Жестокая жара
Она развернулась лицом к детективам и Руку, сидевшим перед доской. Несмотря на воскресный день, все сотрудники явились в участок, и никто не жаловался на испорченный выходной. Они пришли не только по обязанности; казалось, детективам придавало энергии то, что это дело так много значило для Никки. Некоторые даже купили еды по дороге в участок. Пакеты из-под бейглов и печенья и коробки с салатами стояли сзади, на столе единственного отсутствующего детектива — Шерон Гинсбург. В нарушение правил она выключила свой телефон. Хит постучала по доске маркером.
— Нужно постоянно задавать себе эти вопросы, понятно? Если мы найдем ответы на них, то решим нашу задачу.
Люди внимательно слушали, но взгляды их были прикованы к красноречивым фотографиям, привезенным Никки. На левой доске был прикреплен новый портрет неизвестной женщины в чемодане, теперь — Николь Бернарден. Рядом, на правой доске — фото чемодана матери Никки с инициалами, нацарапанными маленькой девочкой, и увеличенный снимок Николь и Синтии, сделанный сорок лет назад, на эспланаде. На детективов произвела впечатление не только очевидная связь между двумя убийствами, о которой свидетельствовало фото. При виде поразительного сходства молодой Синтии Троуп Хит с их начальницей они окончательно поняли, как много сейчас поставлено на карту.
— Всем вам уже известно о том, что мы обнаружили в Бостоне, — начала Хит. — Вы знаете, что в доме убитой был проведен обыск, а все улики, скорее всего, уничтожены. Исчезли документы, ноутбук, даже содержимое почтового ящика. Следы обыска в квартирах моей матери, а теперь и Николь Бернарден говорят о том, что это, — она указала на правую Доску Убийств, — была не просто неудавшаяся квартирная кража. Кто-то искал в обоих домах что-то очень важное.
Феллер поднял руку.
— Значит, можно принять, что это был один и тот же человек?
— Мы ничего не принимаем без доказательств. И ни в чем не можем быть твердо уверены. Пока. Мы также не знаем, действовал ли в обоих случаях один и тот же преступник. Все, что у нас есть, — это способ убийства.
Рук вмешался:
— У меня идея. Николь была француженкой. А вдруг это международные воры, которые ищут половинки карты, где показано расположение тайника с сокровищами?
— О. Как в «Розовой пантере», — с бесстрастным лицом отозвался Малькольм.
Рук хотел было сказать «да», но заметил выражение лиц детективов.
— Все-все. Это было только предположение.
Никки продолжила:
— Отметим, что все чемоданы Николь, по-видимому, на месте, так же как и ножи в деревянной подставке. Я отправила группу патрульных офицеров опрашивать соседей и полицию парка на предмет необычной деятельности или незнакомых автомобилей. Нам предстоит другая работа.
Она начала писать на Доске Николь список заданий и рядом с каждым ставила инициалы детектива, которому было поручено дело.
— Детектив Каньеро, мне нужно узнать больше о ее личной жизни. Все как обычно: мужчины, жалобы на преследования, судебные запреты, семейные ссоры. Если возникнут проблемы с официальными документами, загляни к ее парикмахерше. Ты будешь удивлен.
— Возможно, ты даже узнаешь, что можно сделать со своей плешью, — вставил Рейнольдс. — А то она так сверкает, что я скоро ослепну.
— Рейнольдс, ты снова свяжешься с местными спортивными клубами и клубами бегунов. Теперь у тебя есть имя. Также проверь сайты знакомств в Интернете. Возможно, она была зарегистрирована на каком-то из них, назначала свидания. Загляни в высококлассные брачные агентства. Работающая женщина, скорее всего, обратилась бы туда.
— Кстати, а что нам известно о ее работе? — заговорил детектив Малькольм.
— Судя по бланкам и визитным карточкам, обнаруженным в доме, она занималась собственным бизнесом — подбором персонала, — Хит взяла карточку и прочла вслух: — «Группа НЭБ. Конфиденциальный поиск квалифицированного персонала для предприятий и учреждений по всему миру». НЭБ — это ее инициалы.
— Адрес? — спросил Раймер.
