Ревизор: возвращение в СССР 26
Сатчан меня огорошил, что у нас завтра совещание по итогам месяца и я должен быть на заводе «Полёт» в обычное время. Хорошо, что позвонил, а то был бы конфуз. В Святославль, тогда, поеду завтра в ночь, в четверг утром буду у Шанцева.
Румянцев долго не брал трубку, уже думал, что он на обед свалил, но, в итоге, все же дозвонился.
– Ничего не вышло с радио, – сообщил я ему. – Мне очень жаль.
– То есть как!? – прямо-таки возмутился капитан.
– Ну так. Я приехал, меня отвели к Юдину, завотделом учебных программ, он со мной даже здороваться не стал. И присесть не предложил. С чего ты, говорит, взял, что можешь на детском радио экономические вопросы обсуждать? Предложил для пионеров что-то там вести, про песни у костра и обычаи снятия скальпов у североамериканских индейцев. Ну, я развернулся и ушёл. Думал, это вам надо, только ради вас и согласился там поработать. Но точно не так, чтоб меня там жизни учили, и воспитывали, и всерьез не воспринимали… Я себя не на помойке нашел.
– Чёрте что! – раздражённо воскликнул Румянцев. – Похоже, тебе просто какой-то придурок попался. Не спеши с выводами, я проведу собственную работу по снятию скальпов, и уверен, что после этого ты сможешь там заниматься серьезными темами. Как мы тебя и просили. Я позвоню сразу, как только можно будет идти снова.
– Ну, только учтите, что я уезжаю завтра в командировку, – решил поставить я его в известность.
– Надолго? Далеко?
– На родину, в Святославль. Прильну ненадолго к материнской груди взрастившей меня земли… До конца недели точно, а там, как с делами сложится.
– Сообщи сразу, как вернёшься, – потребовал он. – И не бери в голову, когда снова пойдешь на радио, там с тобой совсем иначе будут разговаривать…
– Хорошо.
На том мы и попрощались. Похоже, обломался капитан знатно, так и пышет злостью… И явно полностью готов выйти на тропу войны. Похоже, кое-кто в детской редакции радиовещания огребёт в ближайшее время хороших люлей. Ну, так тому самовлюблённому козлу и надо. Надо было, хотя бы, соблюдать элементарную вежливость и относиться ко мне без снобизма и предвзятости.
Так, ладно, фиг с ним. Раз завтра совещание по итогам месяца, надо к нему подготовиться, – подумал я и отправился на автобазу.
Савельева в кабинете не оказалось. Мне подсказали искать его на новой проходной. Вспомнил о новом заезде на территорию и отправился туда.
– О, какие люди! – заметил он меня ещё издали. – Здравствуйте, здравствуйте, Павел.
– Как дела? – спросил я, пожимая протянутую руку.
– Отлично, – уверенно ответил он.
– Что с финансовыми показателями? Цифр за месяц, понимаю, ещё нет. Может, подекадные данные есть?
– Точные цифры – это, конечно, в бухгалтерии, но я вам и так скажу, что у меня в Госбанке двадцать пять тысяч, и в кассе двадцать. Правда, восемнадцать из кассы на зарплату сейчас уйдёт. Но это чистый остаток! Долгов у базы больше нет.
– После одного, всего лишь, месяца работы по-новому? Слушайте, ну, это очень приличные результаты, – удивился я. – Этак вы скоро деньги подкопите и на новый корпус для персонала базы с раздевалками, комнатами отдыха, нормальным медпунктом и столовой.
– Сам уже об этом подумывал…
– Спортзал предусмотреть не забудьте и баню… Люди будут очень довольны… Ну а так – поздравляю от всей души. Задачу минимум мы с вами выполнили. Честно говоря, думал, на это больше времени уйдёт. Возможно, перед нами теперь новые задачи поставят… Мне для понимания, Руслан Сергеевич, вы обслуживаете промышленные предприятия согласно их заявок, так?
– Так, – кивнул он, внимательно слушая меня.
– И потом автопредприятие выставляет им счета за фактические поездки? Они все по безналу платят?
– Большинство, – кивнул он.
– А всё, что на счёт в банке упало, уже не достать, – думал я, как же включить автобазу в круговорот купюр в природе. Ничего, кроме схем с запчастями, на ум не приходило. Ну, вот и буду завтра это озвучивать. Только уточню некоторые моменты прямо сейчас.
