Проклятая кровь (СИ)

Я задумчиво посмотрел на свою сестру. И вот что нам теперь делать? Не убивать же этих четверых прямо с порога. Я бы хоть сначала какие клеёнки постелил. Загадят ведь всё!
Но разум подсказывает, что убить этого индюка — самое верное решение. Или это говорю не я, а моя жажда крови, которая понемногу берёт надо мной верх? Может, проснувшаяся в окрепшем теле интуиция аристократа?
— Д-для начала покажите Ваши документы! — вдруг произнесла Геля, с трудом вставая из сидячего положения.
Удивлённо уставился на сестру, решившую мне подыграть, и поймал на себе взгляд с безмолвной фразой: «Развяжи, а я потом тебя прибью». Деваться было некуда. Я сделал так, как она хочет.
— Документы? — кажется, Пичугину или как там его не понравилось выставленное требование. — Какие ещё документы⁈ Я — граф Пичугин сейчас же требую освободить принадлежащую мне жилплощадь!
— Без документов Вы не имеет права здесь находится, — произнесла Геля и сделала два уверенных шага вперёд, почти наступила своими ногами на белоснежные туфли самоуверенного графа. — Между прочим, меня зовут Гончарова Ангелина, и я — законная наследница этой усадьбы. Не знаю, кто и при каких обстоятельствах продал Вам поместье моего рода, но поверьте мне. Когда дело дойдёт до разбирательств, Вы проиграете и сильно пожалеете, что связались со мной.
Мне захотелось удивлённо присвистнуть. Сориентировалась она быстро. Впрочем, едва ли это хоть как-то подействовало на молодого пижона. Но с каждой секундой наблюдать за происходящим становилось всё интереснее.
Пичугин оценивающе окинул Гелю взглядом, фамильярно цокнул языком и хмыкнул:
— Милочка, да хоть сама Королева Раневская! Я. Купил. Это. Поместье! — с каждой фразой он наклонялся вперёд, заставляя мою сестру отступать. — Свали прочь, хабалка!
Последние слова он выкрикнул почти фальцетом. Мне захотелось вмазать ему хороший такой апперкот, но я сдержался. Правда, не до конца.
Всё же встал перед сестрой, загораживая её от этого ненормального придурка с зарождающимся комплексом бога. Моё появление сразу же перетянуло на себя всё внимание. Шах даже немного вздрогнул, заметив мою фигуру, но быстро расслабился, вспомнив про охрану за спиной.
— Ты ещё кто такой? — грубо спросил он и на автомате сжал кулаки до белых костяшек.
— Тебя это не касается, Белоснежка, — в такой же грубой форме ответил и я. — Что из сказанного тебе неясно? Проваливай, если не хочешь, чтобы тебя здесь в бараний рог скрутили.
От моих слов у Пичугина покраснели уши, затем лицо. Глаза на выкате, зубы скрипят. Переспелый помидор сейчас лопнет!
— Ч-что⁈ — только и выкрикнул он.
Слабак.
— Кишка тонка, граф? — я усмехнулся. — Ну давай, делай, что задумал. Посмотрим, чья возьмёт.
Ты уж прости меня, Ангелина, но, похоже, сегодня без крови не обойдётся. Теперь он просто обязан вызвать меня на дуэль. Ведь я задел его честь и сделал это дважды. И это в присутствии охранников-простолюдинов.
Даже я, будучи слабосилком, швырнул бы в наглеца перчаткой и сделал бы это без раздумий. Уж лучше умереть с честью, чем прослыть трусом, а в нашем мире слухи расходятся быстро.
— Ну? — я сделал последнюю попытку на провокацию. — Я жду.
Пятисекундное ожидание тянулось словно минута, и, наконец, Пичугин разжал кулаки, прекратил точить свои зубы и гордо задрал голову.
— Сегодня я не стану опускаться до твоего уровня, слабосилок! — он победоносно, что странно, хмыкнул. — Не удивляйся, я отсюда чувствую, что в тебе нет и капли маны! Радуйся моему милосердию в эту ночь, но знай! Завтра я вернусь с документами, и в ваших же интересах не вставать на моём пути!
Он развернулся, махнул своим телохранителям и покинул усадьбу, а затем и поместье без боя. Мы с сестрой проводили их чёрный лимузин взглядом, затем закрыли дверь, переглянулись и рассмеялись.
— Это что вообще такое было? — сестра с трудом подавила смех и вытерла слёзы.
