Полёт на одуванчике (СИ)

Я потрясла головой, пытаясь уложить мысли в голове, не понимая, что от меня хотят. Император, видимо понял, что я ничего не понимаю и соизволил все же объяснить:
- Сегодня мой сын Филипп отправляется к твоему отцу с сообщением, что не может на тебе жениться, так как любит другую. Я ему велел сначала к тебе зайти. Вдруг ты против расторжения помолвки. Тогда бы ему пришлось жениться на тебе. Это мое условие, - Ивар по-доброму усмехнулся, а затем залихватски подкрутил ус, словно это не его сын помолвку расторгать собрался, а он сам жениться решил.
- Что вы, Ваше императорское величество! Я его отпущу без проблем. Любви нельзя препятствовать! – о боги, какие горизонты тут же открылись передо мной. Возможно, и наследства меня никто не лишит…
Император при мне позвонил папеньке, неумело наплёв что-то про забытые булавки, и попросил разрешения открыть портал прямо во дворце. Пара минут, и я вышла прямо в своей комнате в Гразелии.
Странно возвращаться в привычный мир, в котором тебя никто не ждет. Вот стоит кровать, которую никто не расправил. Не подумайте, сдернуть покрывало я и сама в состоянии. Просто во дворце прислуга всегда это делала за меня. Положено.
 На прикроватной тумбочке сидит большая лупоглазая кукла. Мне ее подарили, когда я была совсем маленькой. Принцессе не положены подруги, только фрейлины. Последние же ни когда не будут с тобой искренни до конца по простой причине, что за псевдодружбу им платят деньги. И вот эта изрядно потертая и помятая Зирка была моей действительно единственной подругой, которой я доверяла все свои секреты, которая ни разу в жизни меня не предала и не подвела.
Кресло у окна, на котором я так любила читать книжки, забравшись в него с ногами, сегодня было без чехла. Наверное, прислуга отнесла его в стирку, пока хозяйка отсутствует. Все такое родное и близкое и одновременно чужое. И я отчетливо понимаю, что возможно это последний раз, когда я вошла в эту комнату.
Даже если все сложиться хорошо и отец примет наш брак с Владмиром, я уже никогда не буду жить в этой комнате. Супругам положены другие апартаменты. И если только у меня родится дочка, ее могут поселить сюда, когда она будет приезжать к деду в гости. Вряд ли Ребуни решиться переехать к нам.
Голова буквально пухла от мыслей и переживаний. Встреча с Филиппом таила много неизвестного. Что он мне скажет? Как на это все отреагирует отец? Как мы посмотрим друг другу в глаза и узнает ли он меня?
Я прошла по комнате, провела пальцами по комоду и подоконнику, словно пытаясь запомнить это ощущение навсегда, и опустилась в кресло. Осталось только ждать. И, похоже, задремала. Потому что,  когда раздался негромкий стук в дверь, он показался мне набатом.
- Принцесса, можно к вам войти? – спросил из-за двери приглушенный голос. Он был смутно знаком, но точно я его идентифицировать не смогла.
- Входите! – отозвалась я, поздно соображая, что вот такое ночное свидание в девичьей спальне может отрицательно сказаться на моей репутации и дальнейших планах. Только отказываться было уже поздно. Двери распахнулись, и на пороге возник он.
Мужчина тихо затворил за собой дверь и замер на пороге. Свет в комнате я так и не зажгла, поэтому его лицо так и осталось в темноте.
- Филипп? – я задала странный на первый взгляд вопрос. Но убедиться в этом все же стоило. Раскрывать свое инкогнито я пока не хотела. Мало ли. А вдруг он влюбился в Марию Вир. И что я с этим делать буду? Пусть сначала откажется от меня.
- Мария? – мужчина ответил вопросом на вопрос.
- Да, Мария Обю, Ваше императорское высочество! – подтвердила я свою личность.
- Мария, простите за странный на первый взгляд вопрос. Скажите вы очень сильно хотите … за меня замуж? – перед самим предложением он споткнулся, видимо, соображая, как это лучше мне преподнести.
- Не волнуйтесь принц, я замуж за вас совсем не хочу, так как люблю другого, - сообщила в ответ, чуть сдерживая смех. Вот включу свет, вот он удивиться, что мы уже знакомы!
- Фу-ух, - выдохнул он. – Вы словно гору с плеч моих сняли. Просто я тоже люблю другую и хотел бы связать свою жизнь с ней. Простите за любопытство, могу я знать, кого вы предпочли мне? Или это секрет?
 
