Сокровище чародея

Однако это оказалось ошибкой – Татьяна Васильевна вышла из кухни и, увидев ее в прихожей, схватилась за сердце:
– Боже мой, это ты? Как ты меня испугала! Неужели нельзя было позвонить в звонок, как все нормальные люди!
Из-за включенного телевизора мать говорила громче, чем обычно, поэтому казалось, что она чем-то недовольна.
– Мама, ну не сердись. Я просто не хотела тебя лишний раз беспокоить. Раз уж у меня есть свои ключи.
– Да я вовсе и не сержусь – с чего ты взяла?
– А что ж ты говоришь на повышенных тонах?
– Ну, это из-за телевизора. Хотя ты только представь – я выхожу в собственную прихожую и вижу там неизвестно кого…
– Как это – неизвестно? Ты видишь собственную дочь. А кого же еще? И потом, звонок ты могла не услышать…
– Это как понимать? Ты хочешь сказать, что я – глухая старуха?! Вот спасибо!
– Ну что ты, мама, ничего такого я не имела в виду. Может быть, убавить звук телевизора хотя бы немного?
– Убавить? Но тогда я ничего не услышу…
– А может, и не надо? – осторожно заикнулась Надежда.
– Как это – не надо? Я и так живу одна, как отшельник… отшельница, а телевизор дает мне хоть какую-то иллюзию общения… мне кажется, что я не одна в доме…
Татьяна Васильевна много лет проработала преподавателем в вузе и поэтому умела и любила красиво выражаться.
– Ну, сейчас-то я к тебе приехала, так что можно обойтись без такой иллюзии…
Мать недовольно проворчала, что дочь приехала к ней исключительно по делу, однако телевизор все же выключила.
Они прошли на кухню, мать включила электрический чайник, а Надежда поставила на стол коробку с булочками. Татьяна Васильевна, конечно, завздыхала, что мучное вредно, а жирное – тем более, но тут же, не дожидаясь чая, схватила одну булочку и откусила от нее половину.
– Фкуфно, но фведно!.. – пробубнила она с полным ртом.
– Что?
– Вкусно, но вредно!
– Тебе-то ничего не вредно! – вздохнула Надежда, с завистью взглянув на мать. Несмотря на солидный возраст, лишнего веса у нее практически не было.
– Нужно больше двигаться! – заявила мать авторитетно. – Я гуляю каждый день, минимум по часу. А ты небось часами просиживаешь перед компьютером!
«Знала бы ты, сколько я бегаю! – подумала Надежда, вспомнив о своем необычном хобби. – Но вес почему-то не убавляется!»
– Так что ты хотела найти? – вспомнила мать, управившись с третьей булочкой и в сомнении взглянув на четвертую.
– Книжку, которую мне дал один мальчик в четвертом классе. Представляешь, он мне позвонил и напомнил об этой книжке. Знаешь, как неудобно…
– Странно как-то. Вспомнить о книжке через столько лет! Но если это было в четвертом классе, значит… – Татьяна Васильевна ненадолго задумалась и вдруг, засияв, придвинула табуретку к антресоли: – Я знаю, где это!
– Стой, куда ты!
Надежда попыталась ее остановить, но мать уже влезла на табуретку и открыла антресоль.
– Зачем ты полезла, я бы сама! Тебе такая акробатика уже не по возрасту!
– Что за неуместные намеки на возраст? – возмущенно пропыхтела мать. – Женщине столько лет, на сколько она себя чувствует!
– А если она впадает в детство? – сдуру ляпнула Надежда.
– Что-о?! – воскликнула Татьяна Васильевна, но, к счастью, тут же переключилась на другую тему: – На, держи! Это то, что относится к начальной школе!
Надежда приняла из рук матери коробку и тут же чихнула – на коробке и ее содержимом лежал толстый слой пыли.
– Ну вот, заодно и пыль вытрем! – жизнерадостно проговорила мать. – Совместим приятное с полезным! Действительно, я здесь уже столько лет не прибиралась…
Она слезла с табуретки, вооружилась влажной тряпкой и приступила к обследованию содержимого коробки.
Сверху лежала большая стопка тетрадей.
– Арифметика, чистописание, русский язык… – читала Надежда на обложках. – Мама, зачем ты все это хранишь?
– Как – зачем? Да ты только посмотри, какой у тебя был аккуратный почерк! Это же просто загляденье! Прекрасный материал для воспитания детей! Они посмотрят на эти тетрадки и тоже будут стараться писать красиво!
 
