Дрянной декан (СИ)

– … неимоверно важное событие в жизни нашего универа! – непререкаемым тоном закончила Юля. – Он уступает, пожалуй, только выпускному спектаклю. Вот, посмотри.
Девушка подхватила валяющийся на одном из подоконников свежий выпуск “Литературного альманаха” и ткнула рукой в заголовок, крупными буквами и жирным шрифтом намекающий всем и всякому, что долгожданный бал уже на носу.
Да, мои творческие на всю голову сокурсники не только хот-доги поедать умеют. Помимо этого они выпускают газету, устраивают тематические балы, а незадолго перед окончанием учебного года ставят драматургическую постановку, посмотреть на которую приходят все учащиеся с первых и до последних курсов.
– Это бал твой никуда не денется, состоится и без моего участия, – чуть обиженно возразила я. – А вот насчёт нас с Романом… Ума не приложу, где это можно сделать-то! Мои родители безвылазно дома сидят. У Ромки? Сомневаюсь, что его отец вообще на порог меня пустит, – я поежилась. – Блин, Юль, ты бы ЕГО видела…
– Декана? Да видела я его, – Юля ела хот-дог в своеобразной манере, откусывая булочку с обеих сторон и постепенно подбираясь к сосиске, непристойно торчащей из смоченного соусом хлебного мякиша. – Он вообще видный мужчина.
– "ВИДНЫЙ"?! – у меня чуть глаза не вылезли из орбит от такого заявления. – Что значит “видный”??? Ну если только в том плане, что высокий и потому видно издалека…
– Да нет, в самом прямом. Красивый он.
Ага. Красивый и реальный "чел". Мне расхотелось есть хот-дог. Но нет уж, пора брать себя в руки и завязывать с голодовкой! Вчера я по его вине осталась без ужина, сегодня рискую лишиться обеда… Если так будет продолжаться и дальше, помру от истощения – жировые запасы у меня не больно богатые.
– Юль, лучше бы ты на парней внимание обращала, а не на преподов! Сама-то выбрала, в чем пойдешь?
– Конечно. В костюме порочной монашки. Жаль, с алиэкспресса уже не успею заказать, – девушка мечтательно вздохнула. – Но у меня на примете есть неплохой карнавальный магазин… Стоп, а поехали прямо сейчас? Может, и тебе что-нибудь подберем как раз!
– Не знаю, – насупилась я. Гарденина училась в институте с первого курса и уже заработала репутацию старательной ученицы, а мне до такого еще ботать и ботать. – За полтора часа не успеем смотаться. Пропустим последнюю пару.
– Да кому нужна эта “читательская грамотность”? – Юля уже вовсю загорелась идеей. Она быстренько запихала в себя хот-дог и развернулась ко мне с дико блестящими глазами. – Вспомни, когда мы последний раз поднимали себе настроение отличным шоппингом?
– М-м-м… Недели две назад? На тебе как раз те джинсы, которые мы купили в прошлый раз.
– Не может такого быть! Это явно было целую вечность назад! Ну поехали, Красовская! Нам просто необходимо немного развеяться. Видок у тебя сегодня неимоверно кислый, честно говоря. Кому такую в постель захочется укладывать?
Определенно, это был удар ниже пояса. Иногда мне и самой хотелось дать Юльке пинка за то, с каким пренебрежением та относилась к моей огромной и очень важной проблеме. Но что было хуже – она говорила правду. Мужчины не терпят угрюмых, обиженных или ворчащих женщин и справедливо стараются держаться от них подальше.
– И что же ты предлагаешь, мудрая наша? Думаешь, пара новых шмоток решат мою проблему?
– Возможно, но не уверена. Надо подумать, – Юля встала и наскоро вытерла липкие от кетчупа руки салфеткой. – Поехали в магазин, Красовская, а то молодость уходит.
Гарденина и правда думала все время, пока мы тряслись в шумном вагоне метро. Хмурилась, залипала в телефоне, периодически недоверчиво охала. Наконец прозвучало многообещающее “Вот оно что!”, и подруга посмотрела на меня с восторгом сыщика, нащупавшего ниточку следа.
– Думаю, все дело в эгрегоре, – сказала она.
– Каком Григории? – не расслышала я.
– Не Григории, а Эгрегоре, – она придвинулась ко мне и поднялась на цыпочки, чтобы говорить прямо в ухо. – Расскажу, как из вагона выйдем.
