Последняя петля. Книга 10. Большой взрыв

– Нам не туда, – Садон, словно специально дав мне увидеть старую знакомую, ухватил меня за плечо и повернул в сторону другой машины.
Я резко обернулся, но Асси уже не было. Ну, конечно, как и следовало ожидать, мой старый знакомый не собирался завязывать со своими играми.
– Я по делу, – я резко остановился. Раз Садон на меня давит, то почему бы не дать ему отпор.
– Кто бы сомневался. Вот сделаешь иногда доброе дело, а потом приходится расплачиваться, – отмахнулся вели, отвечая немного невпопад.
– Что ты имеешь в виду? – Ами тоже включилась в разговор.
– Вы еще не поняли? – Садон хмыкнул. – Это был я, кто привел ваш флот на линию движения одной из наших диверсионных групп, возвращающихся с задания. И я приказал вас расстрелять, чтобы ваши тела хоть немного адаптировались к аномалии, и в галактике зи-илотов вы смогли хоть что-то собой представлять. Ну что, скажете, не доброе дело? И чем мне отплатили? Вместо того, чтобы пустить эту силу против наших общих врагов, устроили охоту на меня.
Пока Садон болтал, вокруг нас поставили несколько стульев и столик с напитками. Суровая аскетичность, которой все, казалось, дышало в Маленькой Москве, исчезла, словно ее и не было. А еще я обратил внимание на слова вели. Диверсионные группы… Это он про отряд Валентина, который в этой петле расправился с лидером Чибеком, но вот в следующей все уже немного изменится. Ну и, конечно, доброе дело… Надо же, я ведь уже рассматривал версию, что темпоральная аномалия подготовила наш флот к дибби-хатам. Но, как оказалось, тут еще и Садон Трак приложил свою руку. Кстати, вмешательство «серых» я тоже рассматривал. Я и Ами…
– Не охоту! – я покачал головой. – Мы пришли сказать спасибо и попросить поделиться информацией. Ты ведь не просто так устроил тут военную базу и рассылаешь отряды боевиков по соседним галактикам. Расскажи нам, что тут творится, и, возможно, дальше мы сможем действовать уже вместе. Вспомни, когда мы воевали и соперничали в тот раз, ни один не смог добиться успеха. Но когда мы заключили союз…
– О да, я увел у тебя «Пылающую длань», – хмыкнул Садон, и я с трудом сдержался, чтобы ему не врезать. Кажется, за эти десять лет я начал забывать, как же тяжело общаться с этим типом. И он, судя по всему, тоже что-то вспомнил. – Я ведь правильно понял, Мак, ты уже что-то знаешь? И будешь проверять все, что я расскажу? Неплохо. И даже интересно. Поймаешь меня на лжи три раза, дам встретиться с твоей Асси. Нет – заберу вон ту ее двойняшку.
Садон показал на Хасси, которая сидела с каменным лицом.
– Да как ты смеешь! – Бен вскочил на ноги. Кажется, на новой должности глава «серых» научился выводить людей из себя. Вон даже барона зацепил.
– Что ж, жаль, что разговора не получилось. Мы уходим, – я поднялся со стула. Я действительно был готов покинуть место переговоров, и Садон это понял. Да, когда угрожаешь, надо быть всегда готовым идти до конца, иначе убедить в своих намерениях тебе удастся разве что первоклассника.
– Садись, – вели нахмурился и тоже встал. – Ты же понимаешь, что пока мы не определим наши отношения, я не смогу отпустить вас живыми.
– Сможешь или не сможешь, это еще не факт, – я пожал плечами, и глаз Садона еле заметно дернулся. Кажется, теперь я смог его достать, правда, пока так и не понял чем. Вряд ли просто угрозой сражения.
– Хорошо, – вели резко расслабился. – Садись, я введу вас в курс дела. И да, мое предложение сыграть остается в силе. За мою резкость со своей стороны можешь уже ничего не ставить. Пусть это будет моим подарком как хозяина этого места.
Какое-то время мы играли с Садоном в молчаливые гляделки. Да, я видел, что он уступил мне ход, а он понял, что я согласился принять ставки. Но в схватке лидеров, пусть даже в форме переговоров, не должно быть поспешных действий.
– Что ж, – следующее слово было за мной, и я озвучил свое решение, выдержав паузу. – Я согласен. Тем более что, как ты говоришь, у нас общие враги.
– Ну что, присядем? – любезно напомнил Садон, и я кивнул в ответ.
