Развод и прочие пакости (СИ)

Ира ждала меня на улице. То есть она, конечно, делала вид, будто читает что-то в телефоне, но слишком уж быстро убрала его, когда я вышел на крыльцо.
- Феликс, ты домой? – спросила, глубоко засунув руки в карманы и насупившись.
- Что, - не удержался я, хотя губы так и норовили расползтись в улыбку, - свободных машин нет поблизости?
- Есть, - буркнула она, - в двух минутах. Я хотела извиниться. За вчерашнее.
 Глава 25 
- Садись, - я снял сигналку и положил футляр в багажник, где оборудовал под него специальное гнездо.
- Это было не слишком красиво, - сказала Ира, когда я сел за руль. – С моей стороны. Но, если честно, я растерялась. А теперь получилось, что тебе из-за меня прилетело. От Маркова.
- Ира, по большому счету, я подставился сам. Еще когда сел с тобой в самолете. А уж когда согласился играть дуэт – и подавно. Давай проясним один момент, - я высмотрел просвет и выехал со стоянки. – Нас с тобой, конечно, уже стопицот раз в постель уложили, но…
- Я помню, - перебила она, поморщившись. – Ты не один. Я как бы на место рядом с тобой не претендую.
- Я не об этом, Ира. Не один, да. Но…
Черт, она сбила меня с мысли, и я теперь никак не мог сообразить, о чем хотел сказать. Ира, похоже, это поняла и продолжила сама.
- Понимаешь, Фил, я никогда не дружила с мужчинами. Я просто не умею с ними дружить. Мне вообще казалось, что это невозможно, потому что все равно рано или поздно скатится в… совсем другие отношения.
- Ира, - я остановился на светофоре и посмотрел на нее. – Если честно, я устал от тонкой дипломатии. Мне ее дома хватает. Возможно, это прозвучит грубо, но… чего ты хочешь?
Прозвучало и правда грубо. Почти как «какого хрена тебе от меня надо, курица?»
Теперь замолчала, потеряв мысль, она, и мне стало стыдно. Просто жутко стыдно. Обругал себя крепко и попытался исправить свой факап:
- Слушай, Ир, у нас очень хорошо получилось на сцене играть поддатых друганов в баре. Думаю, в этом образе нам и стоит держаться. Тогда будет легко и без всяких лишних мыслей. Никому не нужных. Ни тебе, ни мне.
- Да, наверно, - она улыбнулась бледно. – Ой, зеленый, поехали. Знаешь, «легко» - это, наверно, ключевое слово. Мне с самого начала с тобой было именно легко. Не надо думать, как правильно фразу построить, какое лицо сделать. А кстати, ты видел наше выступление в телеге?
- В телеге? – удивился я.
- Ну в чате оркестра. Кто-то снял вчера и выложил. Думаю, Антон еще из-за этого взбесился. Хотя он сам на концерте все видел.
В чате меня не было. Что-то такое смутно вспомнилось, кто-то говорил. Карташов? Или Игорь Стрельников из нашей группы? Я тогда пропустил мимо ушей, потому что не любил все эти общие чаты – хоть домовые, хоть рабочие. А телеграма у меня вообще не было.
- Скинь в воцап, - попросил я.
Мы заговорили о вчерашнем выступлении и о сегодняшнем концерте, из которого меня вышвырнули. Ира на нем должна была играть свой коронный «Лабиринт». Я рассказал, как играл в консе Дворжака – соло с оркестром.
- Ира, это было такое позорище!
- Почему? – удивилась она. - Так плохо получилось?
- Нет, получилось-то как раз хорошо. Но когда посмотрел запись, стало дурно. Я собезьянил манеру игры одного парня из Королевской академии, тоже с записи. Он так переживательно играл. Почему-то казалось, что это очень чувственно и эмоционально. Ну, может, у него так и было. А у меня выглядело, как будто собрался трахнуть виолончель, но не знаю, с какого бока к ней подступиться. И готов от досады расплакаться.
- Фил! – Ира расхохоталась до слез. – А я ведь вспомнила! Ты на четвертом курсе тогда учился, да? А я на первом. И на концерте этом была. Фамилию твою не запомнила, конечно, что играл – тоже. А вот как ты кривлялся – да. Мы с девками жутко смеялись тогда. У тебя еще прическа такая стремная была, длинные волосы какими-то перьями.
