Сокровище чародея

– Вот возьмите… – он положил пакет на стойку.
Надежда Николаевна ответила ему скучающим взглядом, взяла пакет и ушла, не поблагодарив.
Алка маялась в фойе. Надежда молча взяла у нее пальто и вышла, опомнившись только на улице от холода.
Черт, знала бы, что встретит тут злоумышленников, ни за что не надела бы это синее пальто. С другой стороны, у нее не магазин модных вещей! Единственное приличное дорогое пальто, раньше и его вполне хватало…
Очень собой недовольная, она махнула рукой подъехавшей маршрутке.
По пути домой Надежда Николаевна испытывала сложное чувство. Ей до смерти хотелось заглянуть в пакет, который передал гардеробщик, но в то же время она понимала, что делать это на людях опасно. Кто его знает, что лежит в этом пакете!
Так она и ехала, крепко прижимая к груди сумку с таинственным содержимым…
Выйдя из маршрутки, Надежда Николаевна устремилась к дому, но тем не менее обратила внимание на прикрепленную возле дворовой арки табличку: «Переплетная мастерская “Манускрипт”. Любые виды работ. Реставрация старинных книг и рукописей». Нарисованная красная стрелка указывала во двор.
Надежда отметила про себя, что почему-то прежде не замечала эту табличку, ведь она так бросается в глаза… Одно слово «манускрипт» чего стоит! Где его встретишь в наше время? Ну что ж, может быть, переплетная мастерская только что открылась… А что, полезная вещь…
Она взлетела по лестнице, вбежала в квартиру, закрыла за собой дверь и, даже не переодевшись, прямо в прихожей развязала шпагат и развернула пакет.
В первый момент Надежда Николаевна испытала легкое разочарование. Внутри пакета оказалась потертая книжка с выцветшими, пожелтевшими от времени страницами. Надежда включила свет и прочитала на обложке имя автора и название книги: «Станислав Подгорецкий. “Сокровище чародея”».
Она пролистнула несколько первых страниц… и поняла, что перед ней – та самая книга, которую она нашла в квартире у матери. Та самая книга, которую ей давным-давно дал почитать Петя Квадратов, ныне покойный. Даже дважды покойный – потому что настоящий Петя Квадратов погиб вместе с родителями много лет назад, а тот человек, который выдавал себя за него, умер на днях, а точнее, был убит на глазах Надежды.
Чтобы проверить догадку, Надежда Николаевна достала старинную книгу из своего самодельного тайника на лоджии, приложила к ней ту, что была в пакете…
Все точно. Обложка идеально подошла, и страницы были именно те, которых недоставало!
Надежда села за стол и прочла несколько страниц…
Время шло, и Лиза уже решила прекратить слежку за жильцом, поскольку никакого прока от нее не было. Но именно в этот день кое-что произошло, кое-что изменилось в распорядке Николая Савельича.
А именно – ему принесли письмо. Принесли утром, во время завтрака.
Николай Савельевич распечатал письмо, вскочил из-за стола и бросился в свою комнату.
– Сударь, вы не закончили завтрак! В моем доме так не принято! – крикнула ему вслед Ксения Борисовна, но жилец не обратил на ее слова внимания.
Лиза, которая к тому времени уже поела, тихонько выскользнула из-за стола, пока тетушка смотрела в другую сторону, выбралась в коридор и подкралась к комнате жильца.
Из-за двери тянуло дымом, как будто внутри кто-то курил. Хотя Лиза знала, что Николай Савельевич не курит, да и тетушка Ксения Борисовна строжайше запрещала курить в комнатах, опасаясь пожара.
Прошло не более трех минут, как жилец стремительно вышел в коридор, на ходу надевая пальто. Лиза едва успела спрятаться за тетушкин сундук.
Николай Савельевич запер дверь своей комнаты и вышел из дому.
Лизе не терпелось узнать, куда он направился, но не меньше того она интересовалась запахом дыма. Поэтому, едва жилец покинул дом, она проникла в его комнату.
Сделать это было нетрудно, поскольку у тетушки имелись ключи от всех комнат, и она за этими ключами не очень следила.
Проникнув в комнату, Лиза тут же поняла, откуда пахло дымом: на столе стояла тарелка, в которой догорал сложенный вчетверо лист почтовой бумаги. Несомненно, это было то самое письмо, которое жилец получил за завтраком.