— Коммерческий почтовый ящик. Офиса, судя по всему, у нее не было. Телефон с кодом восемьсот восемьдесят восемь, бесплатный вызов. Я попросила проверить его и другие ее номера. Если в ее доме и был городской телефон, его забрали. И как вы помните, мобильного у нее не обнаружено.
— Не было мобильного телефона? — удивился Рук. — Похоже, мы переносимся в век наскальной живописи и медицинских пиявок.
Хит прикрепила на доску визитную карточку.
— У нее был свой сайт, но это всего одна страница с уже известной нам информацией плюс строчка: «Рекомендации и справки по требованию».
Таррелл заметил:
— Похоже на прикрытие или домашний бизнес.
— Тэрри, ты этим займешься. Надевай свою корону медиакороля и покопайся в Интернете; выясни, каких топ-менеджеров она подбирала, какие у нее рекомендации, и так далее. — Он кивнул и записал задание в блокноте. — Детектив Феллер, твое дело — поиски ее идентификационного номера налогоплательщика в налоговой службе штата и федеральной службе. Тогда мы узнаем, был ли у нее бухгалтер.
— И если номер и бухгалтер найдутся, я буду, так сказать «следовать за деньгами». [41]
— Используй навыки ищейки. Смотри все банковские счета, сейфовые ячейки, кредитные карты, кредитную историю и так далее. Детектив Малькольм, у вас есть костюм?
— Костюм Адама — да, — поддел его напарник Рейнольдс.
— Неважно, — сказала Хит. — Николь Бернарден была гражданкой Франции. Прогуляйся через Центральный парк, навести французское консульство, если они сегодня открыты. Вдруг они что-нибудь о ней знают. И еще позвони во французское консульство в Бостоне, — она указала на фото, сделанное на эспланаде. — Они спонсировали эту культурную программу. Возможно, Николь с тех пор поддерживала с ними контакт. Выясни это.
Журналист поднял руку.
— У меня есть мысль.
— Послушаем, — сказала Никки.
— Ее ноутбук унесли, верно?
— А также внешний жесткий диск и флэшки.
— Понятно, — ответил он. — Лично я, когда путешествую с ноутбуком, всегда сохраняю резервные копии, либо посылаю документы себе по почте, либо пользуюсь сейфом нового поколения — отправляю все на онлайн-хранилище типа «Dropbox».
— А это неплохая мысль, — сказала Хит.
— Уже вторая за сегодня, — подчеркнул Рук.
— Я же говорил вам, этот человек обладает силой! — воскликнул Каньеро. — Силой тараканьей крови!
— Детектив Раймер, — продолжала Никки. — Как только мы закончим совещание, отправляйся в отдел ИТ, вежливо постучись и спроси, нет ли у них фанатов «Теории Большого взрыва», [42]которые могли бы проверить, пользовалась ли Николь виртуальными хранилищами.
Детектив-южанин, оправдывая свое прозвище «Опи», спросил с тягучим акцентом:
— Ничего, если я наведу там шорох в воскресенье?
— В воскресенье даже лучше, — ответила Хит. — Они сразу поймут, насколько это важно.
После ужина они приехали домой к Хит и обнаружили, что лифт по-прежнему не работает. На площадке второго этажа Рук на несколько секунд остановился и переложил сумку с вещами, с которой ездил в Бостон, в другую руку.
— Ох уж эта ручная кладь! Хотел бы я, чтобы она действительно была ручной и сама поднималась по лестнице по моему веленью.
— Хочешь, я возьму?
— Но-но, — возразил он, отмахиваясь. — Будем считать, что сегодня я выполнил свой комплекс упражнений.
— А теперь посмотрим, умею ли я сочинять сказки, мистер Лауреат. Упражнения сегодня, а полуобнаженная массажистка завтра?
— Вот это сказка со счастливым концом, — выдохнул он, преодолевая последний пролет.
Рук нашел в дальнем углу холодильника бутылку бургундского урожая 2007 года и обвинил Никки в том, что она припрятала вино для себя, а потом уселся рядом с ней на диван, чтобы смотреть альбомы с фотографиями.
— Это все, что у меня осталось, — произнесла она, указывая на картонную коробку с семейными реликвиями, стоявшую рядом на полу. — Я даже не знаю, что пропало. Тот, кто обыскивал квартиру в вечер убийства, унес остальное. Наверное, он вынужден был уйти прежде, чем нашел эту коробку.