– Как у вас снабжение запчастями происходит? – уточнил я. – Есть возможность заказывать крупные узлы и детали? Или только по мелочи?
– Большой ремонт на авторемонтных заводах производят, – ответил Савельев. – Хотя, мы планируем строительство ремонтной мастерской.
– Надо назвать её станцией, а не мастерской, – тут же придумал я, – под наш эксперимент выбить ей особый статус, позволяющий осуществлять большой ремонт и, соответственно, заказывать крупные узлы и агрегаты. И собирать из них машины… Много не надо, несколько десятков штук в год, чтобы внимание не привлекать… Как думаете, сможем мы продать ЗИЛ, к примеру?
– Без документов? – ошалело посмотрел он на меня.
– Была бы машина, а документы найдутся, – улыбнулся я.
– Продадим. Почему нет? Но «Волги» бы, вообще, как горячие пирожки улетали бы.
– Это таксопарк нужен, а не грузовая автобаза, – на автомате ответил я, думая о своём. – Ну, ладно, работайте, не буду вам мешать. За конкретными результатами по январю, я тогда через недельку зайду, когда бухгалтерия итоги подведёт. И вам бы ремонтную станцию сразу с запасом по размерам строить в расчёте на масштабные работы.
– Понял, понял, – закивал он головой, явно сообразив, о каких суммах идет речь.
Мысль собирать машины из заказанных для ремонта отдельных узлов родилась из далёких девяностых, когда наши ребята затаскивали через таможню иномарки по частям. Растаможка отдельных узлов получалась гораздо дешевле, чем целой машины. А собрать всё на месте… Долго ли умеючи? Мне кажется, они и не разбирали их так уж сильно. Видимость конструктора создавали, только и всё. Ну, и перевозилось это всё, разумеется, на прицепах, а не своим ходом. Хорошо забытое будущее тоже может пригодиться, если вовремя припомнить…
Вернулся домой, а меня уже и не ждали.
– Мы думали, ты уже в Святославль едешь, – улыбаясь, сообщил мне Загит.
– На завтра всё перенеслось, – ответил я. – Дела образовались срочные, сегодня никак.
Воспользовавшись моментом, сел дописывать пьесу для Ромэна. Там чуть-чуть осталось. Если успею, то сегодня и отдам Якову Данченко. Пусть передаст своему руководителю.
***
Тикси.
Партийная библиотека! – с едким сарказмом оглядывал Самедов комнату размером меньше, чем был его кабинет в МГУ. Вот и все, что ему выделили под созданную прямо для него ставку по созданию небольшого центра по партийной идеологии для членов КПСС, проживающих и работающих в Тикси.
Несколько практически пустых шкафов, которые ему ещё только предстояло заполнить профильной литературой. Стол, стул, ящик для картотеки и старая настольная лампа, вот и вся обстановка.
За окном было темно, света из комнаты хватало только на то, чтобы увидеть ближайшие снежинки, проносящиеся мимо окна с бешенной скоростью.
Здесь всё время темно. Посёлок Тикси встретил Самедова сильной вьюгой. Настолько сильной, что совсем ничего не было видно, пришлось идти по веревке, натянутой вдоль улицы.
Когда распогодилось, он шел по этой же улице и в свете тусклых фонарей увидел ужасную картину: два огромных лохматых пса охотились на кошку. Один напал на неё спереди, второй сзади. Они разорвали её и тут же сожрали прямо у него на глазах. Ещё несколько дней потом он ходил мимо этого места на работу и с работы, и с ужасом вспоминал, что тут произошло. А также с опаской посматривал на этих огромных собак и ежился под их холодными взглядами. Это же прирожденные хищники, только не за оградой, как в зоопарке, а на свободе. Ему казалось, что они оценивают, сколько в нем мяса. А если кошки закончатся, а они будут голодны? Насколько безопасно ходить мимо них без ружья?
Поселили его в бочке. В той самой бочке, про которую рассказывал сосед Володина. Хорошо, что его предупредили заранее! А то бы он предложение жить в таком жильё счёл бы за издевательство по незнанию. Подумал бы, что местным как-то стало известно, почему он здесь оказался, и они смеются так над ним.