 
Лиза схватила обгоревший листок, задула огонь и попыталась развернуть письмо… К сожалению, оно почти полностью сгорело, девочка смогла различить только несколько чудом уцелевших слов: «Известная вам тайна…», «…непременно сегодня до полудня…» и еще: «В доме Костровых…»
Слова «Известная вам тайна» заставили Лизино сердце биться от волнения. Она так и думала, что Николай Савельевич хранит какую-то тайну! Скорее всего, тайну пиратского сокровища, как в той английской книжке!
Про дом Костровых тоже все было понятно – наверняка имелся в виду удивительно красивый особняк графов Костровых, расположенный совсем недалеко от тетушкиного домика.
И наконец, «непременно сегодня до полудня» наверняка обозначало время, назначенное неизвестными людьми Николаю Савельевичу. Вот, значит, куда он так заторопился.
Лиза тихонько выскользнула из комнаты, закрыла дверь на ключ, надела теплый капор и новую пелеринку и незаметно ушла из дому, пока тетушка занималась хозяйственными хлопотами.
Николай Савельевич опередил Лизу не меньше чем на четверть часа, однако она ничуть не огорчилась: девочка как свои пять пальцев знала все переулки и проходные дворы Коломны и очень быстро добралась до особняка Костровых.
Она подошла как раз вовремя, чтобы увидеть, как с другой стороны к тому же особняку подходит Николай Савельевич. Однако тетушкин жилец подошел не к главному крыльцу, а к неприметной боковой двери.
Должно быть, у Костровых его ожидали, потому что эта дверь тут же открылась, выглянула молоденькая горничная и поманила Николая Савельевича. Тот опасливо огляделся по сторонам и скрылся в особняке.
Лиза задумалась, как бы тоже пробраться внутрь.
В эту минуту к той же двери подошла румяная девушка немногим старше Лизы, с корзинкой в руке и кувшином на плече. Должно быть, это была прислуга, вернувшаяся с рынка.
Девушка замешкалась перед дверью и поставила кувшин на землю, чтобы открыть дверь.
Лиза тут же подскочила к ней и проговорила:
– Помочь?
– А ты кто такая?
– А я новенькая, меня только сегодня наняли.
– Кто – Марфа Саввична?
– Она самая! Ух и строга!
– Что есть, то есть… ну, коли так, бери кувшин.
Лиза ловко подхватила кувшин и вместе с прислугой вошла в дом.
Они оставили покупки на кухне, и Лиза тут же незаметно проскользнула на господскую половину.
Она проходила по анфиладе комнат, стараясь не попадаться никому на глаза, как вдруг услышала приближающиеся шаги.
Лиза юркнула за бархатную портьеру и едва не вскрикнула от испуга: рядом с ней сидела в кресле очень красивая женщина в пышном бархатном платье.
– Ох, извините, сударыня… – пролепетала Лиза, попятившись. – Я заблудилась… мне Марфа Саввична велела отнести в комнаты… велела отнести…
Она не успела придумать, что ей велела отнести строгая Марфа Саввична, и замялась. Однако незнакомка в кресле никак не показала своего к ней отношения, и вообще не шелохнулась.
«Спит она, что ли?» – подумала Лиза.
Однако глаза странной женщины были широко открыты, она смотрела прямо на Лизу – но как будто не замечала ее.
– Что с вами, сударыня? – испуганно пролепетала Лиза.
Женщина молчала и не шевелилась. Больше того – Лиза не заметила, чтобы она хоть раз моргнула, она, кажется, даже не дышала.
Лиза сделала маленький шажок вперед и дотронулась пальцем до руки незнакомки…
И снова та не шелохнулась.
А рука ее была холодной и гладкой, как… как у статуи.
Сперва Лиза подумала, что незнакомка мертва, и очень испугалась, но потом вспомнила, как тетушка водила ее в Апраксин двор покупать новые ботинки.
Там, в окнах больших магазинов, стояли нарядно одетые дамы, совсем как живые. Но не живые – тетушка объяснила Лизе, что это манекены, сделанные из гуттаперчи и воска и предназначенные для того, чтобы представлять публике модные платья.