Чумная Полли и маскарад (СИ)
Эван спешно читал присланную вечером папку. Ник Деррик что-то писал в своем блокноте, Роб Янг спал, вздрагивая лишь на коротких остановка, и тогда его взгляд заинтересованно останавливался на привезенных незадолго до отправления поезда пакетах, лежавших на купейном диване. Что там было — в бумажной упаковке размером с книгу и втором в виде цилиндра, — он не знал, но явно что-то важное. Ник тоже иногда косился на пакеты, но молчал — знал, что Роб не выдержит первым и все же спросит.
В соседнем купе, где ехали секретарь Эвана и слуги троицы, было тихо. Кажется, они спали.
Эван наконец дочитал бумаги, сжег их магией и выкинул пепел в приоткрытую дверь купе. Ночной ветер подхватил их, развеивая где-то над Брайдширом.
Эван сел обратно на диван, достал часы из кармана жилета и нахмурился. Роб тут же ожил, выпрямляясь и безапелляционно заявляя:
— Не нагонит время.
Ник отложил в сторону свою блокнот:
— Ничего страшного, если прибудем в Аквилиту даже на час позже. Ночной поезд не пользуется популярностью, все предпочитают добираться на дневном — он и удобнее со спальными местами, и приходит как раз к самому разгару веселья. — Ник был знатоком Аквилиты, это будет его уже четвертый Вечный карнавал.
— Нагоним, — возразил Эван. — Уже четверть часа нагнали. Сократят стоянку у Серой долины — это еще четверть часа, и полным ходом через долину — максимум поезд опоздает на 10–15 минут.
— Полицейское управление все компенсирует? — усмехнулся понятливо Роб.
Эван качнул головой:
— Игнисы всегда сами платят по своим долгам — все возникшие неустойки оплачу из своего кармана.
Роб выгнул бровь и вновь уткнулся взглядом в пакеты:
— Это должно быть что-то удивительно важное, раз поезд настолько задержали.
— Важное, — согласился Эван.
— И что там? — улыбнулся Роб, пока Ник терпеливо ждал — его приняли в тесный круг друзей совсем недавно по меркам Тальмы, и он до сих пор пытался сдерживать порывы, не зная границ дозволенного.
Эван пожал плечами:
— Не имею ни малейшего понятия. Виктория попросила привезти. Поттер лично упаковывал.
— Вот как… — неожиданно серьезно сказал Ник. Отношений между Ренар и Эваном он откровенно не понимал. С одной стороны, Эван однозначно любил свою невесту, с другой… Он ничего не предпринимал, чтобы это показать той самой Ренар. А девушки бывают недогадливыми, даже если служат в полиции и рвутся на место детектива.
Роб простонал:
— О, небеса… Вики!
— Виктория, — поправил Роба Эван.
Янг скривился и тут же вздохнул:
— Виктория попросила, и верный рыцарь Хейг бросился ей на помощь. Только, рыцарь… Все это похвально, но… Ответь мне, сколько лет еще пройдет, прежде чем ты научишься хотя бы с друзьями называть её как-то иначе? Я уж молчу про прямо в глаза — мне кажется, что ты боишься, что твои аристократические предки в гробах перевернутся, если ты позволишь себе чуточку лишнего в общении до свадьбы…
— Роб, прекрати, — твердо сказал Эван, но с Робом это не срабатывало — они знали друг друга со школьной скамьи.
Он тихо принялся подсказывать:
— Вик… Тори… Вики… Ники…
— Это еще почему? — вмешался Ник, не находя связи с собственным именем. Он убрал ручку в футляр, отправляя его в свой саквояж.
— Просто так, потому что Виктория — победа, а Ника — тоже.
— Роб, пожалуйста… — просьба Эвана была проигнорирована — Роб продолжил:
— Лисенок. Бельчонок. Рыбка моя… — Роб замер, и в дело неожиданно включился Ник, подсказывая:
— Тыквочка. — Его предложение заставило Эвана кашлять.
Роб хмыкнул и ткнул в Ника указательным пальцем:
— Засчитано! Медок. Сахарок. Зефирка…
— Конфетка… — Ник замешкался, и Роб продолжил:
— Шоколадка…
— Тебя занесло куда-то не туда. — не выдержал Эван, а Ник еле сдержал улыбку.
— Согласен, — качнул головой Роб. Ник пришел ему на помощь, исправляя ситуацию:
— Девочка моя…
— Милая, любимая, ненаглядная… Совершенство мое, любовь моя…
— Свет души…
Эван чуть громче, чем обычно, сказал:
— Я понял — вы так долго можете продолжать.
