Трое в Стокгольме
Анне склонилась над раковиной, подставив лицо под строю воды. Даша не стала мешкать. Пытаясь не выронить нож, она неловко принялась разрезать клейкую ленту, которой были связаны ее запястья. Она почти не почувствовала, как острое лезвие полоснуло ладонь. Наконец лента была перерезана. В этот момент звук льющейся воды стих и девушка ощутила болезненный удар в бок, потом еще один. Даша выпустила нож. Дыхание на мгновение перехватило.
Анне стояла над ней, посыпая ругательствами, и наотмашь била ногой. Следующий удар был нацелен в Дашин живот. Девушка собралась с силами и успела схватить занесенную над ней ногу, затем резко потянула ее в сторону. Рефлексы, выработанные за годы занятий кикбоксингом, дали себя знать в нужный момент. Женщина не удержалась и упала назад. При падении ее голова ударилась о край стола и вслед за телом со стуком опустилась на пол. Анне лежала не двигаясь. Ее глаза были закрыты. Даша дотянулась до ножа и быстро разрезала намотанную на лодыжки ленту. Освободившись, она бросилась к выходу, перепрыгнув через тело Анне.
39
У дома на прежнем месте стояла красная «Тойота». На капоте лежала сумка шведки. Видимо, женщина оставила ее, когда тащила Дашу в дом. Девушка подбежала к автомобилю и вытряхнула содержимое сумки в надежде найти ключи. На металлическую поверхность капота, разлетаясь в стороны, посыпались помада, кошелек, какие-то безделушки и, наконец, ключ. Ключ покатился по капоту и упал под колеса. Даша опустилась на колени и начала торопливо шарить руками по траве, проклиная свою неловкость. Она не сразу заметила, как рядом на землю легла тень, а обернувшись, увидела над собой очертания высокой фигуры. Солнце светило в глаза, слепило и мешало смотреть. Девушка прищурилась и разглядела сверкнувший в занесенной для удара руке нож. Оцепенев от ужаса, Даша наблюдала, как на нее опускается лезвие. Казалось, все происходит будто в замедленной съемке. Внезапно рука, державшая нож, дернулась и изменила траекторию движения. Фигура обмякла и, словно тряпичная кукла, опустилась рядом, уткнувшись лицом в траву. Нож воткнулся в землю у Дашиных ног.
– Жива? – раздался знакомый голос. Перед Дашей появилось лицо Гая. Он с тревогой заглядывал в ее глаза.
– Жива, – удовлетворенно кивнул Фолкер, не дождавшись ответа. Он поднялся и отбросил в сторону камень, который все еще держал в руке.
– Надеюсь, я ее не убил, – неуверенно сказал Гай, брезгливо глядя на неподвижное тело Анне. – Вставай.
Он помог Даше подняться.
– Где ключи от машины?
– Под колесами, – еле слышно прошептала девушка.
– Надо найти. – Гай опустился на колени в траву.
– Ты все-таки живой.
– Как видишь.
– Как же так?
– Лодку пришлось направить на скалы. Жаль, лодка была хорошая.
– А сам спрыгнул в воду?
– А как иначе? Сюда пришлось добираться вплавь. Не слишком далеко, но было непросто. А, вот, нашел, – сказал Гай, поднимаясь с колен с ключом в руках.
– А как ты оказался здесь?
– Это загородный дом матери. Мне достался домик отца в Лидинге, а братец забрал этот дом. Я раньше не мог понять, зачем он ему нужен в такой глуши. Йак не был любителем уединения. Но когда я сюда добрался и увидел операционную, все понял. Оказывается, он оперировал не только дома, но еще и здесь.
Роос пошевелилась, издав тихий невнятный звук.
– Ее надо связать и погрузить в машину. Поищи что-нибудь подходящее в доме, – попросил Фолкер.
Они возвращались в город. На заднем сиденье лежала Анне. Несмотря на то, что она все еще была без сознания, Гай крепко обмотал ее руки той же лентой, которой была связана Даша.
– Ты надеялся здесь спрятаться от полиции? – спросила девушка.
– Не знаю, на что я надеялся. Хотел, наверное, передохнуть здесь и подумать. Об этом доме никто, кроме Йака, не знал. Кто мог подумать, что эта стерва решит с тобой здесь разделаться. Теперь все встало на свои места. Я могу доказать, что не участвовал в бизнесе брата. – Гай посмотрел на Анне в зеркало заднего вида. – Вы с ней подтвердите это. Она, думаю, в курсе всех дел Али.
– Ты ее знаешь?