 
Кажется, в этот момент расслабились все, даже молчаливые «серые» из свиты моего давнего знакомого. Однако, мельком глянув на Ами и Хасси, а также Старого Бена, я увидел, как внимательно они переводят взгляды с меня на Садона и наоборот. Заметить это было непросто – для неопытного наблюдателя мои друзья выглядели отрешенными и спокойными.
– Итак, я начну с самого главного, – вели будто бы просканировал нас своими яркими изумрудными глазами. – Как вы уже знаете, наши старые знакомые дибби-хаты решили взять реванш и выбрали на сей раз своей стартовой точкой Гармонию зи-илотов.
– Да, мы в курсе, – кивнул я.
– О, как серьезно ты подошел к делу, Мак, – осклабился Садон. – Смотрю, уже начал проверять меня… Но спешу тебя успокоить, в настолько банальных вещах я тебя обманывать не собираюсь. Все же, пусть и без приза, но я хочу победить.
– Вот и посмотрим, – я спокойно вернул шпильку своему собеседнику. – Кстати, ты можешь продолжить.
Вели улыбнулся, тем самым отметив, что ему нравится такая беседа, и пошел дальше, не превращая наш разговор в затянувшуюся пикировку.
– Вы наверняка уже близко познакомились с нашими конусоголовыми соседями, – принялся рассказывать он. – Уверен, они смогли удивить вас своим трепетным отношением к истории. Но это не единственный их, скажем так, пунктик. По своей сути они самые настоящие расисты, так как не допускают до серьезных дел ни одного, даже самого башковитого аборигена с присоединенных ими к Гармонии планет. Ты встречался с руканами, Мак? Эти ребята пробавляются всякой ерундой вроде цирковых представлений и содержанием баров, но они инженеры из высшей лиги. Ты знал, например, что все эти «Надежды» и «Веры» – творения руканов?
Я отрицательно покачал головой. Вряд ли Садон будет врать в таком случае, здесь для него нет никакой выгоды.
– Разумеется, все организационные вопросы были на плечах зи-илотов, – продолжил вели. – Собственно, и сейчас так. А те же трудолюбивые руканы составляют костяк инженерного корпуса любой галактической станции. Кроме циркачей и барменов, конечно же. Так вот, Мак, зи-илоты придумали настоящую империю, построенную на уверенности в будущем. А так как они через петли способны просчитывать вероятности, то и расставляют все подконтрольные расы по полочкам. Кто-то выше, для него доступно больше возможностей, кто-то ниже. Например, двакроны – хорошие летуны, значит, будут пушечным мясом на истребителях…
– А как же свои? – перебил я Садона, вспомнив своего незадачливого приятеля. – Среди зи-илотов тоже есть пилоты москитного флота.
– Возражаешь, значит, не веришь… – улыбнулся Садон. – Тогда один-ноль в мою пользу, Мак. Я же сказал, что чем ты выше, тем больше возможностей. Грязные расы живут в жестких ограничениях, сами же зи-илоты при желании могут позволить себе опуститься на их уровень, но именно по желанию. Ты же понимаешь разницу между отсутствием выбора и его наличием? История, по словам конусоголовых, определила их судьбу, и Гармония, которую они создают, нацелена прежде всего на то, чтобы эту историю поддерживать. Их историю!
– Их власть распространяется на всю галактику? – уточнил я, принимая изменившийся счет. Больше я так торопиться не буду.
– Да, – кивнул мой собеседник. – Гармония зи-илотов – это огромная сила, с которой придется считаться любому в нашем секторе вселенной. И если бы не раскол в их рядах… Да, он несет с собой большую опасность для всех нас, но в то же время и открывает интересные возможности.
Я внимательно слушал зеленоглазого вели и сопоставлял его слова с теми фактами, которые были известны мне. И что-то не получалось у меня связать могущество зи-илотов, например, с искренним нежеланием идти на конфликт красного лидера Акатцу, когда я чуть было не объявил войну Гармонии во время нашей стычки на «Надежде-02». Впрочем, с другой стороны, это вполне объяснялось тактическими соображениями, а не стратегическими – все-таки это случилось аккурат перед вторжением дибби-хатов. Любой правитель накануне жестокой бойни не стал бы открывать второй фронт. А вот что было гораздо интереснее – это слова про раскол. Я помнил, как после переноса во времени с браслетом я столкнулся с желтым лидером Чибеком, и тот, считая, что я нахожусь вне своей петли времени, проговорился о чем-то подобном.