Роб хмыкнул:
— Хоть до самой Аквилиты.
— Хоть до самой встречи с Вик. — подтвердил Ник и, вырвав из блокнота листок, протянул его Эвану: — держи.
— Что это? — Эван пробежался глазами по пунктам: — каталь на площади Танцующих струй. Серенада в Золотых островах. Завтрак в рыбацком порту. Мост Сокрушителя и Плачущий лес. Танцующие деревья и поцелуй на мосту князей. Гм…
Ник пояснил:
— Это список обязательных мест для влюбленных пар. То, что нужно сделать совершенно точно. Эван… Ты большой мальчик, я знаю — ты справишься.
Эван криво улыбнулся, отворачиваясь в сторону, а Роб хмыкнул:
— Только не это! Ник, запомни навсегда — никогда! Никогда при Эване не говори, что он большой мальчик. У него это больной пунктик.
— Роб… — начал было Эван, но друг его оборвал:
— Ник, ты с нами хоть и давно, но чаша сия тебя миновала, а вот я… Я до сих пор вздрагиваю, как вспоминаю… — строгим голосом, чем-то похожим на голос Эвана, он начал: — «Роб, ей тринадцать. Что лучше ей подарить: куклу, набор для рисования или ювелирное украшение? Рооооб, ей четырнадцать. Если я позову её на прогулку в Аллонский парк в компании моих кузин это будет выглядеть пристойно или лучше позвать мою тетушку, графиню Эйлиш? Роб, ей пятнадцать, как ты думаешь, я могу прийти на её детский бал или дождаться её выхода в свет?» — уже своим голосом он выругался: — Сокрушитель, какой свет и бал! Она уже с отцом с одного места преступления на другое сигала! — И снова строго: — «Роооб, ей шестнадцать. Я могу станцевать с ней три танца, я же её жених, или еще слишком рано, она же ребенок почти?»… Этот ребенок к тому времени помог задержать Артуру Ренару маньяка из предместий Олдона. «Роооб…»
Эван замер со странной усмешкой на лице — то ли возмущен, то ли стыдится…
—…«Роооооб, ей семнадцать, она еще такое дитя… Ведь дитя, да? Рооооб, ей восемнадцать… Представляешь? Ей восемнадцать…». И вот тогда случилась катастрофа, Ник. Его пригласили на её день рождения, как всегда. Кругом её подружки, друзья, поклонники… Ей же восемнадцать. Она сокрушительно богата и вокруг неё полным-полно хлыщей, готовых ей подыграть… За некоторыми принцессами меньше приданого дают, чем за нашу Викторию Ренар… И вот эти хлыщи стали напоминать о возрасте Эвана, а тот вместо того, чтобы перебить этих наглых щенков на дуэлях… Взял и поверил.
— Кхх… — Эван кашлянул, пытаясь заставить Роба замолчать.
Ник виновато посмотрел на Эвана, но тот продолжал улыбаться, Роб же пер дальше, не собираясь останавливаться:
— И вот тогда Эван понял, что ей восемнадцать, а ему стукнул тридцатник. И он не вписывается в её круг общения. Только с чего он взял, что те хлыщи и подружки, играющие в жмурки и прятки, и есть её компания, я искренне не понимаю.
— Это тогда вы так напились, что понадобилась моя помощь? — осторожно уточнил Ник. Кризис тридцати лет у Эвана он помнил — сперва унимал у них с Робом похмелье, потом три дня с ними же напивался, потом опять пытался лечить, а потом вдруг понял, что из дальних знакомых оказался в кругу друзей Эвана.
— Именно, — подтвердил Роб. — И с тех пор фраза о возрасте вызывает в Эване зубовный скрежет — он якобы стареет, а Вики только-только повзрослела.
Эван спокойно пожал плечами:
— Но все именно так и есть. Мне тридцать три, Виктории всего двадцать. У нас разный круг общения…
— Да один он у вас! Дно Олфинбурга, и ничего более! — чуть громче, чем нужно сказал Роб. — Одна надежда на Аквилиту.
Он забрал список Ника из рук Эвана:
— Так, надо посмотреть, что выбрать первым. Как тебе завтрак в порту, Эван? Как раз приедем к утру.
— На утро у меня другие планы. — озвучивать их Эван не стал, и Роб продолжил:
— Впрочем, Ник, ты точно уверен, что порт, полный пьяных рыбаков, это то, что нужно влюбленным, чтобы стать ближе?