– Эгрегор – это энергетическое образование, подпитываемое верой и эмоциями людей, – начала Юлька, когда мы вышли из перехода и прогулочным шагом направились к огромного торговому центру, недавно отстроенному на периферии столицы. – Существо, только не физическое, а… астральное. Поняла?
 
– Нет. Гарденина, ты там головой не ударялась, пока в метро ехала? – мое настроение наконец начало улучшаться. На улице сияло солнце, прохожие поснимали легкие куртки и шли прямо в рубашках и свитерах. Неизвестно, сколько продлится бабье лето, а сидеть в такую погоду в аудиториях Ливера – преступление.
– Не передергивай, Красовская. От того, что я сейчас расскажу, может зависеть твое будущее. В общем, эгрегор – астральная сущность, типа Бога. В то, что он из себя представляет, верит огромное количество людей, и поэтому он существует.
– Еретичка, – засмеялась я. – Бог – он один. Правда, у каждой религии свой…
– Ну вот, а эгрегоров – множество. Есть эгрегор денег, эгрегор любви, семьи, войны, секса… Ну и эгрегор религии, конечно. Он самый сильный из всех. Иначе почему набожным людям помогают их молитвы? Откуда все эти христианские чудеса?
– И правда, откуда? – на горизонте уже показалась сверкающая синим стеклом громадина торгового комплекса. То есть, само стекло было прозрачным, но в нем с филигранной точностью отражалось яркое осеннее небо и пятнышки облаков. Перед моллом обосновали небольшой сквер: светлые плиточные дорожки петляли между зелеными насаждениями. Стройные ряды березовых саженцев вели к центральному входу. На тоненьких стволах покачивались золотые лиственные макушки.
– Миллионы людей своей верой создали эгрегора и подпитывали его энергией на протяжении веков. Когда эгрегор становится достаточно сильным, он и сам может влиять на мысли и поступки человека и даже менять реальность.
Я с уважением покосилась на подругу. Вот уж не знала, что Гарденина за время моего отсутствия увлеклась оккультизмом.
– К чему ты ведешь, Юль? Предлагаешь мне пойти в церковь и помолиться за секс с Романом?
– Нет, конечно, – рассвирепела она. – Я к тому, что, возможно, тобой сейчас управляет немного не тот эгрегор… Вот как ты сама считаешь – ты больше радуешься или страдаешь, влюбившись в Верстовского?
– Хороший вопрос, блин.
Пару дней назад я бы с уверенностью ответила “Радуюсь”, сейчас же… Даже и не знаю. Большая темная туча нашла на мою радужную, легкомысленную влюбленность. Даже солнечный день, и тот померк. Сразу стало сыро и промозгло.
– Если страдаешь, значит, ты каким-то образом подключилась к эгрегору несчастной любви. Подпитываешь его своими переживаниями, а он не дает тебе испытывать хороших эмоций, так как его еда – эмоции плохие. Он что-то вроде паразита… Поняла?
– Ой, Юль, не верю я в эту хиромантию! Все будет хорошо, надо просто подождать, – пришлось брать подругу под руку и тащить ее сразу на четвертый этаж в ресторанный дворик, где находилось около десятка забегаловок. К счастью, булочка из “Циннабона” отвлекла подругу от оккультных размышлений. У меня и так проблем достаточно, не хватало только гадать, к тому я астральному существу подключилась, или не к тому.
Магазин с карнавальными костюмами оказался веселеньким. Понабрав кучу разноцветного барахла, мы с Юлей уединились в пустующей примерочной. Покрасовавшись в костюме игривой ведьмы (высокая фиолетовая шляпа, короткое платье с глубоким вырезом), воинственной амазонки (кожаные трусы, пластмассовый меч и натянутые крест-накрест ремни вместо лифчика), подруга осталась верна первоначальной идее. Я же зависла перед собственным зеркалом. На мне было платье русалки. Зеленая блестящая ткань сверкала наподобие рыбьей чешуи, опускаясь сзади длинным подолом с характерными плавниками на конце, но оставляя ноги спереди полностью открытыми. “Хвост” приходилось придерживать одной рукой, иначе он падал и подметал пол.
Юля бесцеременно ворвалась ко мне в раздевалку и прицокнула языком.