- Ну не совсем длинные, но и не короткие, да. Что-то в духе битлов, наверно.
  
Вот, казалось бы, не самый приятный эпизод, но он неожиданно вернул ту легкость, о которой мы говорили. Ушло напряжение от попытки что-то выяснить и сформулировать. Довез ее до дома, приехал к себе. Прибрал в квартире, позвонил маме, потом, немного поколебавшись, Лике. Она сказала, что идет вечером с Арией в театр, позвонит завтра. И я поймал себя на том, что даже рад этому. Потому что разговор откладывался.
Громов, ты трус, признай уже.
Да нет, не в этом дело. Тяжело причинять человеку боль. Из всех моих отношений после Оли эти были самыми длительными и, пожалуй, глубокими. Я ведь всерьез думал, что у нас получится. Несмотря ни на что. Ну да, мы слишком разные, на многое смотрим едва ли не противоположно, но ведь противоположности притягиваются, не так ли? Закон физики.
В физике, может, и да. А вот в любви… Интерес вызывают, но быть рядом хочется с тем, кто тебя понимает. И кого понимаешь ты. Как было с Олей. Но с ней у нас не вышло. Кто в этом виноват? Наверно, оба.
Пискнул телефон – в воцап пришло сообщение от Иры. Я открыл вложенное видео нашего вчерашнего выступления, прослушал до конца. Получилось хорошо. Да что там, очень хорошо получилось. Но это точно была не эротика. Я видел запись известного хорватского виолончелиста Степана Хаусера и скрипачки Кэролайн Кэмпбелл. Вот там Монти реально был про секс. Очень горячо.
И вдруг неожиданно стало грустно. Немного, но грустно. Хотя я сам сегодня сказал, что нам лучше придерживаться вот такого ключа – легких приятельских и рабочих отношений, потому что большее никому не нужно.
Правда не нужно?..
Волевым усилием я заставил себя прекратить рефлексии. Работать, работать и еще раз работать. Достал пачку нот к следующему концерту, отобрал те, которые надо было сдать Карташову, проиграл каждую вещь по три раза. А потом вдруг сделал то, чего делать точно не собирался. Нашел в шкафу ноты «Рэгтайма» Скотта Джоплина, который играли с Олей, сфотографировал и отправил Ире с припиской:
«Посмотри. Если вдруг снова позовут, можем сыграть».
СЛЕДУЮЩАЯ ПРОДА В ЧЕТВЕРГ ВЕЧЕРОМ
5 сентября скидка 20% на книгу "Поцелуй Ледяной розы"
https:// /shrt/t2DR
 Глава 26 
Для разрыва нужен повод. Даже если накопилась критическая масса. Казалось бы, чего проще?
Лика, извини, у нас не получилось.
Но трудно сказать это ни с того ни с сего человеку, который тебе улыбается. Она словно почувствовала, что мы подошли к краю. А может, поняла, что я соврал насчет ключей – что не заходил на кухню. Так или иначе, стала вдруг нетипично нежной и ласковой. Спровоцировать ссору? Но это было как-то… низко. И так тот, кто разрывает отношения, по умолчанию негодяй. Не хотелось усугублять.
Неизвестно, сколько бы все тянулось, если бы не влезла Ария.
Она позвонила сказать, что разговаривала с мамой насчет круиза по Волге. Та, в принципе, не отказывалась, но хотела бы, чтобы кто-то из нас поехал с ней.
- Ариш, пока не могу ничего загадывать, - ответил я с сомнением. – У меня с отпуском все сложно. И с Ликой тоже.
- Я могу. Поскольку заграница ёк, поедем с Витькой на две недели в Анапу в августе. А на вторые две с мамой. Засада в денежке.
- Денежку подкину, не вопрос.
- Надо сейчас, чтобы путевку заранее выкупить.
- Сейчас и подкину. Сколько?
Озвученная сумма заставила крякнуть и вспомнить знаменитое «однако». Но давать задний ход было как-то не того. Придется поскрести по сусекам.
- Послушай, Фил…
Я прикидывал свои финансовые возможности и не сразу почуял, откуда ветер дует. А когда понял, было уже поздно.
- Насчет Лики… - осторожно начала она, словно пробуя пальцем температуру воды.
- Систер, не влезай – убьет, - попросил я. – Да, все сложно, но разберемся. Сами.