Путаница или Ребёнок от незнакомки (СИ)

После нашего откровенного разговора скованность пропала, и остаток ужина прошел просто замечательно.
Но главное было впереди. Когда мы попрощались с родителями Олега, мне позвонил Максим.
  
Глава 39
 
Глава 39
-Кто звонит? - хрипловатый голос Шамаева прозвучал максимально ровно, и со стороны казалось, что он спокойно ведет машину, но я уже неплохо изучила Медведя, поэтому заметила детали, говорящие о его напряжении. Ходящие желваки на небритых скулах, тяжелый взгляд из под опущенных бровей и резкие движения, выдающие раздражение. Ему явно не нравилось, что мой телефон трезвонил без умолку, а я всё время игнорирую входящие.
-Катя, кто звонит? - не получив ответа, снова спросил он и забарабанил пальцами по рулю.
-Максим, - как можно спокойнее ответила я.
-Почему не берешь трубку?
-Послушай, Олег, меньше всего на свете я хочу разговаривать с бывшим женихом при отце моего будущего ребенка, - слова вылетели сами собой, прежде чем я успела сообразить, что сдала себя с потрохами.
Ведь это не просто признание в том, что мы с Максимом окончательно расстались, это еще и намек на мое к Шамаеву отношение. Он все понял. Это было видно и по его вмиг расслабившемуся лицу и по самодовольной ухмылке.
Эх, Катерина! Так глупо себя сдать! Мысленно отругала себя за длинный язык и отвернулась к окну, чтобы не показывать эмоции, написанные на лице. А там была и досада, и злость на Шамаева и на себя, и даже робость, как на первом свидании...
Тут телефон оповестил о входящем сообщении. От бывшего. Какая-то часть меня все еще надеялась, что Максим найдет меня и примет вместе с малышом. Абсурдно, особенно учитывая мою тягу к другому мужчине.
Дрожащими пальцами открыла текст и замерла:
"Катя, я вылетаю домой. Прости за те слова, которые я сказал тебе сгоряча. Разумеется, я не собираюсь вредить тебе и твоей семье, но и в то, что ты разлюбила меня по щелчку пальцев, тоже не верю. Мы во всём разберемся вместе. Люблю и чувствую, что ты тоже." 
Буквы поплыли перед глазами, а в легких резко появилась нехватка кислорода. О чем он? Ведь меня и маму уже уволили! Это шутка? Решил отплатить за расставание и посмеяться?
Нет, мой Максим не такой.
Но мой ли он после всего, что произошло?
Видимо удивление стало так сильно заметно, что Медведь сразу остановил машину, припарковав ее у обочины.
-Что случилось? - его прямой взгляд, от которого было некуда скрыться, буквально пригвождал к месту. Но делиться подробностями о нашем с Максимом расставании совсем не хотелось. Тем более с Шамаевым, который явно считал, что беременность его ребенком автоматически делает меня не свободной.
-Всё в порядке Мама пишет. Переживает, - голос не дрогнул, но от собственного вранья вдруг стало так тошно, что я торопливо вытерла одинокую слезу, покатившуюся по щеке, и отвернулась к окну.
Больше расспросов не было, поэтому до моего временного жилища мы доехали под звуки радио и шум улиц.
Белая квартира встретила тишиной и соблазнительными ароматами из кухни. Я уже приготовилась держать оборону, но вопреки опасениям, никто не настаивал на совместном проживании. Шамаев объявил, что будет в соседней квартире и оставил меня одну. Как только за ним захлопнулась входная дверь, я не выдержала и дала волю эмоциям. Вновь и вновь перечитывала сообщение от Максима и пыталась понять - в чем подвох? Неужели он издевается? Зачем сначала лишать меня и мою маму работы, угрожать, а потом делать вид, что ничего не произошло?
Перед глазами поплыли картинки нашего совместного прошлого, которое я всегда считала сказкой.
Тогда, четыре года назад, Максим встретил меня в парке у больницы и не смог пройти мимо. Его не только не отпугнул костыль в моих руках, он еще и помог со второй операцией. Был другом, жилеткой, даже немного сиделкой. Красивый, умный, обеспеченный - он почему-то выбрал именно меня из толпы других девушек... А я? Я предала его...
Так! Хватит самоистязаний! У меня и так был непростой день!
 
