Спящий Игрок (СИ)

— Ну, ещё я говорю на трёх языках, не был женат, не судим, не привлекался и не участвовал, — с каждым словом он всё ближе наклонялся ко мне и с последними словами коснулся моих губ.
За моей спиной повёл рукой, и в двери щёлкнул замок. А меня подхватил и усадил на рабочий стол. И не выпуская из рук, продолжил целовать. А я запустила пальчики в его шевелюру и старалась усидеть, а не упасть на стол. Не получилось. Меня с нажимом туда аккуратно уложили и начали медленно, но верно раздевать.
— Талли, ты чего делаешь? Мы же в кабинете, — я попыталась слегка сопротивляться.
— Ты вела допрос? — оторвался от меня маг.
— Нууу, да и что? — не поняла я, к чему он клонит.
— За молчание было наказание? — продолжал допытываться он.
— Да, — пришлось признать очевидный факт.
— Значит, за признание должна быть награда! — заключил он и с ещё большим рвением продолжил целовать и раздевать. — А награда — это ты! — победно заявил он, чуточку прервавшись, но продолжая снимать всё лишнее с меня, — так что я беру своё по праву!
— Ни фига себе! Вот ты вывернул! — смеялась и извивалась я в его руках, — точно, блин, контрразведчик!
И тут же сладкий спазм скрутил живот, я изогнулась всем телом, и громкий стон вырвался наружу. И уже неважно, кто кому был наградой. А кабинет-то оказывается фиолетовый!
  
18
 
Граница. Приграничные небольшие поселки. Жители в основном занимались ремесленничеством и немного — сельским хозяйством. Близость пустыни оказывала сильное влияние на климат. Жаркий и душный ветер высушивал землю, превращая её в пыль. Маг вспомнил, как Элли назвала это место пыльной полупустыней. Усмехнулся. Как она была права, подумал он, всматриваясь в даль этой пыльной полупустыни. Он вспомнил, как нёсся к бункеру, боясь не успеть, не найти вовремя, и вынести на воздух бездыханное тело. Тогда он ещё не осознал, как её любит. Просто не мог допустить, чтобы очень дорогой и такой забавный человечек мог погибнуть. Помнил, как прибыв на место, обозначенное девушкой на карте, он изо всех сил всматривался в пустошь магическим зрением, ища невидимый для простого глаза вход. Увидел. Спустился. Коридор и несколько дверей, и никого. Он искал живое тепло магическим зрением и только в одной комнате увидел теплый свет, как будто кто-то лежал на полу. Дверь была замурована магическим огнем. Воздух в комнату не поступал. Он применил тогда одну из самых мощных взрывных вязей и постарался направить взрыв в сторону от теплового пятнышка. Влетел в комнату и нашел её, лежащую и уже задыхающуюся. Глаза были полуприкрыты, она смотрела куда-то вдаль, и казалось, не видела его. Он подхватил её на руки и порталом вынес на воздух. Положил её голову себе на колени, гладил по волосам и ждал, когда она надышится. Он никогда ещё не испытывал такого облегчения от спасения кого бы то ни было.
И сейчас всё снова хорошо. Его любимая Элли снова с ним. Как он мог подумать, что с кем-то ей будет лучше? Девушка чуть не погибла, попав под влияние древнего мага. Он на секунду представил, что древний маг успел выпустить вязь в Саймона, клятва верности моментально убивает Элли. Маг потряс головой, сбрасывая страшное наваждение. Тогда он понял, что какие бы в ней ни были крови, и каких бы титулов ей ни надарил Саймон, он её не бросит.
Граница ждала его. Служебный долг тоже не пустой звук. И глава КСБ барон Талли Контрийский не мог не прибыть на место постоянных стычек и вылазок на территорию страны со стороны соседнего государства. Тем более, что магическая охрана границы была в ведении его ведомства, и маги, проходившие службу на границе, соответственно подчинялись напрямую королевской службе безопасности. А сосед здесь был коварный и опасный. Королевство по всему югу граничило с Эмиратами Абураджи.
Пограничные заставы были все однотипными. Казармы для армейского состава. Небольшие отдельные дома для командования и магов. К каждой заставе было приписано пять боевых магов и пятьдесят армейских военнослужащих, занимающихся непосредственно охраной границы. О его приезде заставы были проинформированы заранее. Талли не собирался их ловить на разгильдяйстве. Он знал, что всё, что нужно, будет сделано. И потому все остальные вопросы режима и поведения его не интересовали.
 
