Моров. Том 5 (СИ)

— Значит, она непременно будет, Мирослава Анатольевна, — посмеялся я в ответ.
Она попрощалась, и я положил трубку первым. Предстояло сделать еще пару звонков, чтобы все организовать. Ресторан, конечно, принадлежит мне, однако там люди работают, и клиенты все же приходят. А мне бы хотелось иметь на ужине достаточно свободного пространства, чтобы не пихаться локтями с другими посетителями.
Стоило положить трубку, телефон вновь завибрировал.
— Привет, Ваня, ты вернулся? — заговорила Маргарита, едва я поднял трубку.
— Да, как раз подъезжаю к дому, — ответил я.
— Значит, мы разминулись всего на час, — расстроено вздохнула Ларионова. — Я уехала в аэропорт, у меня сделка сегодня по фабрике мебели.
Она рассказывала мне о том, что собирается купить одну из тех, с которой раньше работала. Впрочем, отсутствие любовницы на месте меня ничуть не смущало. Ей нужно развивать свое дело — так и самой Маргарите будет куда лучше, и мне, ведь я ей покровительствую, а значит, ее компания должна развиваться. Иначе как на меня будут смотреть в обществе?
— Ничего страшного, как закончишь, все равно вернешься, — ответил я. — Надеюсь, у тебя все пройдет хорошо. Успешных переговоров.
— Спасибо, Ваня. Я обязательно скоро вернусь.
Положив трубку, я отправился в дом.
А к назначенному времени уже ждал в ресторане, когда Мирослава Анатольевна доберется до моего заведения. В этот раз всех клиентов я разгонять не стал — люди пришли поесть и хорошо за это заплатили. Устраивать на месте скандал, выгоняя неблагородных посетителей, я не собирался. Это дурно скажется на моей репутации. А потому для нас с Герасимовой сотрудники организовали небольшой приватный зал.
«Соль и перец» стал приносить доход благодаря моей репутации. Люди не боялись прийти в заведение, хозяин которого периодически отрывает головы всем, кто оказывается настолько глуп, чтобы перейти ему дорогу. К тому же ресторан «того самого Морова» — диковинка, хотя я ничего и не поменял в нем с тех пор, как приобрел.
Сидя в кресле и читая новости, я услышал вой сирен за пределами ресторана. Поднявшись на ноги, я подошел к окну и, тут же распахнув створки, выпрыгнул наружу.
В двух кварталах от моего ресторана горел кортеж Герасимовых, на котором должна была прибыть Мирослава Анатольевна.
  
Глава 25
 
Звуки выстрелов из автоматов донеслись до меня на середине пути. Вокруг пылающих машин кипел настоящий бой. Враг засел в домах по обе улицы и вел беспорядочный огонь, стараясь удержать охрану Герасимовых внутри автомобилей.
Однако еще только добираясь к месту нападения, я увидел магическим взором, что к нападающим двигаются новые противники. А вот в самих машинах сидели только водители. Дочери главы рода внутри не было.
Не нашлось ее и рядом. Да и сами автомобили только снаружи горели, внутри оставаясь совершенно целыми. Анатолий Никодимович постарался, и защитил свои машины.
Охрана же, одетая в броню с довольно мощным зачарованием динамического щита, била одиночными, оттягивая время.
Кажется, мое вмешательство излишне. Поняв это, я замедлил бег.
— Остановитесь, — хлопок по плечу заставил меня замереть, и я обернулся, — Иван Владимирович.
Антонина Владиславовна глядела на меня сосредоточенно. На ней была такая же защита, как и на охране Герасимовых, но в отличие от дворянской дружины на броне был вытравлен герб Службы Имперской Безопасности.
Продолжать бег действительно не имело смысла. Засада, а это была именно она, сработала. Подобравшиеся со спины бойцы уже вязали нападавших. Те, кто успевал оказывать сопротивление, убивались на месте. И это было правильно — некроманты Варвары Константиновны все равно допросят мертвецов.
Вздохнув, я на мгновение прикрыл глаза и успокоился.
— Похоже, я еще долго не привыкну, что ведомства Российской Империи начали-таки выполнять свою работу, — улыбнулся я, разглядывая свою ученицу. — Вам нужно туда, Антонина Владиславовна?
Жданова чуть приподняла уголки рта и покачала головой.
 