Сжав металлический корпус телефона, отправилась на кухню. На большом белом столе высилась горка пакетов из доставки готовой еды. Так вот откуда этот аромат!
Медведь позаботился о том, чтобы я не морила его сына голодом. Сама не поняла, как невольно расплылась в счастливой улыбке и забыла о печальных мыслях. Я постепенно начала привыкать к заботе, которую он постоянно проявлял, но все равно на душе становилось тепло и уютно, от каждого нового знака внимания. Наверняка всё это из-за ребенка, но мы ведь пока одно целое. Так почему не порадоваться?
Разумеется, в одной из коробок нашелся стейк, за который я взялась с большим аппетитом. Это было невероятно вкусно! Каждый сочный кусочек буквально таял во рту, доставляя невероятное наслаждение.
Если Олег будет так кормить меня и дальше, то к девятому месяцу я буду похожа на слона. Представив свои будущие огромные параметры, хихикнула и промокнула салфеткой губы.
Через полчаса я, сытая и умиротворенная, решила заново познакомиться с квартирой, в которую три недели назад Олег привез меня силой. Всё те же белые комнаты с шикарным ремонтом и пустующее место в углу гостиной. Там раньше была ваза, которую я тогда разбила Медведю об голову. Неужели это сделала я?
Ужас! Он ведь мог погибнуть!
Теперь, когда я уже неплохо знала Медведя, мысль об этом очень больно царапнула внутри. А когда неприятное ощущение рассеялось, то на замену ему пришло новое странное чувство. Олег не просто отец моего будущего ребенка, он мне небезразличен.
Признаваться в этом было немного стыдно и неловко, но и врать самой себе я не хотела. При воспоминаниях о том, как он меня целовал, трогал, ласкал, немного прикусывал чувствительное местечко на шее - щеки залил румянец. Ведь мне понравилось... Так сильно, что хотелось еще и ещё. Я могла попытаться обмануть его и себя, но тело не врало.
Каким устрашающим сначала казался его вид... И как все изменилось за эти три недели. Теперь мне нравилась каждая черточка сурового лица Шамаева. И шрамы, и щетина, и перебитый нос, который резко захотелось поцеловать...
Образ Медведя постепенно начал таять, а перед глазами почему-то возникло лицо Максима.
Предательница! Я не просто жертва обстоятельств, я влюбилась в другого, а значит, и увольнение и месть от бывшего заслужила.
Сама не знаю зачем, снова открыла сообщение и стала его перечитывать. И тут кое-что показалось странным...
Предпоследнего сообщения от Максима не было. Того самого, в котором он угрожал мне.
Неужели мне это привиделось? Ведь мой телефон вообще никто не брал в руки.
Выйдя в меню мессенджера, открыла список предыдущих диалогов и замерла.
Вот же оно.
"Это только начало. В этом городе и крае ты даже в магазин или к врачу не сможешь нормально сходить. Даю тебе сутки, чтобы передумать, потому что ещё люблю."
Текст тот же... Прислано сегодня. Действительно с номера Максима, только не с того, который он использовал зарубежом, а с местного.
Совершенно ничего не понимая, я подскочила и начала мерить комнату большими шагами. От волнения сердце забарабанило в груди и хотелось смеяться, плакать и кричать одновременно.
Кто писал с местного номера, если не сам Максим?
Вариантов только два. Или жених вернулся и уже находится в стране... или это писал кто-то еще. Организовал увольнение, угрожал и пугал меня другой человек.
Тот, кто имеет постоянный доступ к вещам Максима.
Его мать.
  
Глава 40
 
Глава 40
-Я ждала твоего звонка, Катенька, - Виолетта Геннадьевна взяла трубку уже после первого гудка и, судя по по голосу, льющемуся, как патока, была в крайне хорошем расположении духа.
-Это ведь вы? - совершенно не хотелось держать маску любезности и ходить вокруг да около, поэтому я сразу решила перейти к делу.