"Фантастика 2024-126". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Все эти неизменные сопровождающие богатой и сытой жизни с детства привлекали меня. Часто, забираясь в дома, я разглядывал их убранство, запоминал каждую мелочь и мечтал о том, как когда-нибудь сам заживу в таком… Что ж, с тех пор, как появилась ведьма, мое состояние сильно увеличилось. Если я с ее жаждой приключений останусь в живых еще хотя бы два года, то точно накоплю если не на титул, то хотя бы на собственное поместье — и там непременно будет такая же ванна.
Пока я рассматривал радующие глаз предметы и переодевался за ишимерской ширмой в сухую одежду, заметил, что сумка Бэйр осталась нетронутой. Интересно, что она делала, если не переодевалась, пока я был в другой комнате?
— Бэйр? — зову ведьму, выглянув из-за ширмы.
Ведьма обнаружилась на кровати. Она свернулась в клубок под мокрым плащом и, видимо, пыталась продолжить спать.
— Бэйр, тебе надо переодеться, перетерпеть доктора и поужинать, — напоминаю, тряся девицу за плечо.
— Нет, я буду спать! Не могу больше терпеть этот гнусный мир! Не надо мне доктора, без него тошно! — злобно проворчала ведьма, укрываясь плащом с головой.
Вода с плаща затекла ей за шиворот и заставила резко сесть на кровати. Бэйр прошипела проклятье и пнула кровать здоровой ногой.
— К черту! — со злостью выругалась она.
Но, несмотря на природную вредность, обостряющуюся при таком вот плохом настроении, Бэйр все же вняла моим советам.
Сев на кровати, она стянула с себя мокрый плащ и попыталась снять все остальное. С одной рукой у нее это совсем не получалось. Ну как я, благородные рыцарь Ордена, мог не помочь девушке в такую трудную минуту? Хе-хе…
— Стой, давай лучше я, — усмехаюсь, пододвигаясь к ней ближе.
— Что это ты помогать решил? — с подозрением посмотрела на меня ведьма, тем не менее давая расстегнуть свою жилетку.
— Захотелось, — пожимаю плечами и ухмыляюсь. — У тебя такой несчастный вид, что мне стало жалко тебя…
— Хм. Когда ты так говоришь, мне становится страшно, — улыбнулась ведьма, убирая с глаз мокрую челку. Она редко открывала глаза, хотя они были достаточно красивы.
— Как тебе наша комната? — спрашиваю, чтобы отвлечь ее от раздражения.
Если она сорвется на докторе и выкажет все прелести своего характера так сразу, долго мы в этом месте не пробудем. Первое впечатление у хозяев, даже со слов домашнего доктора, очень важно. Лучше успокоить ее… или хотя бы попытаться сделать это.
Осмотревшись вокруг с видом ценителя антиквариата, Бэйр тяжело вздохнула.
— Тебе что-то не нравится в этой чудесной комнате? — наиграно удивляюсь. Ответ был мне известен — он всегда был одним и тем же.
— Тут нет телевизора и электрической кофеварки, а в остальном все чудесно, — грустно объяснила она. — Одни только боги знают, как мне не хватает этих двух вещей!
— Одни только боги знают, как ты мне надоела со своим «эрептичеством», — вздыхаю в тон ей. — Тебе помочь надеть твою ночную рубашку или сама справишься?
— Нет уж. Заставлять тебя снова рассматривать мою голую грудь после того раза «спьяну» слишком жестоко, — хмыкнула она и поковыляла к своей сумке, держась за стены или мебель.
Пока Бэйр кряхтела за ширмой, я решил поваляться на своей новой кровати. Я выбрал ту, которая шире, подальше от камина.
Опустившись на что-то, на чем принято спать, я тут же понял, как сильно устал.
— Как я хочу спать… — зеваю так же, как недавно зевала Бэйр.
Но как только я решил забыть обо всех докторах и ужинах и уснуть, они прибыли собственной персоной.
— Где больная? — суетливо спросил маленький деловой мужичок в ночном колпаке. По его излишне сладкому и заботливому тону было понятно, что он хочет сделать с этой больной, из-за которой его разбудили посреди ночи. — Так где больная? — повторил он, вперив меня подозрительный взгляд черных маленьких глазенок под круглыми очками.
— А где мой ужин? — ответила ему больная тем же тоном, выползая из-за ширмы.