- Почему же секрет, для вас совсем нет. Только пообещайте, что поможете мне выйти за него замуж! Боюсь, что отец воспротивиться нашему бра, – ухватилась я за призрачную соломинку.
- Принцесса, все что угодно для вас! Тем более моя возлюбленная тоже не принадлежит к высшей аристократии, – горячо подтвердил он свое обещание. – Кто же он?
- Владмир Ребуни! – с гордостью я назвала имя любимого. Только принц почему-то не обрадовался за своего ближайшего друга, а натужно закашлялся. Затем темный силуэт мужчины плавно съехал по стене и уселся  прямо на пол. Руки он скрестил на согнутых коленях и уронил на них голову, издавая звуки, очень похожие не то на плач, не то на смех.
И вот тут я растерялась. Что в моих чувствах смешного? А если плачет, то зачем? Неужели  все-таки в меня влюбился. Я не выдержала, и, наплевав на предосторожности и щекотливость ситуации, хлопнула в ладоши, активируя светильники. Сидящего на полу из окна никто не увидит, так что разберемся.
От яркого света мои глаза ослепило, и я отчаянно заморгала. Мой ночной посетитель тоже прикрыл глаза рукой. И когда мы, наконец, проморгались, обоих ждал очень большой сюрприз. На полу передо мной сидел Ребуни собственной персоной.
- Владмир? – я удивленно вскинула брови.
Он отрицательно покачал головой:
- Нет, Филипп Раальский собственной персоной. А что делает вдова Вир в покоях Гразельской принцессы? – его глаза угрожающе сузились. Я же, растерявшись, не знала что ответить. Почему Филипп в одночасье стал так похож на моего возлюбленного? Решив, что, кем бы он ни был, между нами слишком много лжи, в которой я тонула, пора всплывать на поверхность. Поэтому ответила с достоинством, которым может обладать лишь принцесса:
- Нет, я и есть Мария Обю, принцесса Гразельская.
- Метаморф? – зачем-то уточнил мой гость с могильным холодом в голосе.
- Метаморф, - я не стала отрицать очевидное.
- Вот почему отец так настаивал на нашем браке: из-за схожести магии и возможности рождения уникального потомства, - как-то грустно рассмеялся мужчина, которого я даже не знала, как теперь называть.
- А может мне Филипп Раальский объяснить, почему он сегодня так похож на Владмира и совсем не похож на себя? Где ваша кривая самоуверенная улыбка, Ваше императорское высочество? – мне совсем не нравилось происходящее. Слишком оно было странным и необъяснимым. Поэтому я просо решила съязвить. Лучшая защита, как известно, нападение.
- Потому что возможности метаморфа не безграничны. Да и кому я это объясняю? – теперь уже лицо Владмира улыбалось кривой улыбкой принца. – У меня в личине, которую ты знаешь как Филиппа, одна мышца действовать отказывается, поэтому и рот перекашивает.
- Я что-то совсем запуталась. А зачем вы личину Владмира на себя надеваете? – до меня никак не хотело доходить происходящее. – Или это он в вашей ходит?
Мужчина, сидящий передо мной на полу, со стоном откинулся на стену и закатил глаза. Я даже на секунду испугалась, что ему стало плохо. Только через мгновение он вскочил на ноги и навис надо мной, как коршун, давя своим ростом и массой. Я хоть девица достаточного роста, но до него мне далеко. Как-то сразу вспомнился маньяк, мои страхи и я попятилась назад, пока не уперлась спиной в стену.
- Маняш, дурочка ты моя, ты так и не поняла, что это я и есть? – с этими словами он схватил меня под попу и закружил вокруг себя. Мне же осталось лишь положить ему руки на плечи, чтобы не упасть и практически в полете соображать и складывать два плюс два и получать в итоге пять.
 
- В смысле ты и есть Владмир? – я не верила в происходящее.
- Да. Не похож? – продолжал улыбаться он. Спасибо, хоть на пол поставил.
- Владмир, это ты? – переиначила я тот же вопрос на другой лад. Для надежности.