Сокровище чародея
В это время на дорожке, ведущей к дому, появился жилец с четвертого этажа по имени Андрон со своей собачкой Люсей. Был он чрезвычайно рослым и широкоплечим, лет сорока, и значительную часть свободного времени проводил в спортзале.
За сорок лет Андрон не обзавелся ни женой, ни детьми и всю свою нежность и душевную теплоту вложил в крошечную собачку мексиканской породы чихуахуа. Дважды в день он выгуливал Люсю возле дома, при этом контраст его большого роста и внушительного телосложения и крошечной собачки производил на прохожих довольно комическое впечатление.
Андрон неторопливо и величественно шел по дорожке, Люся семенила перед ним. Вдруг она громко взлаяла, рванулась вперед, свернула с дорожки и влетела в кусты, как будто заметила там крысу или какое-то другое мелкое животное.
Но за кустами находилась не крыса. Там пряталась Надежда Николаевна Лебедева.
Собачка налетела на нее с истеричным лаем, и Надежда от неожиданности выскочила из своего убежища и оказалась на дорожке. Люся прыгала вокруг нее и заливалась лаем. Андрон удивленно смотрел на происходящее.
Человек с длинным лицом и подбитым глазом, сидевший за рулем пикапа, обратил внимание на необычный шум, выглянул из машины и, заметив Надежду Николаевну, тут же скомандовал своим подручным:
– Вон она! Взять ее! Быстро!
Двое парней в униформе телефонной компании бросились в указанном направлении и с двух сторон подскочили к Надежде, взяв ее в так называемую «коробочку».
Она увернулась от одного, пнула под коленку другого и почти увернулась от них. Ей немного помогла Люся, которая под шумок ухитрилась укусить одного из нападавших за щиколотку.
Бандиты, однако, оправились от неожиданности, отбросили собачку и снова с двух сторон атаковали Надежду Николаевну.
– Помогите! – крикнула Надежда Андрону, который безучастно стоял в стороне. – Мы же соседи… мы должны помогать друг другу…
Однако Андрон попятился и испуганно проговорил:
– Не знаю, что тут у вас за дела! Не знаю и знать не хочу! Люся, пойдем отсюда немедленно! Это явно неподходящая для тебя компания! Уходим домой…
Он попытался подхватить собачку на руки и унести подальше от поля боя, но героическая чихуахуа рвалась в бой с превосходящими силами противника.
Бандиты уже тащили Надежду в сторону пикапа, когда из подъезда выбежала Антонина Васильевна, вооруженная тем, что первое подвернулось ей под руку, а именно шваброй.
– А вот я вас сейчас! – закричала она, размахивая своим оружием.
Бандиты немного затормозили – больше от удивления, чем от испуга, и в это время под звуки сирены из-за угла вылетели две полицейские машины с мигалками.
Водитель пикапа торопливо включил зажигание и помчался прочь. Его подручных, а заодно Надежду, Антонину Васильевну и Андрона скрутили прибывшие оперативники.
Люся прыгала вокруг, пытаясь защитить хозяина.
Антонина Васильевна выдиралась, громко вереща:
– Отпустите меня! Отпустите немедленно! Это же я! Это я вас вызвала! Я – Антонина Васильевна!
Наконец ее узнал начальник опергруппы и скомандовал:
– Эту отпустить!
– И эту! – потребовала Антонина Васильевна, указав на Надежду. – А этих ни за что не отпускайте! Это они – те самые подозрительные лица! А главный их уже сбежал под шумок!
– А этого? – Старший оперативник показал на пыхтящего Андрона, которого держали двое бойцов.
– А этого… нужно еще подумать! – мстительно проговорила Надежда Николаевна.
– Замолвите за меня словечко! – взмолился Андрон. – Мы же с вами соседи… мы должны поддерживать друг друга… должны друг другу помогать…
– Ну не знаю… – Надежда незаметно подмигнула Антонине Васильевне. – Как-то вы плохо себя проявили…
– Вот собачка ваша правильно себе вела! – подтвердила Недреманное Око. – К ней у нас претензий нет!
Положение спасла верная Люся. Она налетела на полицейских с намерением перекусать всех, но отстоять хозяина.
– Такую собаку нам бы в полицию! – уважительно сказали полицейские и отпустили Андрона.