Из-за промокших от дождя черных волос, закрывающих лицо, и белой рубахи до пола Бэйр выглядела весьма зловеще.
— Я голодная. А когда я голодная, то злая. Такая злая, что лечить меня во время голода опасно для жизни доктора, — размеренно проговорила она монотонным голосом. Специально или нарочно, но при этом она вытянула вперед здоровую руку и поковыляла к доктору, здорово припадая на вывихнутую ногу. Выглядела она при этом как привидение или поднятый некромантом ходячий мертвец…. Хотя, скорее, как ведьма-утопленница, только что вылезшая из колодца.
Доктор пошатнулся, но скоро взял себя в руки.
— Ааа… Ээээ… ужин на тележке, которую мне велели привезти сюда, — проговорил он, указывая на тележку рядом с собой. Вдруг из кармана он вынул дольку яблока и нервно сжевал ее. — Меня зовут Шангай Ловихвост, я домашний доктор Сеймуров. На что жалуетесь?
— На психические расстройства и маниакальное желание убивать докторов, — проворчала Бэйр, прежде чем наброситься на еду.
— Так, давайте как-нибудь без меня тут разбирайтесь, — решаю, с трудом поднимаясь с кровати. — Будут убивать — кричи, — кидаю через плечо ведьме, подхватываю с услужливо привезенной тележки тарелку и отправляюсь в комнату для умывания, подальше от этих двух — воплей сейчас будет, весь аппетит перепортят.
Ужин гостям предоставили скудный, но его хватило на то, чтобы приглушить голод. Завтра перед остальными хозяевами этого поместья я не буду выглядеть, как оголодавший зверь за завтраком. Это радует.
Рассматривая роскошную умывальню и ужиная, я слушал, что творится в соседней комнате.
В первые пять минут доктор раскладывал что-то на столе-серванте, а Бэйр расправлялась с едой.
В следующие пятнадцать минут ей вправляли ногу, судя по ругани, крику и утишающим бормотаниям Шангая Ловихвоста. А вот потом доктор, видимо, добрался до руки…
— Что это!? О, всесильны боги, что это такое!? В жизни не видел ничего подобного!!!
— Доктор, не надо ломать мне руку! Отпустите!
— Но она светится!!!! И пульсирует!!!!.. И двигается сама по себе!!!!..
…Собственно, на этом пребывание доктора в комнате закончилось. Бедняга с криком удрал, напуганный очередным фокусом Бэйр. Теперь мне можно было выходить.
— Ну и что ты сделала на этот раз? Зачем напугала беднягу?… Твою ж бесстыжую мать…
Договорить я не смог, потому что слов у меня не нашлось. Очень редкое явление, надо заметить. Еще два месяца назад я был уверен, что меня уже невозможно по-настоящему удивить. Но с появлением в моей жизни этой ведьмы я начал удивляться все чаще и каждый раз искренне, что само по себе странно.
Вот и сейчас я стоял, и от удивления не мог найти слов. Впрочем, как и сама Бэйр.
Ведьма сидела на кровати и пялилась на свою руку.
От белого рога посередине ладони уже на десяток сантиметров отползли извилистые тонкие белые полосы, сейчас они светились бледным светом. Кожа до середины плеча была бледно-голубая или даже бледно-бирюзовая. Всю руку окутывал густой насыщенно-бирюзовый туман, делая ее почти невидимой в дымке.
— Это ты сделала? — выдыхаю, наконец найдя в себе силы для того, чтобы заговорить.
— Нет. Она сама, — пораженно ответила Бэйр. — Я понятия не имею, что это такое!
— Значит, это одно из последствий работы того козла, — догадываюсь. — Вот что, замотай лучше руку бинтом и не вспоминай о ней, пока не сможешь ей управлять. Потом разберемся, что все это значит.
Поставив свою тарелку на тележку и вытолкнув ту за дверь в коридор, иду к кровати.
Бэйр категорически была против того, чтобы я спал как полагается, потому из-за ее брезгливости (или боязни не совладать с собой) мне приходится спать в легких штанах. Эти самые штаны сейчас были на мне, а теплую рубашку мне снимать не хотелось, так что под одеяло я забрался, не раздеваясь.
— Ты будешь всю ночь пялиться на свою руку, или все-таки ляжешь спать? — зеваю, вслушиваясь в звуки дождя за окном.