Грехи отцов 2. Война (СИ)

Говорившим, как я и думал, оказался Николас Фламель, рядом с ним по левую руку стояла его супруга.
- Фламели, - с рычащими звуками в голосе сказал Поттер, поднимаясь из-под лавки, - Вам не кажется, что вы задержались на этом свете?!
Рядом с Поттером встали оба Кощеевых, которые без предупреждения атаковали долгожителей. В это время я, Блэк и несколько наёмников атаковали Дамблдора, который в начале боя телекинезом забрал свой конденсатор у стражей правопорядка.
По всему этажу были слышны звуки взрывов. По всюду летели осколки, которые словно дробью били об мои щиты.
Директор оправдывал звание сильнейшего мага столетия. Он «оживлял» мебель в зале суда, которая отвлекала большинство магов.
Из палочки Сириуса полетел фиолетовый луч, в котором я узнал костедробильное проклятие. Директор поймал луч остриём своей палочки, и перенаправил его в одно из стражей порядка. Раздался вскрик, и маг упал замертво.
Я отправил связку заклинаний в Дамблдора, используя чары воздушных ног ждал подходящего времени для ближней атаки. Блэк использовал родовые проклятья, отвлекая директора всё больше и больше на себя. Я достал из сумки с расширенным пространством рапиру и, как считал, подгадал момент, когда Дамблдор полностью переключится на Сириуса и наёмников - атаковал.
- И это всё? – спокойно спросил директор, поворачиваясь ко мне. Он ударил в ладоши, словно аплодировал, и воздушная волна отбросила меня в стену.
Что-то горячее попало в мои глаза, протирая лицо увидел на рукаве кровь. Я не почувствовал в горячке боя, что получил ранение. Тем временем сражение набирало обороты. Фламели теснили своих противников, которые с каждым следующим заклинанием отступали в сторону коридора. В этом сражении Кощеевы и Поттер не могли ничего противопоставить двум магам. Я воспользовался тем, что на меня никто не обращает внимание, и отправил ледяной град, который собрал большую жатву из бойцов противника. Больше полежать у стеночки мне не дали. В меня полетело множество проклятий, от которых я закрылся ледяной стеной.
С каждым разом эта стихия давалась мне легче. Бой подходил к концу. Наёмники Фламеля несли невосполнимые потери, тем временем как с другой стороны бойцов становилось всё больше. Фламели и Дамблдор смогли встать рядом друг с другом, не обращая внимание на то, что против них сражалось больше двадцати магов.
Станислав наколдовал сонорус и громко сказал.
- Сдавайтесь и вас будет ждать справедливый суд!
- Стасик, - смеясь словно безумная заговорила Пернелла, - зачем нам это делать? Мы не прощаемся со всеми вами, - и взяв за рукав Дамблдора они переместились из разрушенного зала суда.
С их исчезновением оставшиеся противники сдались. Бой был окончен.
- Аркадий, как они во второй раз уходят от нас?! – вспыхнул Станислав.
- Знаешь, в этот раз я даже рад, что они ушли, и мы не смогли их задержать, но я выясню каким способом они научились перемещаться, – ответил Аркадий.
***
- Альбус, скажи мне, ты идиот? – спросил Николас. – Зачем ты подписал приказ на убийство этого мелкого Уизли?
- Сам не понимаю, что на меня нашло. Это моя ошибка, мой старый друг. Спасибо, что вытащили меня. Я этого никогда не забуду.
Пернелла и Николас переглянулись между собой. Дамблдор понимал, что сейчас эти двое определяют его дальнейшую судьбу. И наконец-то он услышал голос Пернеллы.
- Альбус, это последнее предупреждение! Нам нужен компаньон, а не обуза. Из-за твоей ошибки сроки снова будут отодвинуты. Теперь, даже если Геллерт сбежит, тебя не оправдают после его поимки, – сказала, пристально наблюдая за Дамблдором, Пернелла.
- Спасибо, – и в этом произнесенном слове чувствовался букет эмоций: страх, обреченность, надежда и благодарность. Дамблдор осознал, что для Фламелей, он максимум фигура на шахматной доске, но не игрок. И на шахматной доске он оказался после сегодняшнего судебного процесса. Вдруг его посетила мысль: а не раньше?..