— Нет, Иван Владимирович, моя задача — остановить вас, если вы вмешаетесь, — произнесла капитан. — Идет операция Службы Имперской Безопасности, и наши люди должны справиться сами.
Она тряхнула головой, отчего ее золотые волосы расплескались по плечам.
— Это их экзамен, — закончила она мысль.
Я тоже смотрел в сторону пылающего эскорта и полез в карман за телефоном. Нужно отменить тревогу, которую уже подняли в ресторане мои люди. Я ведь сбежал, ничего не говоря, а им пришлось догонять. И сейчас они уже должны подъезжать, вооруженные до зубов и готовые к бою.
Но бой уже закончился, и водители выбрались наружу с банальными огнетушителями. На нас с капитаном никто внимания не обращал — мы были слишком далеко, а вокруг людей и так хватало того, на что можно смотреть.
— Рад, что Мирославы Анатольевны там нет, — вздохнул я, чувствуя запах гари, который донесло до нас ветром.
— Анатолий Никодимович настоял, чтобы его дочь осталась дома, хотя она и рвалась к вам, — пожала плечами Жданова. — К счастью, мне удалось убедить ее не влезать в неприятности. Мало ли как она отреагирует? Девушка хоть и из семьи военных, но сама в боях не участвовала.
Я окинул взглядом свою ученицу и хмыкнул.
Она наблюдала за тем, как выводят арестованных и выносят тела убитых. Но ни одного мускула не дрогнуло на ее лице, даже зрачки не изменились. Происходящее ее не тревожило, встречи со смертью окружающих очевидно стали для нее обыденностью.
— Вы повзрослели, Антонина Владиславовна, — произнес я.
Капитан Службы Имперской Безопасности повернула ко мне голову и снова улыбнулась.
— Уже не та наивная девочка, которую вы тогда заманили в клуб к «Кабанам», да? — уточнила она.
— Да, — подтвердил я, обращая внимание, как от охраны Герасимовых отделился мужчина.
Он направился в нашу сторону, чуть хромая. Но мой взгляд сразу заметил, что это не сегодняшняя рана, а уже привычная походка.
— Иван Владимирович, — заговорил он, добравшись до нас. — Анатолий Никодимович велел передать вам это.
Он полез под бронежилет и вытащил на свет небольшой конверт. На круглом пятне сургуча красовался герб рода Герасимовых. Поблагодарив дружинника кивком, я принял послание и тут же сломал печать.
Внутри нашлась небольшая записка, судя по почерку, набросанная от руки самого главы рода. Жданова воспользовалась паузой, и увела бойца Герасимовых вместе с собой.
Там уже собрались не только пожарный расчет, но и скорые с полицией. Подвывая сиреной, прикатили несколько бронированных машин Службы Имперской Безопасности. Арестованных паковали в наручники и браслеты, лишая возможности воспользоваться чарами, а затем разводили по автомобилям.
Глядя за тем, как Антонина Владиславовна уверенно раздает приказы, я усмехнулся. Она действительно серьезно выросла. Больше моя ученица не сомневалась, и окружающие подчинялись ей, не раздумывая. Очевидно, что это не только моя заслуга, но все же меня так и распирало от гордости.
Развернув письмо, я спокойно прочел извинения от Анатолия Никодимовича. В ситуацию он особо не вдавался, но я и так все понял.
Зная, что за арест Степана Маратовича его пожелают наказать, Герасимов организовал засаду. Кто бы в такой ситуации отказался от удара по любимой дочери, когда терять уже нечего? Вот только Анатолий Никодимович связался со Службой Имперской Безопасности и устроил нападавшим полный разгром.
Естественно, Мирослава Анатольевна сегодня ко мне не приедет. И за это передо мной Герасимовы извинялись. Взамен я получил предложение посетить их на ужине через пару недель, когда Анатолий Никодимович вступит в должность уже по-настоящему, не в одиночку, а с полным составом Генерального штаба Российской Империи.
Убрав записку во внутренний карман пиджака, я достал из кармана вибрирующий телефон.
— Иван Владимирович, машина подана, — услышал я голос Сергея.