– Однажды видел их вместе с Йаком. Кажется, они скрывали отношения. По крайней мере, тогда Йак сделал вид, что не заметил меня.
Они выехали на дорогу, ведущую вдоль берега, когда услышали шум вертолета. Гай посмотрел вверх через лобовое стекло и продолжил:
– Надеюсь, ты не в обиде за то, что пришлось взять тогда тебя в заложницы. Мы в расчете. Я все-таки спас тебя сегодня.
– Ты видел, как мы приехали?
– Конечно. Вы меня разбудили. Я отсыпался после вчерашнего заплыва. Эту я не узнал сразу, – Гай кивнул в сторону Лены. – Когда они с толстухой пошли купаться, я следил за тобой. Если честно, подумал, что ты знаешь, что я здесь скрываюсь, поэтому и притащилась сюда.
– Значит, ты не видел, как она убивала Эллу? – спросила Даша. Перед глазами возникло бледное лицо в обрамлении извивающихся в воде водорослей. В горле появился комок. Если бы они не встретились утром, Элла была бы жива. Но была бы жива сама Даша? Возможно, присутствие Эллы спасло девушку от смерти.
– Толстуху? Нет.
– А как она меня ударила, видел?
– Этот момент я тоже пропустил, – ответил Гай. – Я шел на расстоянии от тебя, и, когда добрался до дома, вы уже были внутри.
Даша подумала, что, скорее всего, Гай был свидетелем нападения, но, вероятно, в тот момент решил не вмешиваться.
– Я ждал на улице. Когда ты выскочила из дома, понял, что… – Закончить фразу ему помешал вой сирены полицейской машины, мчавшейся следом. Голос, усиленный громкоговорителем, приказал остановиться.
Гай припарковал «Тойоту» на обочине. Автомобиль с сигнальными огнями на крыше остановился позади. Даша оглянулась. Из машины вышел полицейский и направился к ним. Гай опустил стекло и сидел не двигаясь, с напряженным лицом. Полицейский подошел и заглянул внутрь машины через открытое окно. Его взгляд скользнул по салону и задержался на связанной Анне, по-прежнему лежавшей на заднем сиденье. Рука стража порядка потянулась к кобуре на поясе.
– Выйдите из машины, – скомандовал он, отступая назад. Гай и Даша подчинились.
– Поднимите руки… – Даша не расслышала продолжение фразы из-за громкого вопля.
– Дашка! – Из полицейского автомобиля выскочила Алинуся, подбежала к Даше и, чуть не сбив с ног, схватила ее в охапку.
– Живая, живая, – шептала она, размазывая ладонью по щекам слезы.
40
Теплый ветер, казалось, звенел в парусах. Свейн управлял яхтой, поглядывая на Дашу, которая устроилась на носу судна, подставив солнцу лицо. Впереди расстилалась сияющая морская гладь.
– Не сгори! – крикнул он. Даша обернулась и помахала рукой.
Свейн установил автопилот и спустился в каюту. В холодильнике остывала бутылка белого вина. Свейн откупорил ее, взял два бокала и поднялся наверх. Даша подошла к нему, обвила загорелыми руками шею мужчины и поцеловала в губы.
– Нечестно, – засмеялся Свейн. – У меня заняты руки.
– Давай помогу. – Даша взяла бокалы, он наполнил их вином.
– За тебя, – поднял он свой бокал.
– За тебя, – ответила Даша.
Это был последний день пребывания в Стокгольме. Утром Даша с Алиной и Славой возвращались в Москву.
– Ты не забыл, мы вечером ужинаем с Алиной и Яном?
– Надеялся, что ты забыла, – засмеялся Свейн. – Может, скажем, что мы сели на мель?
– Они не поверят.
– Ладно, берем курс к берегу.
Когда они пришвартовались к причалу, Даша попрощалась.
– Увидимся вечером, – сказала она.
– Увидимся, – пообещал Свейн. – Я только закончу с делами.
Свейн остался на яхте, а Даша вернулась в гостиницу. Она включила телевизор, посмотреть, появилась ли на шведских телеканалах информация об аресте Анне Роос. Было время новостей. Но ни один канал не сообщал о Роос, зато во всех новосях мелькало название компании «Хай тех корпорейшн». Даша вспомнила, что так называлась фирма, в которой работал Свейн. Она прислушалась, пытаясь понять, чем говорят дикторы, но поняла только, что сотрудники компании арестованы или находятся в розыске. Даша растерянно расстегнула сумку с вещами, которые брала с собой на морскую прогулку. В сумке сверху лежал согнутый пополам лист бумаги. Даша развернула его и увидела письмо.