Его встречал начальник заставы. Барону предложили пройти устроиться и отобедать, но ему хотелось как можно быстрее начать работать. Надо понять, где брешь, что не так, почему прорываются постоянно бандиты с той стороны. Прошлись вдоль границы. Талли самым внимательным образом осмотрел магические препятствия и сигнальные мины, расположенные в земле в хаотичном порядке. Они были хорошо замаскированы, и чтобы их увидеть, надо было знать, что и где смотреть. Потом понять, как снять магическую защиту, и только потом можно было обезвредить саму мину. Это могли сделать только маги, служащие на заставах и устанавливающие эти самые мины. Информация о том, какие вязи применялись для их сокрытия и активации, считалась секретной и разглашению не подлежала. «Кто-то из магов проболтался?» — задал сам себе вопрос Талли. «Вряд ли», — так же сам себе ответил. Боевые маги могли сколько угодно трепаться по поводу своих существующих и несуществующих подвигов, но как только разговор доходил до информации секретной, эта братия становилась непробиваема на разговор. Это можно было исключить.
Тогда что? Талли ходил по заставе, знакомясь с магами и армейскими офицерами, когда раздалась тревога. Новое нарушение границы. Повезло. Повоюем. И он вместе с магами и несколькими армейскими шагнул порталом к месту нарушения. Навстречу магам по полю с сигнальными минами, не обращая внимания на их взрывы, шли два десятка эмиратских солдат и два мага, с оружием наперевес. Пограничники рассредоточились — и завязался бой.
Талли был удивлен такой наглости. Ведь сейчас не война, а тут самый настоящий бой. Королевские маги не позволили отряду пройти, да и армейские хорошо сработали, отвлекая боем на себя магов Эмирата. Никто не пострадал. Но и захватить никого не удалось. Нарушители вернулись на свою территорию, отняв боем больше двух часов. Вернулись на заставу. Попытка перехода границы была пресечена. Люди заслуженно пошли отдыхать. А Талли что-то не давало покоя. Странная какая-то вылазка. Зачем? Но ответа не было.
Ответ пришёл утром. Точнее прибежал. Из селения, которое находилось в нескольких километрах от заставы, прибежал ребенок и рассказал, что к ним ворвались маги Эмира и увели в рабство почти всех. Сбежать удалось только ему. Он шёл сюда всю ночь без отдыха. Мальчика забрал маг-целитель, а Талли и маги шагнули порталом в селение. Теперь было ясно, что та вылазка, что заняла их на два с лишним часа, была отвлекающим маневром.
Они прошли вдоль границы. Обнаружили, что был расчищен проход между сигнальных мин. Расчистили и не потревожили ни одну! Это сильно озадачивало. Талли распорядился срочно сменить применяемую для сокрытия мин вязь. И теперь по его распоряжению такие вязи будут меняться раз в неделю. Пока оставалось загадкой, откуда маги Эмира могли знать вязи.
Талли продолжил инспектировать границу и шагнул на следующую заставу. Первое, что он там узнал, что такие же вылазки были и здесь, и тоже жители дальних поселков попали в рабство. Зачем? Насолить местным баронам? Это не уровень Эмира, он не будет пачкаться такой мелочью.
На третьей заставе пожаловались, что никак не пришлют замену погибшим боевым магам. Остался один, и он может не справиться при серьезном нападении. Талли сказал, что примет все меры, и просто для поддержания разговора спросил:
— А тела родным отправили?
— Никак нет, Мастер Талли, тела не нашли после боя, слишком горячий бой был, — извиняющимся тоном ответил начальник заставы.
— В смысле, не нашли? А почему решили, что маги погибли? — у Талли появились плохие предчувствия.
— Ну как же, бой был таким жарким, там всё горело, полыхало и взрывалось, мы вообще не могли подойти ближе, чем на сто метров, кто ж там выживет? — и начальник удивленно уставился на мага.