"Фантастика 2024-126". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Дейкстр решил оставить меня отдыхать в гостинице, и пойти в Орден одному. Вручив конюху наших питомцев и приплатив за замки на стойлах, рыцарь договорился с хозяином о комнатах и отвел меня в одну из них. Там мне и было велено оставаться, пока сам Дейкстр ходит по делам. Возражать мне было незачем: безумная усталость заставила забыть даже о пустой тетради, ждущей моих заметок.
Кое-как раздевшись и вымывшись мокрым полотенцем от дорожной пыли и пота, заваливаюсь в кровать и мгновенно засыпаю.
* * *Проснуться меня заставил громкий крик, донесшийся из открытого окна, выходящего на улицу. В комнате было не так уж темно — солнце пока не зашло, потому сонливость быстро улетучилась, уступив место любопытству.
Накинув рубашку, иду смотреть, что же такое творится снаружи, что так кричат.
Происшествие, как оказалось, моего любопытства не стоило: какая-то повозка с лошадью врезалась в тетку с корзинками. Тетка осталась жива, а вот повозка пострадала. Но выжившая при этом голосила так, что можно было подумать, будто по ней и телегой, и лошадью все еще туда-сюда ездят.
Это было ужасно: из-за этой глупой женщины сон больше не шел ко мне. Устроившись поудобнее на подоконнике, от делать нечего продолжаю наблюдать сцену.
Может, рыцарь уже вернулся из Ордена? Пойти, проверить соседнюю комнату, или посидеть тут, в одиночестве, подумать?…
— Да где же это видано, чтобы под вечер да при народе с убийствами на людей честных покушалися!?… — вопила тетка с улицы, как намеренно привлекая мое внимание.
— Уймись, глупая баба!.. — орал ей в ответ невезучий возница, складывая тяжелые мешки обратно на телегу с разбитым бортиком.
Каким-то образом серая в яблоках коняга выбралась из упряжи и ходила вокруг аварии, ехидно подмигивая хозяину и дергая хвостом, подъедая яблоки из корзины, которую уронила тетка.
Вокруг сцены стали собираться зрители, вскоре их стало так много, что они заполнили всю улицу. В итоге даже два стражника пожаловали: оба на больших сильных лошадях в попонах, сами в кольчугах и красных туниках с гербом города, оба были при алебардах.
Стражники мне особенно понравились, красивые, совсем как из фильма…
Эх, вообще все тут, в Скаханне, как из фильма. Внешне чем-то напоминает средневековье, но нравы не те, соображение гигиены имеется, да и вещи сделаны слишком хорошо, наверняка не вручную, а с помощью каких-нибудь мудреных станков.
За мыслями взгляд постепенно поднимался и касался других домов, близких к центру. Высокие усадьбы, огражденные каменными стенами с коваными воротами, с большими парками и садами… Район богатеньких Буратин вдали выглядел очень интересно.
Постепенно мне показалось, что смотреть в окно — не самое лучшее занятие. А вот прогуляться прохладным вечерком по городу было бы очень даже неплохо.
Одевшись, иду в соседнюю комнату к рыцарю. Мысли о предстоящем маленьком путешествии так захватили меня, что от моего внимания ускользнули подозрительные звуки из комнаты Дейкстера.
— Дейкстр, можно я в город схожу? — спрашиваю, еще не открыв двери до конца.
Ответа так и не последовало, но зато вместо него была куча эмоций, подаренных мне щедрым зрелищем: бравый рыцарь притащил к себе какую-то женщину и сейчас в ускоренном темпе ее раздевал. А она его. Но, появись я минутой позже, было бы совсем неловко, а сейчас было просто неловко.
— Так я могу погулять по городу?… — спрашиваю громче, чтобы поскорее получить ответ и уйти отсюда.
— Да, да! Проваливай отсюда, куда хочешь, но чтобы утром была здесь! — раздраженно крикнул мне рыцарь, оставляя на кровати уже почти полностью раздетую женщину и подходя ко мне нетвердым шагом. — И возьми мой медальон, чтобы тебя не тронули. Он означает, что ты под моей опекой, и поможет мне тебя найти, если что-нибудь случится… — быстро сунув мне в руки какую-то круглую побрякушку, он вытолкал меня из комнаты. — И шляпу надень!.. — он захлопнул дверь и задвинул щеколду.