Пользуясь тем, что Антонина Васильевна занята разговорами с представителями правопорядка, Надежда под шумок проскочила в подъезд. Впрочем, Недреманное Око проводила ее подозрительным взглядом и решила, что непременно прояснит все вопросы. Не сейчас, так потом.
На следующий день была пятница, и Надежда решила, что это для нее последний шанс выяснить что-нибудь про лже-Квадратова. Она уверила себя, что гнусавый больше не станет караулить ее возле дома – побоится полиции, так что можно будет проскочить. Накануне вечером Сан Саныч задержался на работе, так что Надежда успела полчасика позаниматься с Димкой. В основном он радостно пересказывал ей свою беседу с учительницей Марьей Михайловной, которая приятно удивилась такому количеству решенных задач, похвалила Димку и сказала, что он, оказывается, не совсем пропащий.
У Димки хватило ума помалкивать и скромно опускать глаза. Контрольная должна была состояться сегодня, так что Надежда Николаевна больше ничем не могла страдальцу помочь, кроме как держать кулаки на удачу.
Накануне она достала шкатулку и вытащила из нее все бумажки, собранные в свое время тетей Линой. На первый взгляд там не было ничего интересного – старые квитанции, почему-то одна игральная карта с изображением дамы пик, этикетка на иностранном языке (не на английском, не на французском и не на немецком), список не то лекарств, не то каких-то химических веществ на латыни на старой, пожелтевшей бумаге с выцветшими чернилами.
Последней ей попалась фотография – любительская, черно-белая, размером девять на двенадцать, сделанная лет пятьдесят назад. Бумага кое-где помялась, а качество было настолько плохое, что Надежде пришлось взять лупу.
На фотографии были изображены пятеро мужчин – четверо молодые, возможно студенты, а с ними еще один, постарше, с бородой.
Судя по всему, снимок был сделан где-то в жарких странах. Скорее всего, где-то у нас в Азии. Одеты мужчины были легко, но было видно, что они не на отдыхе, а на работе. Раскопки? Или какое-то строительство? На всех брезентовые штаны, кирзовые сапоги, у самого старшего на голове – пробковый шлем. Сзади неверным почерком химическим карандашом было нацарапано несколько фамилий, слева направо: С. Семужкин, Р. Квадратов, И. Круглов, В. А. Иконников, К. Дорожко.
С трудом разобрав знакомую фамилию, Надежда долго рассматривала снимок. Судя по всему, Р. Квадратов – это отец Петьки. Ну да, она припомнила, как его дразнили Пи Эр Квадрат, то есть Петька по отчеству был Родионович.
Надежда изучила всех остальных, но взгляд зацепился только за Круглова. Что-то в его лице показалось ей знакомым. Густые волосы не прикрыты панамой, черты лица довольно правильные, осанка хорошая. Интересный парень, хоть и в простой поношенной одежде. А вот если его одеть в дорогое пальто, и волосы подстричь у хорошего парикмахера, то он будет очень похож на лже-Квадратова.
То есть на фотографии был изображен, конечно, не он, а его отец. Стало быть, Петькин отец и отец этого погибшего типа были знакомы. Может, даже дружили. Во всяком случае, пересекались.
Тогда становилось понятно, откуда этот лже-Квадратов так много знает про Петьку и Надежду. Вполне возможно, что он с Петькой пересекался в детстве. Теперь уж и не спросишь, оба мертвы. Но она, Надежда, просто обязана выяснить, в чем тут дело. Хотя бы ради Петьки.
Убедив себя, что она борется за правое дело, Надежда Николаевна решила, что сейчас самое время съездить на Косую линию Васильевского острова и посетить частную клинику, откуда лже-Квадратов писал ей в мессенджер. Тоже мне! Думал, что подстраховался и его нельзя идентифицировать. Да не родился еще на свет тот человек, который сумел бы переиграть Надежду Лебедеву! Она усмехнулась своим мыслям. Пока что ей нечем было гордиться…
«Не говори гоп, пока не перепрыгнешь!» – говорила в таких случаях ее бабушка. И несомненно, была права.
Одеться следовало поприличнее, в частной клинике за уборщицу себя не выдашь. Так что Надежда надела все то же синее пальто и взяла дорогую итальянскую сумку, подаренную в свое время дочерью. Она еще поругала ее тогда, что дорого небось, а дочка ответила, что на такую дату и подарок должен быть соответствующий.