- У нас есть два дня на сборы, прежде чем нас обнаружат здесь, – сказал Николас. - Переходим ко второму плану. С колыбели человечества начнётся их закат.
 
***
Тем же вечером Аркадий сообщил, что меня оправдали по всем пунктам и я могу вернуться в Великобританию. Но домой мы так и не смогли попасть, так как нужно было ответить на вопросы стражей правопорядка Германской республики. Они понесли большие потери во время сражения, в отличии от российских разведчиков и наёмников Жигаева, у которых, кроме раненых, потерь не было. До утра к нам в дом прибывали всё новые и новые лица, которые расспрашивали о событиях, произошедших в здании суда.
- Аркадий, что будет с Питером Петтигрю? – спросил я. Блэк, услышав мой вопрос, подошёл к нам.
- Его передадут стражам правопорядка Великобритании, после чего он предстанет перед судом, – ответил он.
- Ему предъявили обвинение? – спросил Сириус. – Аркадий, я хочу с ним поговорить перед тем как его отправят на остров. Ещё не ясно усидит ли на посту министра Фадж или нет. Если будет суд над Петтигрю в Великобритании, то я уверен, что его приговорят к смертной казни. Всем нужен козёл отпущения, на которого скинут все грехи.
- Я понял тебя, Сириус, я подумаю, что можно сделать, – ответил Аркадий. – Карлус тоже очень хочет поговорить с Петтигрю. Он один из последних, кто видел живыми его родных.
- Что вы планируете делать дальше? – спросил я у Аркадия. – Дамблдор и Фламели сбежали, кто будет заниматься их розыском?
- Рон, не всё так просто. Волшебное сообщество должно определиться с их статусом. Их объявят или преступниками, или террористами. В первом случае, их смогут арестовать только, если они будут находиться в стране, состоящей в Международной конфедерации магов. Но в неё не входят страны третьего мира, и задерживать там их не станут. Если же их объявят террористами, то будет сформирован отряд магов, которые будут заниматься их розыском. Но вы должны понимать, что они являются сильнейшими магами планеты, и мне сложно представить какие силы должны быть привлечены к их задержанию. Обычные стражи правопорядка с ними не справятся. А древнейшие рода не станут в этом участвовать, думаю не нужно объяснять почему, - но увидев мой непонимающий взгляд, продолжил: – Никакое вознаграждение не покроет возможных потерь при задержании Дамблдора и Фламелей.
Я услышал, то что хотел. Люди ничем не отличаются от магов. Все живут по принципу, ничего не знаю моя хата с краю.
В магической Великобритании после этих событий произошли политические изменения.
Корнелиуса Фаджа, по возвращению домой, сняли с поста министра. Прибывшая комиссия от Международной конфедерации магов нашла множество нарушений, выражавшихся в превышении должностных обязанностей, а именно всплыли незаконные обыски, изъятие родовых артефактов, лишение наследства законных наследников чистокровных родов. Также вскрылся факт получения взятки министром от Дамблдора за моё заключение в тюрьму. Это и многое другое послужило основанием для возбуждения уголовного дела в отношении Фаджа.
Временным министром Великобритании назначили Эдварда Нотта. После объявления в розыск Дамблдора, его сторонники не смогли противостоять древнейшим представителям родов.
Но меня это мало интересовало, потому что по возвращению в Империю Билл и Чарли сообщили новость про Джинни.
***
В тот же день, как мне стало известно про состояние Джинни, я вернулся в Великобританию. Она лежала в больнице св. Мунго. Увидев её мне стало тошно, вечно живая и подвижная Джинни, которая своим «сложным» характером доставила мне множество проблем, лежала бледная, едва живая на кровати. Её рука была очень холодная. Сейчас я был готов ей простить всё, что она сделала мне. Лишь бы она открыла глаза и заговорила со мной как раньше.
- Рон, ты прибыл, - сказал зашедший Вурдин, который, судя по мятой одежде и синяками под глазами, находился всё это время с сестрой.
- Сергей Николаевич, что с ней? – спросил я. – Надежда есть?