— Отлично, просто лучше некуда… — ворчу, посматривая на захлопнутую дверь, из-за которой доносился женский смех и чудовищный скрип старой кровати.
Нахлобучив на голову шляпу и нацепив жилетку с плащом, выхожу из гостиницы, сжимая в руке круглый медальон с черным драконом, обвивающим крест.
На улице тетка все еще вопила, мужик складывал на телегу многочисленные мешки, а коняга продолжала ходить вокруг хозяина и ехидно фыркать время от времени.
Протиснувшись сквозь толпу зевак, устремляюсь к центру города, разглядывая все, что только можно было разглядеть в вечернем полумраке.
Косхотан — именно так назывался город — отличался от предыдущего городка некоторой солидностью. Здесь дороги были выложены камнем, дома-коттеджи аккуратными рядами стояли вдоль улиц, добрая их половина была увешана вывесками, такими как «Сапожных дел мастер», «пекарня Толстой Гаффи», «кузнеца Шеггерена» и прочее. Видимо, тут кто где жил, там и работал, и торговал. Никаких рынков или прочего в этом духе не было.
Так же нельзя было не отметить, что и люди здесь были какие-то другие.
Женщины ходили в разноцветных платьях с длинными подолами, а вот рукава могли быть разной длинны или вовсе отсутствовать, дамы так же не закрывали шею и открывали декольте настолько, насколько считали нужным, волосы все убирали в какие-нибудь прически, красивые и совершенно мне непонятные. Все женщины были одеты по одному типу, и сложно было определить, у какой муж богаче.
Костюму же мужчин отличались куда большим разнообразием, тут по одежде сразу можно было сказа: этот — рабочий, тот — ремесленник, тут — приезжий, там — местный.
Попадались и еще одни мужчины, очень странные, которые раньше мне не встречались. Тощие, с редкими, но длинными волосами и нехорошими взглядами. Эти ходили в мантиях всех цветов и покроев, какие только можно вообразить. Мантия — это что-то похожее на халат, только застегивается плотнее, ткань дороже и больше всяких экзотических узорчатых нашивок. А что эти люди делали с воротами на своих одеяниях? То они были подняты аж на тридцать сантиметров, закрывая лицо, то, наоборот, лежали плащом на почах, спине и груди, то топорщились в стороны, как диск у собаки, страдающей от ушных болезней… Подобные одеяния вызвали у меня немало вопросов, но отвечать на них было некому.
Один из таких мужчин в мантиях выскользнул из лавки под странным названием «Чудесный молот». Лицо чудака было такое довольное, что невольно брала зависть.
Любопытства ради, решая заглянуть в ту самую лавку. Она, к счастью, была открыта, и оказалась оружейной. Товар был уложен на стенды и полки, расставленные вдоль стен: ходи и любуйся, как в музее.
Тут были мечи, сабли, топоры, булавы, палицы и даже луки — не какие-нибудь согнутые ленточкой тросточки, а огромные тугие рогатины, которые и натянуть-то не каждый сможет.
— Даму что-нибудь интересует? — ко мне подлетел торговец, стоило мне дольше положенных трех секунд задержаться у лука.
— Да нет, я просто смотрю, — отвечаю, продолжая осматривать лук. Это же какие руки надо иметь?…
— Может, даме подойдет что-нибудь изящнее? — не отставал он.
— Что же? — мне вдруг стало интересно, что мне тут могут предложить.
— Пройдемте! — заулыбавшись еще сиятельнее, продавец взял меня за руки и подвел к высокому столу, где под стеклом на шелковой ткани лежал кинжал.
Он был из совершенно незнакомого мне металла, который ничего не отражал, хотя был гладок, как зеркало. На свету лезвие играло бледно-лиловыми и темно-серыми бликами. Деревянная рукоятка кинжала была очень тонкой, в диаметре не больше одного с половиной сантиметра. Она была туго обмотана тонкими полосками разноцветной кожи: красной и черной, так получался осязаемый узор, из-за которого рука уж точно не должна была соскочить на гарду, представляющую собой два выходящие к изогнутому лезвию зубца. Оголовье было из того же металла, что и лезвие, но только на нем были выжжены узоры, странные символы, напоминающие те, что были у меня на рубашке. Кроме них на самом кончике были вплавлены четыре крошечных черных камня, явно не драгоценных, но что-то да значащих.