— Местная аристократия, — я поймал весёлый взгляд сестры и улыбнулся. — Хотел бы я сказать, привыкай, но не стоит.
  
Сестра смерила меня оценивающим взглядом, что-то для себя прикинула и произнесла:
— Ты же понимаешь, что он и правда завтра вернётся? И, скорее всего, с гвардией?
— Да плевать, — я отмахнулся. — С гвардией или нет, он уже показал свою сущность. К тому же у нас с тобой есть около двенадцати часов, чтобы придумать, как отбить поместье и вернуть его во владения рода Гончаровых. Ты как, со мной или всё ещё видишь во мне чудовище?
Сестра хотела что-то ответить, посмотрела в область моего пояса, видимо, вспомнила предшествующие приходу Пичугина события и вмиг покраснела.
— Т-ты точно не монстр! — выпалила она. — Это я уже поняла! Но я прошу тебя, ты можешь хотя бы штаны надеть?
Я взглянул вниз и усмехнулся.
— Это же надо! Я действительно вёл беседу в таком виде? — не мудрено, что граф испугался. Проиграй он мне, это был бы не просто позор, а позорище! — Пожалуй, действительно стоит одеться.
* * *
Переодевшись в серые спортивки и чёрную футболку, я вернулся на кухню, где уже вовсю хозяйничала моя сестра.
Из телевизора в гостиной играла расслабляющая музыка, Геля носилась от плиты к столику и что-то делала в планшете, который она уже утащила из моей комнаты. Заметив меня, она улыбнулась:
— Я решила немного перекусить. Холодильник полупустой, но я нашла в нём яйца и бекон, будешь? — уловив мой отрицательный кивок головой, облизнула пальцы, пожала плечами и начала что-то с интересом разглядывать на экране. — Ого, а этот Пичугин не так прост!
Удивлённо дёрнул бровью и заинтересованно взглянул в планшет. Сестра времени не теряла и пробила нашего незваного гостя. Я ожидал увидеть длинную статью на несколько страниц о роде с древней историей и большущим фамильным древом, но то была лишь короткая статья, уместившаяся в двух абзацах.
— Смотри, — она указала на довольно короткую статью о его роде. — Пичугины ещё месяц назад были чуть ли не увядшим кланом. Да и аристократы они так с натяжкой. Шаг вправо, шаг влево — обычные люди. Пичугин Абду Камранович — это отец нашего гостя, держит свой цех по производству упаковочной бумаги. Даже не завод. Притом цены у него не самые сносные. Следовательно, малая клиентская база и заработки.
— И откуда у него деньги, чтобы выкупить наше поместье? — нахмурился. — Они даже нашу конюшню себе позволить не смогли бы.
— Вот и я так думала, пока не увидела вот это, — она щёлкнула по соседней вкладке. — Видишь?
Я замер, вчитываясь в статью от не очень популярного журнала о покупке «Пичугин-Пак» некой многомиллиардной компанией «Энерготек». Притом за какую-то бешенную сумму в сто миллионов рублей.
— Тебе не кажется это странным? — спросила Геля вслух очевидное. — Сотня миллионов за какой-то цех?
— Как для одного упаковочного цеха — да. Но я сомневаюсь, что в сделку входил только он, — я задумчиво стукнул по столу пальцами. — Подожди здесь.
Я быстро сбегал наверх, достал отцовский ежедневник из прикроватной тумбочки. Поймал взглядом родительское фото, висящее над кроватью, и на меня снова накатил гнев. Мне захотелось прикончить тех, по чьей вине они погибли.
Даже несмотря на то, что Карташова я уже прикончил, уверен, ещё остались причастные. И пока я жив, они не прекратят меня доставать, а я не оставлю их в покое.
Прикончу всех! До единого!
— Держи, — я вручил сестре ежедневник, спустившись на первый этаж. — Это отцовский. Узнай, что это за компания, купившая Пичугина, и кто ею управляет. Попробуй достать все имена, что сможешь и сравни с записями в блокноте.
— Ты думаешь?.. — сестра подняла на меня удивлённый взгляд.
— Почти уверен, что «Энерготек» как-то замешан в публичной и жестокой экзекуции нашего рода. И, кстати… — сделал короткую паузу. — Все упоминания рода Карташовых так же подмечай. Конечно, если они будут.
— Дяди Витали? — Геля удивлённо хлопнула глазами. — Так получается, и его тоже убили не случайно?