– Это вряд ли. Современные дети скоро совсем разучатся писать от руки, только на компьютере.
– И очень жаль!
– Жаль не жаль, но против прогресса не попрешь. Время невозможно остановить… А это что такое?
Под стопкой ученических тетрадей обнаружилась еще одна тетрадка – потолще, в красивой розовой обложке, с наклеенной на нее бумажной розой.
– Песенник… – удивленно прочитала Надежда.
Внутри тем же аккуратным девичьим почерком были записаны тексты песен, и на каждой странице наклеены вырезанные из открыток цветы.
– Это что, я делала? – искренне удивилась Надежда.
– Ну а кто же еще? У меня одна дочь, только ты!
Надежда прочитала:
 
 
Раз-два, туфли надень-ка,
 
Как тебе не стыдно спать!
 
Славная, милая, смешная енька
 
Нас приглашает танцевать…
 
 
Она хмыкнула и захлопнула песенник, подняв тучу пыли.
– Все это очень мило, но той книжки здесь нет.
– А была ли она вообще, эта книжка? Ты ведь даже название не можешь вспомнить!
– Та книжка была без обложки… и такая… старинная, шрифт там с ятями и гравюры…
– Ах, без обложки! – мать снова оживилась. – Тогда я знаю, где ее искать! Она наверняка в кладовке, туда я сложила все книги, которые нуждаются в реставрации!
Татьяна Васильевна бодро устремилась в прихожую, открыла кладовку и вытащила оттуда еще одну пыльную коробку, в которую были сложены книги без обложек, с порванными переплетами и прочими подобными увечьями.
– Но это-то ты зачем хранишь? – искренне удивилась Надежда. – Всем этим книгам давно пора на помойку!
– Я не могу выбросить книгу! – с пафосом произнесла мать. – Над каждой книгой трудилось столько людей! Сначала – писатель, потом – редактор, наборщик, верстальщик… ну и другие типографские работники. Труд этих людей нужно уважать!
Надежда знала, что не надо спорить и возражать, и все же не удержалась:
– Мама, наборщиков и верстальщиков давно нет. Эту работу делает компьютер.
– Неважно! Его труд тоже нужно уважать. И каждая книга кому-то может понадобиться!
– Ну кому может понадобиться справочник фрезеровщика? – проговорила Надежда, вынимая из коробки толстую книгу с оторванным переплетом.
– Фрезеровщику, – ответила мать, не раздумывая.
– Ну или вот это – «Черви и членистоногие Южной Сибири и Восточного Урала»…
– Кому-то понадобится! А вот, кстати, это не та книга, которую ты искала?
С этими словами Татьяна Васильевна вытащила из коробки книгу небольшого формата, без обложки. Желтоватые плотные страницы были покрыты красивым непривычным шрифтом, в глаза бросалась дореволюционная орфография.
Надежда взяла книгу у матери и прочитала первую строчку:
– «Лиза Суворина жила в Коломне…»
– Коломна – это исторический район между Сенной площадью, Екатерининским каналом и Фонтанкой… – начала мать по преподавательской привычке.
– Да знаю я, знаю! – отмахнулась от нее Надежда.
Ну да, это была та самая книга, которую в свое время ей дал почитать Петька Квадратов. Надежда перелистнула несколько страниц, и у нее отчего-то возникло странное чувство. Ей было страшновато держать в руках эту дореволюционную книгу, от нее словно исходил какой-то опасный холодок… А еще – эта книга как будто хотела Надежде что-то сказать…
– Ну, теперь твоя душенька довольна? – насмешливым тоном проговорила мать.
– Неужели ты думаешь, что я стала бы ее искать, если бы не этот Квадратов, – принялась оправдываться Надежда. – Ему зачем-то приспичило найти эту книгу через столько лет! Просто с ножом к горлу пристал! Вынь да положь!
– Ну, он всегда был немного странный.
– А ты что, помнишь его?
– Ну, смутно… такой толстенький мальчик в очках.