительно посмотрела на сына императрица. – Почему тебя нигде не могли отыскать?
 
– Просто мне захотелось побыть одному, – промямлил тот, не поднимая глаз.
– Погоди-ка, от тебя что, пахнет водкой?
– Не знаю, – пожал плечами Николай. – Кажется, один из лакеев уронил графин, и меня забрызгало…
– Как интересно, – с непроницаемым лицом воскликнул Микеладзе. – А вы не помните, кто именно поступил столь неосторожно?
– Нет.
– Не помните или не заметили?
– Послушайте, генерал, – немедля вступилась за сына мать. – Не может же мальчик помнить всех слуг во дворце! И вообще, я благодарна вам за помощь, но теперь, когда все благополучно завершилось, я хотела бы поговорить с его высочеством!
– Не смею вам мешать! – поклонился князь и постарался максимально тактично исчезнуть.
Судя по всему, юному принцу предстояла изрядная головомойка, и в этом деле государыне не было равных. К тому же у генерала тоже были дети и фразу: «Это курили гимназисты из старших классов, а я просто рядом стоял», – ему приходилось слышать неоднократно.
– Итак, молодой человек, – начала Евгения Федоровна, как только убедилась, что они остались одни. – Сейчас вы мне расскажете!
Цесаревич в ответ тяжело вздохнул, потом поднял на мать глаза и неожиданно улыбнулся.
– Право, матушка, мне не о чем вам рассказывать. Просто еще никогда в жизни мне не было так хорошо!
  
Глава 5
 
Как говорил старина Экклезиаст, есть время собирать камни и есть время их разбрасывать. Только теперь, когда получилось немного остановиться и оглянуться назад, Март понял, что все эти месяцы с начала новой своей жизни в этом мире он только и делал, что боролся за выживание. Смерть ежеминутно смотрела на него, и он ощущал ее ледяной взгляд. Каждый шаг или самая несущественная ошибка могли привести его к гибели.
Кто он был совсем недавно? Царица права – нищий мальчишка, которого почему-то преследовали могущественные неведомые враги. И приходилось все время быть настороже, постоянно держать себя в руках, не позволяя лишнего. Всякое бывало. Но в целом – именно так. И только теперь, когда враги оказались разбиты, он смог вздохнуть полной грудью. Никто больше не охотился на него. И это просто замечательно, поскольку впервые появилась возможность не оглядываться в ожидании неминуемого удара, а просто жить. Любить. Иногда даже развлекаться.
Впрочем, на последнее времени катастрофически не хватало. Как сказал другой классик: «И вечный бой, покой нам только снится». Как бы то ни было, становиться сверхбогатым рантье и провести остаток жизни в неге и праздности в планы Марта не входило. Хотя, конечно, подобный вариант обладал определенной привлекательностью.
Сдержав тяжелый вздох, он вытащил толстую папку с материалами на всех членов совета директоров и попечительского комитета. Для начала предстояло их просто просмотреть, а затем подгрузить в память Сокола, чтобы не забивать массой подробностей собственную голову. А затем уже начать систематизировать и разбираться. Кто там, зачем и почему.
На долгий трезвон телефона Март, занятый делом, отвлекаться не захотел и решил проигнорировать вызов. Наконец гудки прекратились, но в кабинет тут же заглянула Татьяна.
– Командир.
– Прости, я немного занят. Там что-то важное?
– Это Саша, – выразительно взглянула на него помощница. – Требует соединить.
– Что, прямо так и требует? Ладно, принято. Сейчас возьму трубку.
– Здравия желаю, ваше превосходительство! – голос невесты из динамика просто сочился ехидством. – Неужели ваша милость так заняты, что не могли лично ответить на мой тоскующий зов?
– Прости, милая, – тут же повинился Колычев. – Пришлось засесть за бумаги, и я немного увлекся. К тому же откуда мне знать, что это ты?
– Что, и любящее сердце не екнуло, не подсказало? – не повелась на полный раскаяния тон Саша.
– Мое сердце целиком и полностью занято тобой и не может реагировать на посторонние раздражители!